Психология риска - Евгений Ильин

У лиц с заниженной самооценкой отмечается неуверенность в себе, защитные механизмы активизированы, очевидно предпочтение стратегий типа «гарантированного успеха». Эти лица предпочитают не идти на риск.

Демонстрирующие неустойчивую, преимущественно заниженную самооценку ставят цели, превышающие реальные возможности, и не имеют выраженного стремления их достичь. У них выражено упрямство в достижении трудных целей, хотя для этого отсутствует предварительная подготовка. Эти лица имеют склонность идти на необоснованный риск.

Известно, что люди с высокой самооценкой склонны преуменьшать, недооценивать вероятность отрицательных последствий, преувеличивать свои возможности достижения цели. Для такого человека «порог» опасности, при котором он может отказаться от действия, сдвинут в сторону большей вероятности неблагоприятного исхода, в то время как для личности с низкой самооценкой – в сторону меньшей вероятности.

Лица с завышенной самооценкой ведут себя по-разному. Одни характеризуются стремлением любой ценой избежать неудачи, поэтому отказываются от целей, которые хотя бы в малой степени грозят обернуться провалом. Защитные механизмы активизированы, предпочтение отдается стратегии типа «гарантированного успеха». Нежелание признать факт, что возможности ниже запросов, заставляет этих людей избегать любых ситуаций, где данное несоответствие может обнаружиться. Эти люди не склонны к большому риску.

У других субъектов с завышенной самооценкой уверенность в себе необоснованно высока. Высокую самооценку часто переносят на незнакомый вид деятельности (например, со спортивного – на учебный или научный). Самые трудные цели ставят сразу, без предварительной подготовки. Эти субъекты склонны к необоснованному риску. Так, лица с завышенной самооценкой воспринимают риск смерти, например, от ботулизма или фейерверка, в меньшей степени, чем лица с заниженной самооценкой (Hakes, Viscusi (2004)).

Для принятия риска психологами выделяются также такие свойства, как степень уверенности в себе, способность быстро ориентироваться в ситуации, профессиональная тренированность поведения в нестандартных ситуациях. Значимо для психологической характеристики рискованного поведения различение лиц с внутренним и внешним локусами контроля (по Роттеру), так как последних при принятии решения отличают высокая тревожность, ориентация на зависимость успеха деятельности от внешних обстоятельств. Высокая степень тревожности способствует поведению, не адекватному ситуации: воздержанию от риска, хотя он социально или личностно оправдан, или, наоборот, рискованному поведению, не учитывающему индивидуальных возможностей (Богомолова С. Н., 1979).

Самостоятельное или групповое принятие решения. Дж. Стоунер (Stoner, 1962) обнаружил, что групповое решение оказалось более рискованным по сравнению со средним от индивидуальных решений, принятых до проведения групповой дискуссии. Это явление получило название «сдвиг к риску». То, что эффект поляризации мнений при групповом обсуждении альтернатив способствует выработке решений более экстремальных, чем те, которые принимаются членами группы самостоятельно, было подтверждено во многих исследованиях (Галлам С, Московичи С, 1992).

Методики, применявшиеся в исследованиях группового принятия решений, связанных с риском, можно разделить на три основные категории. К первой, наиболее распространенной, относятся прожективные методики, использующие набор гипотетических ситуаций и получившие название опросника выбора из дилемм (choisedillemasquestionary, CDQ). Вторую категорию представляют методики, основанные на реальном для испытуемых риске в лабораторном эксперименте (Wallach et al., 1964; Blank, 1968; Pruitt, Teger, 1969; Bern et al., 1969; Zajoncetal., 1968), например риске потери денег в случае неудачи. И наконец, ктретьей категории методик можно отнести полевыеэксперименты(Мс-Cauleyetal., 1973). Опросник выбора из дилемм был разработан М. Уоллэчем и Н. Коганом в 1959 г. для исследования различий в рискованности. Дж. Стоунер (Stoner, 1961) приспособил эту методику для исследования группового принятия риска. В эксперимент была введена групповая дискуссия, в процессе которой испытуемые должны были принять совместное решение. Опросник состоял из двенадцати проблемных ситуаций. В каждой дилемме испытуемым предлагалось выбрать либо привлекательную и более рискованную альтернативу, либо менее привлекательную, но беспроигрышную.

В случае выбора рискованной альтернативы испытуемых просили указать, с какой наименьшей вероятностью принятие такого решения является приемлемым.

Было показано, что не все ситуации вызывали одинаковый сдвиг к риску. Так, при обсуждении пунктов опросника, связанных с опасностью для здоровья или для жизни, стабильно наблюдался сдвиг к осторожности.

Костинская А. 1976, с. 171—172

Феномен сдвига риска объясняется по-разному.

Гипотеза диффузии ответственности. Ее суть состоит в том, что ответственность распределяется между всеми членами группы, что уменьшает страх перед неудачей (Kogan, Wallach, 1967).

Однако эта гипотеза, как пишет А. Костинская (2003), была отвергнута этими же авторами в связи с открытым ими феноменом сдвига к риску в условиях дискуссии, не приводящей к соглашению и, следовательно, не имеющей результатом групповое решение. В качестве основного фактора, вызывающего сдвиг к риску, было выдвинуто влияние групповой дискуссии.

Согласно этой гипотезе, участие в групповой дискуссии создает эмоциональные контакты, уменьшает тревожность членов группы в ситуации риска, благодаря чему каждый член группы чувствует меньше личной вины в случае возможной неудачи вследствие его выбора. Сознание того, что другие несут долю ответственности за возможный неуспешный результат, позволяет членам занимать более рискованные позиции.

Гипотеза распределения ответственности, пишет А. Костинская, была подвергнута критике со стороны американских социальных психологов: «Р. Кларк (Clark, 1971) выделил наиболее уязвимые места этой гипотезы. Во-первых, дискуссия не является необходимостью для возникновения риска. Во-вторых, гипотеза не объясняет противоположный сдвиг. В-третьих, она не согласуется с тем, что более высокий первоначальный индивидуальный уровень риска при выборе сопровождается более значительным сдвигом к риску в группе. В-четвертых, гипотеза не объясняет, каким образом достижение эмоциональных связей испытуемых делает их менее восприимчивыми к возможным отрицательным последствиям. Р. Кларк заключает, что, по его мнению, скорее обмен соответствующей информацией, а не развитие эмоциональных связей ведет к возникновению сдвига к риску» (с. 253).

Гипотеза полезности (ценности риска). В результате группового взаимодействия изменяется полезность риска, связанная с тем, что субъективные значения ценности, которые приписываются риску отдельными членами группы, становятся сходными.

Р. Браун (Brown, 1965) интерпретировал сдвиг к риску следующим образом. Предполагается, что в обществе существуют представления о том, что в некоторых ситуациях стоит рискнуть ради желаемого результата, т. е. риск в этом случае является ценностью. Кроме того, каждый считает себя способным на риск как минимум не менее, чем другие. Когда же в ходе дискуссии обнаруживается, что другие рискуют ничуть не меньше, а то и больше, индивид пересматривает свое решение, с тем чтобы сохранять свою позицию по отношению к ценностному стандарту.

Существенной модификацией гипотезы является конфликтно-компромиссная модель, предложенная Левинджером и Шнайдером (Levinger, Schneider, 1969). В ней постулируется, что принятое решение всегда есть компромисс между идеальным способом поведения и тем, который отвечает «реальности». Представления об идеальном способе поведения формируются исходя из общепринятых ценностей, а представления о реалистическом образе действий складываются из наблюдений за поведением других людей. Далее, как и в гипотезе Брауна, утверждается, что индивид склонен рассматривать себя ближе к идеалу по сравнению со своими сверстниками и коллегами. В ходе обмена мнениями выясняется, что «реальность» несколько ближе к идеалу, чем предполагалось первоначально, и, восстанавливая свою позицию, индивид демонстрирует сдвиг в сторону идеального способа поведения. Авторы получили в ходе исследования данные, косвенным образом подтверждающие адекватность их модели. Опрос показал, что в ситуациях, которые ведут к рискованному сдвигу, идеальный способ поведения более рискован, чем «реалистичный»; ситуации дилемм, постоянно вызывающих сдвиг в сторону осторожности, имеют обратное соотношение – идеальный способ поведения менее рискован.

И в гипотезе Брауна, и в модели Левинджера – Шнайдера функция групповой дискуссии сводится к обеспечению возможности обмена информацией о выборе других. Но это не позволяет объяснить того факта, что один лишь обмен информацией о позициях других лиц либо совсем не приводит к сдвигу, либо наблюдаемый в этих условиях сдвиг существенно меньше того, который вызывается дискуссией.