Время перехода - Алан Фостер

– С севера, – ответил Джон-Том. Кто-то плюхнул ему в миску полный половник овощного рагу и мяса. Он оглянулся и плюхнулся на колоду, которая могла сойти за табурет. – С севера. Здесь – проездом.

Ни вилки, ни ложки никто не предложил, так что есть пришлось руками. После первого же куска глаза Джон-Тома полезли на лоб, и он, схватив стоявший поблизости большой кувшин с холодной водой, одним махом опорожнил его на треть, не теряя времени на поиски стакана.

– Кушай понемножку, – посоветовала белка.

Джон-Том кивнул и стал есть осторожно, завистливо поглядывая на Маджа, поглощавшего огнедышащую снедь в грандиозных количествах.

Заметив его взгляд, выдр подошел и присел на землю рядом с колодой.

– Любопытно, что это за народ и откуда они тут? – Он обвел широким жестом деревню, костер и пирующих. – Готовят здесь офигенно, что и говорить!

– Значит, считаете нас пиратами? – Лис присел по другую сторону от Джон-Тома. – Ужасно забавно, человек. Для чего тебе пираты? Народ обычно предпочитает не встречаться с ними.

Рот совершенно онемел от непрерывного потока перца и прочих специй, и говорить было трудно. Все пространство от губ до носоглотки было заполнено искрометным сочетанием еды и питья, чем-то напоминающим карбонизированный скипидар. Джон-Том сделал усилие и сумел выдавить:

– Вчера ночью они атаковали корабль, на котором плыли мы с другом, и скрылись с его нареченной.

– Теперь ясно, – серьезно кивнул лис. – Скверный поступок. Взять чуток деньжат и товару – это дело; а насчет того, чтоб воровать людей, мы несогласные.

– А вы, случаем, не знаете стоянку этих головорезов, а? Нас уверяли, она где-то здесь.

На мгновение Джон-Тому показалось, что в глазах лиса мелькнуло странное выражение. Тот оперся локтем о землю и поглядел на заплечный мешок Джон-Тома.

– Вай, первый раз вижу такой инструмент. Курьезная штуковина.

Музыкант? Может, выдашь народу чуток музыки? Кто знает, глядишь – и растрясешь чью-нибудь память!

Лис подмигнул.

– Разумеется, с удовольствием, – улыбнулся Джон-Том в ответ.

– Тока осторожно. – Мадж отставил миску. – А то еще распугаешь всех по лесам.

Джон-Том ответил ему укоризненным взором и направился к оркестрику у костра. Музыканты с любопытством поглядывали на суар. Решив не ошарашивать хозяев незнакомыми мелодиями, Джон-Том стал прислушиваться к местной музыке, чтобы настроиться на соответствующий лад. Это оказалось нетрудно: ритмы были просты, мелодии незамысловаты. В подходящий момент он заиграл, позволив ритму вести себя. Все быстрее перебирая струны, юноша и сам безумно наслаждался своей игрой, чуть ли не жалея, что держит суар, а не обычную гитару.

Будь дуара в порядке, к музыке можно было бы добавить малую толику магии, но и одной мелодии было более чем достаточно. Пирующие бросили еду, чтобы затанцевать, кружась и прыгая вокруг костра. А одна цапля выкинула такое коленце, что Джон-Том покатывался со смеху добрых полчаса.

Но несмотря на все его попытки влиться в оркестр и стать его частью, что-то не получалось. На суаре нельзя было играть по-другому, как поступали в сходных ситуациях гитаристы. И тут, будто по заказу, Джон-Том нашел то, чего не хватало. У отбивающей чечетку черепахи он отобрал инструмент, являвший собой нечто среднее между пилой и сырорезкой, но не такой острый, как они. Воспользовавшись им вместо смычка, юноша сумел заставить суар звучать почти как деревенскую скрипку.

Танцы и пение не затихли, даже когда подрались ондатра и пьяный мангуст. Потасовка только подхлестнула музыкантов, и они заиграли быстрее.

Веселье потихоньку выдыхалось, пары одна за другой разбредались в лес и по хижинам. Вскоре играли лишь черепаха да Джон-Том, но и они по взаимному согласию одновременно остановились. Пора было расходиться на ночлег. Джон-Том не чуял под собой ног от усталости, зато душа у него пела – играть так же приятно, как и творить чудеса, особенно перед отзывчивыми слушателями.

Благодарный лис проводил гостей в пустующую хижину.

– Ну, приятель, давай теперь о пиратах.

Но лис пропустил требование выдра мимо ушей.

– Вас накормили вволю?

– Ага, от пуза, но…

– Добро! Видите ли, к утру оголодаете. Может, среди ночи нежданно скоропостижно избавитесь от ужина. Болото такое. – Он хихикнул. – Остерегайтесь аллигаторов и змей, а то можете лишиться не только ужина.

Посмеиваясь себе под нос, лис побрел обратно на площадь. Джон-Том обратил внимание, что он слегка колченог. Две мыши выгребали угли из костра.

Улегшись, Джон-Том обнаружил, что постель не только мягкая, но и довольно длинная и почти вмещает его долговязое тело.

Мадж присел на краешек соседней койки.

– Ну, ты понял что-нибудь?

– Фиг его знает, приятель, – задумчиво ответил выдр. – Довольно дружелюбны. Впервые вижу такое по-приятельски настроенное сборище.

Впервые вижу, чтоб такая толпа побросала все дела и ринулась развлекаться с чужаками.

– А еще я впервые вижу типов, из которых прямой ответ клещами не вытянешь.

– Можа, они чересчур развеселились, парень?

– Не исключено. А может, они не говорят о пиратах, потому что это не к добру. Вполне резонно, если мерзавцы, которых мы разыскиваем, во множестве шастают здесь. Узнаем об этом утром, если сумеем загнать в угол одного из этих жизнерадостных парнишек и привязать его к обеденному столу.

– А до той поры постараемся выспаться.

Джон-Том пробудился от прикосновения к плечу чьей-то лапы. Не слышно было ничего, кроме гвалта ночных тварей на болоте, зато в темноте виднелся склонившийся над ним мохнатый силуэт.

– Мадж? – с трудом разлепляя веки, пробормотал Джон-Том.

– Нет. Тихо, человек.

Силуэт повернулся и подкрался к постели выдра.

– Не беспокойся насчет меня, незнакомец, – услышал Джон-Том шепот своего друга. – Я проснулся, как тока ты ступил на помост.

– Вижу.

Посетитель, несомненно, видел также и отблеск луны на лезвии ножа выдра.

– Для завтрака рановато, а для пожелания сладких снов чуток поздновато. Чего надо?

– Помочь вам. Я слушал во время танцев, разговоров и всей этой чуши собачьей и услышал все до последнего. Пришел сказать вам.

Джон-Том сел. Глаза его привыкли к темноте, и теперь он видел, что ночной гость ростом и осанкой напоминает Маджа. На первый взгляд казалось, что незнакомец надел маску, чтобы изменить внешность, но затем Джон-Том сообразил, что это естественная раскраска.

– Звать меня Перестраховщик. – Во время разговора енот то и дело поглядывал в окно. – Я слышал большую часть ваших речей с лисом и прочими. Ты ищешь свою суженую.