Неизвестный Ленин - Владлен Логинов

Примечания:

1 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 53, 55,125.

2 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 53, 54.

3 Там же. С. 54, 123

4 Ленинградская правда. 1925. № 17. 21 января. С. 13.

5 См.: Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 50

6. См. там же. С. 38, 39,40.

7 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 39, 41, 42; Урилов И.Х. Ю.О.Мартов. Политик и историк. М., 1997. С. 289, 290

8 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 71, 72.

9 См. статью Лукашева А.В. в журнале «История СССР» (1963. № 5. С. 21).

10 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 66, 148.

11 См. там же. С. 52, 56,57; Хёпфнер К., Ирмтрауд Ш. Ленин в Германии. Перевод с нем. М„1985. С. 179

12. Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 129.

13 Там же. С. 149.

14 См. там же. С. 56.

15 См. там же. С. 151.

16 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 129, 150.

17 Там же. С. 151.

18 Там же. С. 149.

19 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 57, 64,130,131

20 Там же. С. 58.

21 Там же. С. 57, 119.

22 Там же. С. 56, 131; Хёпфнер К., Ирмтрауд Ш. Ленин в Германии. С. 182.

23 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 58, 152,185; Хёпфнер К., Ирм- трауд Ш. Ленин в Германии. С. 182.

24 Соболев Г.Л. Тайна «немецкого золота». С. 71.

25 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 131, 139.

26 Там же. С. 138.

27 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 131, 138,139.

29 Там же. С. 139, 152.

29 В.И.Ленин. Биографическая хроника. Т. 4. С. 46, 47.

30 Там же.

31 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 132

32 Там же. С. 53, 203.

33 См. статью Лукашева А.В. в журнале «История СССР». (1963. № 5. С. 18).

34 См.: В.И.Ленин. Биографическая хроника. Т. 4. С. 48; «Заря Востока», Тифлис, 1925,17 января.

35 См.: Соболев Г.Л. Тайна «немецкого золота». С. 41, 42,44,45.

36 См.: Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 132; Соболев Г.Л. Тайна "Немецкого золота». СС. 69, 70.

37 См.: Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 132, 133.

38 См.: Ермолаева Р.А., Манусевич А.Я. Ленин и польское рабочее движение. М., 1471. С. 402.

39 См.: Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 123, 132.

40 Там же. С. 133.

41 См.: «Заря Востока», Тифлис, 1925,17 января.

42 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 153.

43 В.И.Ленин. Биографическая хроника. Т. 4. С. 52.

44 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 153.

45 См. статью Лукашева А.В. в журнале «История СССР» (1963. № 5. С. 22).

46 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 59, 60.

47 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 150.

48 Там же. С. 60.

49 «Комсомольская правда», 1937,16 апреля; «Красная звезда», 1940,22 апреля

50 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 124.

51 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 49. С. 434.

52 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 119–120.

53 Там же. С. 119–120.

54. Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 124, 125.

55. РГАСПИ. Фонд 134, оп. 1, д. 272, л. 48.

56. Яковлев Б.В. Ленин. Страницы автобиографии. М. «Молодая гвардия», 1967. С. 555. Верстка книги, запрещённой цензурой, хранится в РГАСПИ (фонд 71. оп. 51, д. 94).

57. Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31. С. 110.

58. Там же. С. 161, 281.

59. См.: «Заря Востока». Тифлис. 1925, 17 января.

60. Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 120, 125.

61. Там же. С. 125.

62. См.: «Известия», 1977,15 апреля, с. 2.

63 Никитин Б.В. Роковые годы. Париж, 1937. С. 22, 57, 58.

64 Нуханов Н.Н. Записки о революции. Т. 2. Кн. 3–4. М„1991. С. 6–7

65 «Правда», 1917, № 24, 5 апреля.

66 Воспоминания о В.И.Ленине. Т.1. С.441, 442.

Глава 2

«Самый безболезненный путь»

«МОИ ЛИЧНЫЕ ТЕЗИСЫ…»

Утром 4 (17) апреля встали рано. Надо было ехать, как договорились вчера, в Таврический дворец, выступать перед большевиками — участниками Всероссийского совещания Советов. Но когда за Лениным и Крупской на машине заехал Владимир Бонч- Бруевич, повернули на Волково кладбище, где были похоронены мать Владимира Ильича и сестра Ольга.

Последний раз он виделся с матерью в сентябре 1910 года в Стокгольме. После недолгой встречи Мария Александровна возвращалась на пароходе в Россию. Держась за корабельные поручни, она молча смотрела на него и плакала. А он стоял на пирсе и даже не мог подняться к ней на палубу. Там была уже русская территория и его могли арестовать…

Прав Бонч-Бруевич: «Тропинка на Волковом кладбище, туда, к этому маленькому холмику, была одной из тяжелых дорог Владимира Ильича» 1. Цветы, которые преподнесли накануне при торжественной встрече, положили на могилы, молча постояли и поехали сначала на квартиру Владимира Дмитриевича, где ждали товарищи, а оттуда — в Таврический…

Было уже совсем светло и на стенах домов, на афишных тумбах ветер трепал свежие плакаты: «Ленина и компанию — обратно в Германию». У тех, кто плакаты заказывал, поэтов получше, видимо, не нашлось. Но после вчерашних восторгов и объятий это все-таки отрезвляло2.

В давние годы, в Кокушкино, когда Володе Ульянову было лет 13, пошли они как-то в ночь, с двоюродным братом Колей Веретенниковым, на пруд. Все предыдущие дни шли дожди. Речушка вздулась, а пруд переполнило так, что мостки всплыли и подойти к купальне было невозможно. Побежали на плотину. Там, через верх, уже вовсю хлестала вода, а поднять затворы (вершняки) у мальчишек не хватало сил.

«Не прошло и пяти минут, — рассказывал Веретенников, — как раздался легкий, как бы предупреждающий треск, за которым вскоре последовал страшный грохот, и вся масса воды с шумом громадными валами устремилась с четырехметровой высоты, вниз, ломая деревянные и размывая земляные укрепления». Когда вода схлынула, на месте симпатичного пруда остались лишь безобразные илистые берега, жидкая зловонная грязь и черные обломки плотины. «"Точно после пожара", — заметил Володя» 3.

Эпизод запал в память. И образ этой всесокрушающей стихии всплыл у Ленина в 1905 году, когда по России прокатился первый революционный вал. В плане статьи «Уроки московских событий» он написал: «Когда вода напирает на плотину, брешь вне шлюз (вершняков) есть начало краха…» 4

И вот теперь, после бесед с солдатами в вагоне, после ночного разговора с питерскими большевиками в особняке Кшесинской, после беглого просмотра утренних газет, Владимир Ильич вновь услышал, а может быть, и физически ощутил, тот «легкий, как бы предупреждающий треск», вслед за которым прорывается безудержная стихия.

Еще там — в Цюрихе, после первых известий о событиях в Петрограде, встал вопрос: что дальше? Закончится революция отречением монарха или революционный вал покатится дальше? В гидродинамике, исходя из массы, скорости водяного потока, рельефа местности и прочих вполне определенных условий, все это, вероятно, можно рассчитать. Но в социальной борьбе, участниками которой являются миллионы людей, подобная задача куда сложнее. Число факторов, влияющих на такую борьбу, слишком велико, а многие из них столь неопределенны, что вряд ли можно с уверенностью вычерчивать вектор данного движения.

И все-таки еще там — в Цюрихе, Ленин пришел к выводу, что Февраль — лишь начало, лишь первый вал, первый этап революции. За ним неизбежно последует второй этап, второй вал, куда более мощный и крутой. Это понимал не только он, но и другие: и те, кто симпатизировал революции, вроде депутата IV Думы, одного из лидеров Петросовета, меньшевика Скобелева, заявившего, что «Россия стоит накануне второй, настоящей революции»; и те, кто отвергал ее, кто давно предсказывал кровавую смуту. Уже упоминавшийся экс-министр внутренних дел Петр Николаевич Дурново, обладавший и опытом и интуицией, накануне войны писал государю: в случае начала революции «оппозиционно-интеллигентные партии будут не в силах сдержать расходившиеся народные волны, ими же поднятые, и Россия будет ввергнута в беспросветную анархию…» 5

В конце 1916 года, на квартире миллионера Коновалова, перед крупнейшими фабрикантами и заводчиками выступил один из лидеров «оппозиционно-интеллигентской партии» кадетов В.А. Маклаков. «Ужас грядущей революции» — вот тема его выступления. Это будет, говорил Василий Алексеевич, «революция гнева и мести темных низов, которая не может не быть стихийной, судорожной, хаотичной». Еще раньше, в 1915 году, влиятельнейший промышленник Алексей Иванович Путилов сформулировал ту же мысль еще жестче: революция неизбежна. Но она будет для страны губительна. «Начнется ужасная анархия… На десять лет… Мы увидим вновь времена Пугачева, а может быть, и еще худшие» 6.