Докричаться до небес - Лана Муар

должны пройти инструктаж по технике безопасности, чтобы работать в сервисной зоне, и их работа будет контролироваться и проверена нашим электриком, чтобы исключить внесение изменений, из-за которых машину могут снять с гарантийного обслуживания.

— Я согласен. Тогда давайте считать.

— Так. С учётом того, что вы хотите видеть, думаю не стоит брать за основу люксовую комплектацию. Все равно большая часть будет заменяться или делаться с нуля, как та же музыка и шумоизоляция. Поэтому, я считаю, вам стоит взять среднюю или базовую. Базовая даже предпочтительнее. Ведь в нее все так же ставится и не нужно будет тратить время на демонтаж.

— Согласен.

— Тогда… — Василий посчитал сумму по дополнительному оборудованию, сверился с прайсом в компьютере и провел длинную черту под строкой, в которую вписал стоимость базовой комплектации. — Итого получается один миллион двести сорок три тысячи рублей.

— Замечательно. Теперь умножайте все это на три.

— Три миллиона семьсот двадцать девять тысяч. Я правильно понимаю, что все три машины должны быть готовы одновременно?

— Да. Вот данные, на кого нужно подготовить документы, — я протянул три скана паспортов. — Я оплачу все сегодня, а завтра мы приедем и утрясем бумажную волокиту.

— Хорошо. Тогда ещё один вопрос. Когда вам нужны машины? Сами понимаете, что сделать все работы по вашему списку за один день нереально.

— Чем быстрее, тем лучше, Василий. Я согласен подождать чуть дольше, но тачки должны быть выданы без косяков.

— Я все понял. Подготовим по высшему разряду. Если я попрошу неделю на все?

— Пойдет. Куда нести деньги? — спросил я, поднимаясь.

— Пойдёмте, я покажу.

Василий проводил меня до кассы, где девушка несколько раз перепроверила все допы и особенно деньги. Каждую купюру. Отшлепала печатями договоры и передала их мне.

— Спасибо, — сказал я, вытащил мобильный и позвонил Мистику. — Братка, тачки есть. Отправляй ребят в салон. Пусть спросят Василия, он все порешает и покажет.

— О'кей.

— Василий, ещё одна просьба. Мелочь, но все же.

— Внимательно слушаю вас.

— Сзади есть шильдик "Патриот", — сказал я, и Василий согласно кивнул. — Так вот, мне нужно, чтобы от него остались только четыре последние буквы. Если не сложно.

— Все сделаем. Я внесу это в список работ.

— Тогда до завтра. Мы подъедем к открытию.

— До свидания. Возьмите мою визитку, — небольшая картонка перекочевала из рук в руки, — Можете звонить в любое время.

— Ещё раз спасибо, Василий. Приятно иметь с вами дело.

Я пожал ему руку и пошел на выход. Первый пункт из запланированного на сегодня можно было считать выполненным. Теперь нужно было ехать в клуб, быстро перекусить и приступать к следующему.

К концу дня меня уже определенно таращило от того, как все складывалось. Мы втроём отработали, словно швейцарский часовой механизм. Без каких-либо проблем и косяков. Пока я мотался в автосалон, Мистик с Клейстером занимались своей частью формирования стиля. Никто не стал спорить, что нужно было выделиться среди всех, рвущихся со своими песнями в массы. А с учётом грозящего интервью… "Груверсы" ещё не догадывались, что вместо зачуханцев в широких штанах приедут люди на стиле от и до. Своеобразный понт, но у любого понта — особенно у нашего, — должна прослеживаться четкая линия. И там, где другие выбирали понторезки и золотые цацки, мы решили гнуть свою линию. Одинаковые тачки, но такие, чтобы сразу выделяться из потока, одежда, по виду которой сложно связать нас с рэп-культурой, музыка (Мистик изначально шарашил в своем индивидуальном стиле) и тексты. А все вместе складывалось в одно послание — мы не такие, как все, у нас своя банда, прущая напролом. Поэтому-то и были выбраны "УАЗ-ы", и для этого убирались первые буквы в шильдике. Оставшиеся четыре — RIOT, — словно по заказу, ложились в общую копилку вишенкой на торте. Бунт, мятеж, восстание — лишь малая часть значения, полученного слова, — но это было частью нашего мира. Большей частью для всех троих. И в нее мы вложили каждый свое. Я хотел большую черную машину — теперь их у нас будет три. Клейстера перло с игр "Assassin's Creed" — это легло в основу нашей одежды. Мистик тащился с музыки — обувь с тракторной подошвой его вклад. Как и выбритые на висках три полосы. Кому-то могло показаться, что мы вели себя, как отморозки, окончательно сорвавшиеся с привязи, но нам все это было в кайф. А самый кайф был в том, что я ехал на такси к дому ангела, чтобы увидеть ее улыбку и вдохнуть запах лаванды. Она послушала песню и позвонила сама. Рита не сказала ни слова. Не смогла. Долго плакала в трубку, всхлипывая так, что у меня сводило сердце. И эти слезы что-то нащупали, что-то замкнули внутри моей головы. Я вызвал такси с телефона Клейстера и поехал к ней. Поднялся на ее этаж, сказал, что стою за дверью. И она вышла. В домашних тапочках и куртке. Посмотрела мне в глаза, помотала головой и прижала кулачок к груди. Ангел все понял. Все, что я хотел сказать.

— Извини… Я не думал, что ты…

А она подняла свое лицо. Блестящие от слез глаза, маленький чуть вздернутый носик, ямочки на щеках. И пухлые губы. Слишком идеальное сочетание для обыкновенного человека. Я поднял руку, осторожно провел кончиками пальцев по кудряшкам волос. Так, словно хотел проверить, убедиться, что она не плод моей фантазии.

"Мягкие пушистые пружинки," — улыбнулся я возникшему сравнению, поднимая и разворачивая ладонь так, чтобы кудряшки прошли между пальцев. Нереальное ощущение. А Рита тихонько выдохнула и закрыла глаза, чуть наклонив голову в сторону моей руки. Простое, казалось бы, движение, но оно меня хлестнуло по мозгам — я коснулся большим пальцем ее щеки, а потом, словно осмелев или окончательно утратив ощущение реальности происходящего, провел по нижней губе. Не знаю зачем. Но знаю, как это лёгкое прикосновение отозвалось в голове. Посмотрел на ее дрожащие ресницы, все ещё закрытые глаза и сделал то, на что не решился бы, будь они открыты. Я наклонился, чтобы украсть поцелуй. Чтобы попробовать аромат ее губ, вдохнуть глубже тонкий запах лаванды. То, чему не было места в моей реальности, но было в ее. И я хотел узнать, как это целовать ангела. А она не отстранилась. Лишь на мгновение замерла, чтобы потом поцелуй перестал быть едва ощутимым. Рита сделала шаг навстречу и ее губы обожгли мои.

Глава 14. Маргарита

Ромка бесится каждый раз, когда мне звонит Фил. Каждый звонок, от которого я начинаю улыбаться,