Багровый океан - Алеш Обровски

Да, он умер. Погиб три года назад, и это не давало покоя. Несмотря на то, что сейчас Хэнс вполне жив и здоров, он все равно ощущал какую-то пустоту. А может, не было никакой прошлой жизни, может, вся эта память фальшивая, ее инсталлировали в его мозг. Вот только зачем?

Нет, если бы это было так, то они не удивлялись бы – «отчего это Хэнс, черт его дери, Хьюстон, все помнит?».

Многое изменилось. Из зеленого сержантика, боявшегося отдать «неправильный» приказ, Хьюстон превратился в озлобленного на всех солдафона, готового рвать голыми руками любого, кто не разделяет его принципов и взглядов. Принципы, правда, еще не сформировались, но своих врагов Хэнс видел теперь в каждом, способном держать оружие, будь то человек или бледнокожий инопланетянин. Что повлияло на это, Хьюстон не мог сказать с уверенностью – «предательство» Паркера, собственная смерть, вчерашний, богатый на «приключения» день, а может, и все, вместе взятое.

Птицы, повинуясь какому-то внезапному общему импульсу, вдруг сорвались с места и пошли в широкий круг над платформой.

– Хэнс, – позвал Эткинсон. – Некогда мечтать, у нас много дел.

Пришлось последовать за ним. Немного попетляв по ржавым коридорам, напичканным лестничными пролетами через каждые три метра, они вошли на камбуз.

– Спайк, накорми нас чем-нибудь, – распорядился Джим, усаживаясь за одинокий столик у окна.

Крупный чернокожий кок, похожий на мясника, стоявший до этого у плиты, тут же исчез где-то в закромах.

Хьюстон сел напротив Эткинсона. Пахло рыбой, горелым маслом и еще черт знает чем. Кухня выглядела просторной и была выкрашена в белый цвет, причем, хорошо было заметно, что краску наносили прямо поверх ржавчины.

«Видимо они базируются здесь недавно», – сделал вывод Хэнс.

– Я все жду, когда ты начнешь задавать вопросы, – нарушил молчание Джим.

– Правительственная организация… – пожал плечами Хэнс. – Я думаю, здесь не принято задавать лишних вопросов.

– Хорошая позиция, – Эткинсон с довольным видом откинулся на спинку стула. – Значит ты готов сотрудничать?

– Выполнять приказы, – поправил Хэнс. – Мне не нравится эта война и методы, которыми она ведется, а от Космического флота и Федерации так вообще воротит, так что…

– Достаточно. Мне это тоже не совсем по душе, а вот касательно флота мы сейчас и поговорим.

Спайк поставил на стол два блюда с морепродуктами и бесшумно удалился. Через пару минут он принес бутыль с красным вином и исчез, уже насовсем.

Хьюстон осторожно ткнул вилкой в какое-то щупальце.

– Все это вполне съедобно, несмотря на внешний вид, – успокоил Джим, разливая вино. – Местные дары моря, плюс мастерство нашего повара. Не советую пренебрегать.

Еда и вправду оказалась вполне съедобной и даже в какой-то мере вкусной. Вино, правда, слегка кислило, но Хэнс был вполне рад и этому.

– Вернемся к делу, – сказал Эткинсон. – Наша организация именуется «Черный день».

«Как символично», – подумал Хьюстон с сарказмом.

– Здесь собраны люди, – продолжал Джим, – для которых небезразлична судьба репликантов, отправляемых тысячами на смерть. Все они, так или иначе, имеют отношение к военному аппарату и работают в нем под прикрытием, ведя против него же борьбу. Наша задача – остановить клонирование, бессмысленное кровопролитие и добиться прекращения военных действий на планете, – он выдержал драматическую паузу. – Разумеется, это просто легенда.

– Да, звучит глупо, – произнес Хьюстон задумчиво.

– Но вполне убедительно, согласись. Вояки обращают на нас внимание не больше чем на муравьев, копошащихся где-то под ногами, что позволяет нам действовать прямо у них под носом, не опасаясь особой агрессии.

– Когда Ричард говорил мне об этом, я, признаться, проникся.

– Он не имеет к этой организации никакого отношения, но действовал исключительно по моему приказу.

– Понятно, – вздохнул Хэнс. – А как обстоят дела на самом деле?

– На самом деле я представляю Федерацию, и ты теперь один из правительственных агентов, хочешь ты этого или нет.

– Я думал, вы с вояками заодно.

– Официально да, но на деле, ради достижения собственных политических целей, приходится действовать врозь, сохраняя секретность. Наша задача – подрыв влияния военного аппарата в Гайганском секторе и возобновление военных действий.

– Разве они уже не ведутся?

– Нет, черт дери, – Джим развел руками. – И не ведутся уже лет восемь. Если ты не знал.

– Что же тогда было до этого? – Хэнс пытался сохранить безразличный тон.

Эткинсон пожал плечами.

– Называй это как хочешь, – вздохнул он. – Мы отчисляли средства на вооружение армии, на разработку оружия, исследования, в общем, на ведение нормальной полноценной войны, а наши генералы просто перенаправляли их в собственные, и без того пухлые кошельки.

– Нормальная полноценная война, несмотря на это, у них получалась, – произнес Хьюстон.

– Дерьмо у них получалось…

– Дерьмо? – Хэнс повысил голос. – Я подох на этой войне! Подох по-настоящему! Это была самая настоящая смерть, на самой что ни на есть взаправдашней войне, черт ее дери!

– Угомонись, – сказал Эткинсон совершенно спокойно, наполняя очередной бокал. – Многие погибли, и погибли напрасно. Мы изменим ход вещей с твоей помощью.

– Возобновлением военных действий?

– Именно.

– Интересно, как?

– Война требует вложений, – начал Джим, – о которых я уже говорил и которые, к слову, не безграничны. Если совершить несколько серьезных диверсионных вылазок, это пошатнет обороноспособность флота и подстегнет эхиров к новым массированным наступлениям. Говоря простым языком, подольет масла в огонь…

– Диверсионных вылазок против самих себя? – перебил Хьюстон.

– Да. Против себя. Чтобы расшевелить военачальников. Чтобы вселить в них страх. Чтобы заставить их действовать. Но сделать это надо аккуратно, дабы вселить в них уверенность, что все это дело рук Сообщества.

– Ясно, но звучит неубедительно.

– …Со своей стороны Федерация ужмет финансирование и потребует скорейшего освобождения планеты. Я уверен, средств у военачальников для этого предостаточно, и когда на чаше весов окажутся их жизни, средства эти направятся в нужное русло.

– Нельзя ли просто поймать воришек за руку и уволить к чертям, не проливая лишней крови? – спросил Хэнс. – Полагаю, у Федерации есть возможность отследить утекающие налево деньги.

– Несомненно, есть, – ответил Джим, – но мы преследуем совсем не эти цели.

– То есть Федерация хочет закончить войну в кратчайшие сроки, а генералы не особо торопятся, – подытожил Хэнс. – И вы думаете, таким способом их можно будет расшевелить.

– Совершенно верно.

– Нельзя просто отдать приказ? «Вперед! Уничтожить Сообщество! Изгнать с планеты, раз и навсегда!»

– Все приказы отданы. Военачальники рапортуют, что делают все возможное и невозможное. Якобы война идет полным ходом. Но на самом деле все далеко не так, и Федерация намерена это исправить.

Сейчас, когда мы имеем неограниченный человеческий ресурс, освободить планету от эхиров можно в течение нескольких месяцев, надо лишь слегка подтолкнуть зажравшихся генералов, и шестеренки закрутятся с новой силой.

Хьюстон задумался. Да, Ричард был прав, жизни людей потеряли здесь ценность. Репликанты нужны лишь для того, чтобы бесславно умереть, либо от рук эхиров и их подручных тварей, либо от рук Федерации. Изменить это невозможно.

Вояки отняли у Хэнса жизнь, и Федерация с ними заодно. Что же, он заставит их заплатить за это, пока еще он не придумал как, но тем не менее.

– А что со мной? – спросил он. – Я здесь случайно или все это тоже часть заговора?

– Второе, – сказал Джим. – Нам нужно было утянуть у «Тритона» опытный образец, коим ты и являешься, поэтому программа обучения не была запущена в твоем случае. Это было сделано для того, чтобы ученые забраковали тебя. Дальше дело техники. Нам не трудно было отследить твою дальнейшую судьбу. Тем более ты довольно резко выделялся на фоне остальных клонов.

– Я так и знал. А как насчет самого проекта «Тритон»? Очень скоро на Гайгане появится армия таких же, как я. Что вы тогда будете делать? Как станете контролировать военные действия?

– Не понимаю, о чем ты.

– Что если какой-нибудь образец, вроде меня, объединит репликантов, расскажет им об их правах. Затем внедрится в вашу структуру и начнет подрывать ее изнутри. Как вы определите, что войсками командует тот же генерал, что был вчера, а не какая-нибудь «тварь», принявшая его облик.

– Ну, существует множество инструментов для осуществления контроля, – пояснил Джим. – Программа обучения – самый главный из них. Поверь мне, если бы тебе инсталлировали ее, я бы никакими доводами не смог убедить тебя пойти против аппарата.

– Все же один довод есть, – Хэнс решил обозначить приоритеты. – Гаррет Паркер, он убил меня и не только меня. Думаю, я согласился бы вернуть ему должок, будь даже трижды предан армии и правительству.