Сгори дотла, моя звезда! - Владимир Колычев

– А что это у нас такое?

Мысли о высоком были оборваны язвительно-крикливым голосом секретарши Кати. Артем закрыл синяк непроницаемыми стеклами солнцезащитных очков, но, казалось, она видела сквозь них.

– Где удостоверение? – хмуро спросил он.

– Это у Варвары Карловны… Она вами очень интересуется, – ехидно сообщила девушка, с интересом разглядывая Крякина.

В отличие от Артема Петр хорошо подготовился к началу новой рабочей недели. В субботу окучивал супермаркет, но так ничего и не накопал. Зато в воскресенье не кутил, не употреблял, выспался в свое удовольствие, поэтому сегодня имел свежий вид. И еще прическу подправил, которой наградил его стилист Щеколдин. Новый прикид – новый имидж. Крякин знал, что смотрится неплохо, поэтому держался непринужденно, уверенно.

– И что там у вас под очками, товарищ лейтенант, обязательно спросит! – едко улыбнулась она Артему. – Или как правильно к вам обращаться? Наверное, господин лейтенант.

– Ну чего ты к человеку пристала? – не дождавшись ответной реакции со стороны своего напарника, заступился за него Крякин.

– Давайте, давайте, человеки, Варвара Карловна вас ждет!

Майор Вештель посмотрела на Крякина со сдержанным, но приятным удивлением. На Артема – с пренебрежением.

– Ну, и как успехи, господа офицеры? – тем же тоном, что и Катя, спросила она.

– Пока никак, – покачал головой Артем.

– Иного я и не ожидала.

– Москва не сразу строилась.

– А это для кого как!.. Вот, господин лейтенант, ваше служебное удостоверение!

Варвара Карловна хотела положить «корочки» на стол более-менее аккуратно, но в последний момент рука ее дрогнула, и сложилось впечатление, будто она швырнула их.

Удостоверение было совсем новым, оно пахло и типографской краской, и чернилами для гербовой печати. Главное управление внутренних дел Москвы, отдел особых расследований, лейтенант милиции Гончар Артем Игнатьевич, следователь отдела.

– Это что, меня в штат включили? – недоуменно спросил он.

– Ага! – в язвительно-упрекающем тоне отозвалась Вештель. – И в штат включили, и сразу же новое удостоверение. Вы, господин лейтенант, непонятно чем всю неделю занимались, а я по отделам кадров бегала, удостоверение вам оформляла. Мне что, делать нечего?

– А мне? – дрогнувшим от переживаний голосом спросил Крякин.

– И вам, товарищ капитан, делать нечего, – сказала она, слегка сбавив тон.

– Я не о том. А мне удостоверение сделали?

– А у вас, товарищ капитан, есть папа-генерал?

Артем резко и с шумом выпустил из легких воздух. Язвительные иносказания обрели отчетливые контуры ядовито-желчного цвета. Он ни о чем не просил отца. Мало того, даже не сказал, в какой переплет попал. Сам вляпался в историю, сам собирался из нее выпутаться. Но Игнатий Антонович проявил отцовскую инициативу, и вот результат.

– Во-первых, генерал в отставке, – тускло возмутился Артем. – А во-вторых, я его ни о чем не просил…

– А зачем просить? Достаточно поставить перед фактом.

– И перед фактом его не ставил.

– А почему не ставили?! Вам что, все равно, где вы служите, на каком счету числитесь?

– На каком счету я числюсь?

– На плохом!

– Не зря говорят… – начал и нарочно осекся Артем.

– Что не зря говорят? – напряженно посмотрела на него Вештель.

– Ничего…

Баба с возу – легче кобыле. А если баба – в начальники, то легче сатане. Не зря так говорят. Но Варваре Карловне это лучше не слышать.

– Что-то вы темните, товарищ лейтенант!

– Ну вот, к товарищу вернули, уже легче, – хмуро усмехнулся Артем.

– Легче?! Если вы думаете, что ваш папа-генерал вам поможет, вы глубоко заблуждаетесь! Легкой жизни от меня не ждите. Здесь вам не академия!

– А что академия?

– Думаете, я не знаю, как вы закончили академию?

– С красным дипломом.

– А сколько раз вас хотели отчислить? А с чего вы начали свою службу в офицерской должности? Пьяные дебоши, да?

Артему нечего было сказать, поэтому он виновато промолчал. И это, как часто бывает в таких случаях, слегка умилостивило начальника.

– Садитесь! – Движением головы она показала на приставной стол. – Что там у вас по Светловой?

– Это вы у меня спрашиваете? – обиженно спросил Крякин.

– А кого я старшим поставила?

– Но я даже не в штате…

– Ну вот, что и требовалось доказать! – обращаясь к Артему, всплеснула руками Варвара Карловна. – Человек два месяца за штатом, а тут пришел молодой… Ладно, что-нибудь придумаем, Петр Федорович, оформим вас в штат… Так что у вас там со Светловой?

– Ничего конкретного, – развел руками Крякин. – Выяснили, что пропала она двадцать четвертого мая этого года.

– Не густо.

– Гончар беседовал с Валдисом Пельшем.

– С кем? – удивленно повела бровью Вештель.

– Валдис Эйженович Пельш.

– Это я поняла. Во-первых, зачем он вам понадобился? Во-вторых, как вы на него вышли?

– Маша Светлова должна была участвовать в программе «Розыгрыш» в качестве жертвы… Ну, знаете, как там над «звездами» глумятся. В общем, мы думали, что ее до смерти застращали. Гончар с Валдисом встретился, он сначала его разыграл – сказал, что труп в реку сбросил, а потом признался, что со Светловой не было ничего, то есть не участвовала она в программе, ну, пропала еще до того…

– Короче, «Розыгрыш» отпадает, – пояснил Артем.

– Еще есть два ресторана, которыми владела Светлова. Ими сейчас управляет Павел Финковский – это в настоящем, а в прошлом – Паша Финик.

– Да, известное имя. Вы и с ним встречались?

– Да, конечно. Гончар зашел сказать ему спасибо за то, что у него в ресторане кошек хорошо готовят…

– Каких кошек?

– Ну, в смысле кроликов… В сметане… То есть там кролик был, но Гончар сказал, что кошка. Ну, это хитрость такая, чтобы к Финковскому попасть…

– Если честно, я ничего не поняла. Но на месте Финковского я бы спустила собак на вашу кошку…

– Это у вас хорошо получается, – шепнул под нос Артем.

– Что вы сказали, товариш лейтенант?

– У него и собаки в сметане хорошо получаются, говорю. И рестораны под шубой. Я имею в виду рестораны Светловой. Он ими управляет – ему выгодна ее смерть… Возможно, он и установил прослушку в квартире Светловой.

– Прослушку?!

– Да, – с важным видом Крякин извлек из кармана прозрачный пакетик с вложенным туда «жучком». – Надо бы на экспертизу отдать…

– Что это? – внимательно рассматривая прибор, спросила Вештель.

– Телефонная прокладка. Мы ее вынули из телефонного ящика Светловой. Поставить «жучка» поставили, а снять забыли…

– А как вы его сняли? – нахмурилась Варвара Карловна.

– Молча, – ничего умней не придумал Крякин.

– Молча?! А протокол изъятия? А понятые?..

Крякин ошеломленно посмотрел на Гончара. Дали, что называется, маху.

– Да есть у нас понятая… Соседка по площадке, – пояснил Артем. – Протокол составим, она подпишет. У нее чувства…

Крякин ударил его в бок с такой силой, что заныла селезенка.

– Чувства у нее, – вымученно улыбнулся капитан. – К сотрудникам милиции… Муж по командировкам, а тут молодые красавцы…

– Муж, говорите, по командировкам? – Вештель подозрительно покосилась на Артема. – А ну-ка, Гончар, сними очки… Что это у тебя такое под глазом?

– Если точней, над глазом, – угрюмо буркнул он.

– Что, муж из командировки не вовремя вернулся?

– Так это не я с соседкой. Это…

И снова Крякин двинул его локтем. Хоть и не так сильно, но все же.

– Это я с другим рогоносцем столкнулся… Ну, когда к программному директору «Чарт-FM» ехал… Там целая история, можно, я вам про «Чарт-FM» расскажу, а про это не буду?

– Ну, если «Чарт-FM» имеет отношение к делу… – колко усмехнулась Вештель.

– Имеет. И, возможно, самое что ни на есть прямое. Я вчера песню на волнах «Чарт-FM» слушал. Может, уже знаете. «Где ты? Не ходи за мной следом, та-та-та-та-та-та-ра…» Я на «звезду» не претендую, так что простите за вокал…

– А вы меня простите, что я не слушаю такую музыку.

– Зря. А то бы узнали голос Маши Светловой.

– И что удивительного в том, что ее песни крутят на радио?

– То, что песня еще горячая, только-только из печки. Но поет некая Сирена. Я вчера был у программного директора, он мне и рассказал про загадочный проект. Известно только имя певицы и название песни. Все! Кто продюсер – «икс»! Кто автор песни – «игрек»!.. Был некий мужчина, который принес диск с записью. Зовут Викентий Арнольдович. Если он продюсер, то назовем его Викентием Арнольдовичем Икс, потому что фамилия неизвестна. Имя-отчество, кстати, вызывает подозрение. Скорее всего не настоящее… В общем, «икс», «игрек» и точки над «i»…

– Ну и к чему ты это сказал? – слегка поморщилась Вештель.

– А к тому, что певицы Сирены в природе, возможно, не существует. Есть Маша Светлова. Каким образом она сделала запись, непонятно. Как она попала на «Чарт-FM» – тоже не совсем ясно…