Тысяча имен для странника - Джулия Чернеда

Морган молчал. Наверное, он почувствовал мою неловкость, потому что сказал:

— Спи дальше, малыш.

Он развернулся и вышел за порог, уже собираясь закрыть дверь.

Малыш? Это прозвучало как обращение к ребенку, да притом еще и не слишком сообразительному.

— Меня зовут… — начала я.

Капитан вежливо остановился, повернувшись ко мне лицом. В темноте я не могла различить выражения на нем.

— Меня зовут Киссью. Я человек. Звездоплаватель, как вы. Тулисы забрали у меня одежду, прежде чем… чем…

Я закусила губы, не в состоянии договорить. Меня затрясло.

— Свет.

По команде Моргана на потолке вспыхнули лампы, заставив меня зажмуриться. Он снова шагнул в тесную комнатушку.

— Мы взлетели час назад. Ты в безопасности, Киссью, — сказал он, опускаясь на колено рядом с моим гамаком. В его негромком голосе звучала искренняя забота. — Тебя здесь никто не обидит.

С такого близкого расстояния глаза капитана казались невероятно синими, такими яркими, что, казалось, будто они чем-то подсвечены изнутри. Я заглянула в них и — сама не знаю, почему — безоговорочно поверила этому человеку, а моим щекам внезапно стало горячо. Но окончательно я поразила саму себя, когда осмелилась коснуться пальцами лица Моргана.

Он так шарахнулся, точно вместо руки у меня был силовой нож. Озадаченная и смущенная, я сжала в кулачок провинившиеся пальцы и спрятала обе руки обратно под одеяло. Поднявшись, Морган попятился от меня, а под темным загаром на лице проступил странный румянец.

— Тебе надо поспать, Киссью.

На этот раз дверь он закрыл.

Я приказала свету погаснуть, скользнула под одеяло и свернулась в клубочек, насколько это вообще было возможно в гамаке. Сон, однако, не шел. В моем пустом мозгу завертелись новые мысли. Почему капитан Морган отпрянул от моего прикосновения? И почему мне от этого было так больно?

Я спала до тех пор, пока голод и другие нужды не заявили о себе более настойчиво. Приказав свету включиться, я обнаружила, что Морган оставил у двери поношенный, но чистый комбинезон. Неторопливо натягивая его, я обдумывала свое положение.

Наверное, Морган был прав — я действительно могла чувствовать себя в безопасности, по крайней мере, от Роракка. Я также оставила позади того, кто напал на меня на Ауорде.

К сожалению, хотя непосредственной опасности я не подвергалась и хорошо отдохнула, восполнить пробелы в своей памяти мне не удалось. Казалось, знания о том, что окружало меня, всплывали откуда-то по мере необходимости, но это никак не помогало мне вспомнить, кто я такая. Равно как не продвинулась я ни на шаг ближе к пониманию того, что же принуждало меня совершать определенные действия, например, сесть на этот корабль. Раздосадованная, я свернула гамак и затолкала его в шкаф, скрытый в стене.

Возможно, побуждения окончательно оставили меня. Я выполнила их требование — нашла свой корабль и покинула Ауорд. Возможно, на борту «Лиса» меня оставят в покое.

Меня охватил непонятный зуд. Но он не имел ничего общего с кожей. Как это ни странно, он шел откуда-то изнутри.

Ощущение исчезло в тот самый миг, когда начало по-настоящему меня тревожить.

Потом возникло снова — когда я подумала о завтраке. Я на секунду закрыла глаза, сосредоточиваясь, не вполне уверенная, что же это такое. Зуд прекратился. Я снова с досадой раскрыла глаза, обнаружив, что, сама того не замечая, обернулась лицом к стене, где был шкаф, а не к выходу из моей крошечной каюты.

Меня охватила уверенность, что Морган именно там, где-то за этой дверью. Откуда я это знала, я не смогла бы сказать даже под угрозой смерти.

Я быстро отвернулась и распахнула дверь с такой силой, что она с грохотом врезалась в стену. «Отлично, — сказала я себе. — Я готова взять свою жизнь в собственные руки, а мужчина, которого я даже не знаю толком, вызывает у меня какой-то зуд».

Дверь вела в кухню. Я оглянулась и поняла, что спала в помещении, служившем кладовой, — шкафы, идущие вдоль стен, скорее всего были забиты припасами, а не одеждой, как я решила поначалу. Что ж, Морган предупредил меня, что «Лис» — не пассажирский корабль.

Но кухонный отсек оказался вполне пристойных размеров, с блестящим желтым столом и четырьмя пустующими табуретками. Помещение было вытянутым. Длинную стену занимала буфетная стойка, над которой размещались шкафчики, а в противоположной имелось две двери — одна, ведущая в кладовую, и вторая, открытая, за которой виднелась кабинка компактного освежителя. Я быстренько воспользовалась этим удобством, после чего вышла обратно на кухню, с твердым намерением позавтракать.

Допотопная, но вполне функциональная сервокухня замигала индикаторами. Я обогнула стол, отметив, что и он, и табуретки при необходимости убирались в пол. Короткая, слегка изогнутая стена слева от меня открывалась в холл; еще одна стена выходила прямо в черноту космоса.

Нужное воспоминание вынырнуло из глубин моей памяти, прежде чем я успела запаниковать, услужливо подсказав, что это вовсе никакая не дыра в корабле, а просто видеостена с исключительно реалистичным изображением. Я разжала пальцы, мертвой хваткой вцепившиеся в край стола, и вздохнула с облегчением. Да, завтрак…

— Доброе утро, Киссью.

Вот тебе и вздохнула с облегчением.

— Доброе утро, капитан, — пробормотала я. Появление Моргана мгновенно изгнало из моей головы все мысли, вновь вызвав тот самый проклятый внутренний зуд.

— Ты еще не ела? — Вид у Моргана был отдохнувший и жизнерадостный. Его рука застыла над первым рядом клавиш. — Чего бы тебе хотелось на завтрак?

Я не имела ни малейшего понятия. Мой желудок нетерпеливо заурчал, прежде чем я успела придумать хоть какой-нибудь ответ.

Морган озорно улыбнулся, разом помолодев на несколько лет.

— Ну, если ты так проголодалась, позволь мне угостить тебя фирменным блюдом этого корабля.

День не задался с самого утра.

Некоторое время спустя я проглотила последний хрустящий кусочек фруктового хлебца и через стол улыбнулась Моргану.

— Как заново родилась! — искренне объявила я.

— Готова к экскурсии по «Лису»? — спросил он, убрав со стола обе наши тарелки и загрузив их в кухонный очиститель.

Если капитан собрался устроить мне экзамен и выяснить, какой из меня звездоплаватель, то я отнюдь не была к этому готова. Но этой тревогой я делиться с ним не собиралась, поэтому, выдавив улыбку, кивнула.

Беспокоиться, как выяснилось, не стоило. Морган любил свой корабль и явно от души наслаждался возможностью продемонстрировать его кому-то. Мне оставалось лишь делать заинтересованный вид — и стараться поспевать за его энергичными шагами.