На грани возможностей. Путевые заметки в условиях сильнейшего шторма - Фёдор Филиппович Конюхов

Негодовал в душе корабельщик: «Как можно убегать от Господа Бога. Где это видано? Только в наш век безбожный может решиться на такое человек». Корабельщик в сердцах накричал на команду, чтобы она еще быстрее устраняла повреждения и наводила порядок на корабле.

А тем временем Иона лежал на безлюдном берегу. «И было слово Господне к Ионе вторично: встань, иди в Ниневию, город великий, и проповедуй в ней, что Я повелел тебе». «И встал Иона, и пошел в Ниневию по слову Господню».

23 февраля 2008 года

Тихий океан.

Господи, Иисусе Христе, сохрани меня, грешного, на этот день. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь!

53° 42’ – Ю. Ш.

145° 41’ – З. Д.

Барометр – 1032 мбар.

Ветер – 50, порывами – 55 узлов. Большие волны, даже огромные, холодно.

Сегодня День защитника Отечества. Помню, как в 1992 году, 23 февраля, я с Женей Виноградским, моим другом из Екатеринбурга, тренировался перед поездкой в Гималаи, совершая восхождение на гору Эльбрус – на высоту 5642 метра. Сейчас я в океане, а Женя Виноградский в Антарктиде. Он со своими друзьями-альпинистами открывает новые вершины этого континента. Я тоже недалеко от него.

Вот что я записал в своем дневнике 14 мая 1992 года. Я поймал себя на том, что я пуст, что больше нет не только физических, но и душевных сил. Весь мир стал бессмысленным. Появилось ощущение огромной бездны между жизнью и смертью.

«Неужели я не спущусь с Эвереста, когда уже вершина позади?!» – подстегивал я себя. И вдруг где-то в далеком уголке моего мозга кроме пустоты появилось животное ощущение жизни, которое напомнило, что я еще живой и меня еще ждут впереди все земные радости и новые путешествия.

Гималаи – священное место. А Эверест – святыня из святынь. Каждый альпинист стремится сюда попасть хоть раз в жизни. Как христианин мечтает об Иерусалиме, мусульманин о Мекке, буддист мечтает о Лхасе. «Если ты не видел Эвереста, твоя жизнь на земле ничего не стоит», – так говорят альпинисты всего мира.

Мой череп трещит по всем швам, но я не удивляюсь. Все же высота выше 8000 метров. Кислородные баллоны уже почти пустые. Передвигать ноги исключительно трудно. Мне хочется сесть и не двигаться. Я стал равнодушен к тому, что в любой момент моя душа может покинуть уставшее и окоченевшее тело.

Такие мысли сверлили мой мозг. И только подошедший Женя Виноградский их прервал. Он указал на далекую вершину Чо-ойю («Милость богов»). Эта гора меньше Эвереста, но достигает 8201 метра. Но на нее Женя взошел прошлой осенью, оставив лежать мертвым Юру Гребенюка, погибшего от сорвавшегося камня. Мое шестое чувство – опыт, седьмое – Вера. Великая Вера в Бога. Восьмое – предвидение, что принесет следующий день.

«Человеку дана жизнь, чтобы она ему служила, а не он ей служил».

06:34

До мыса Горн 2618 миль, 12 дней при скорости 9—10 узлов. Благодарю Бога моего Иисуса Христа при воспоминании об Эвересте и других моих горных экспедициях, всегда молюсь за альпинистов, которые идут к этой вершине. Сегодня, 23 февраля, когда мирские люди отмечают День защитника Отечества, православная церковь празднует день иконы Божьей Матери «Огневидная».

Сейчас я перевесил иконку святого Георгия Победоносца из каюты в штурманскую рубку. Находясь в океане, я молюсь только в ней. Здесь на полке, над приборами, я разместил все иконки. В центре – икона Иисуса Христа. Справа от него – икона Владимирской Божией Матери. Слева от Иисуса Христа – другая иконка Божией Матери, «Казанская». А дальше расположились святитель Николай Чудотворец, всехвальный апостол Андрей Первозванный, великомученик Феодор Стратилат, великомученица Ирина, блаженная Матрона, преподобный Аркадий, архангел Михаил, великомученик Пантелеймон целитель, преподобный Серафим Саровский, преподобный Сергий Радонежский, преподобный Феодор Санаксарский, праведный Иоанн Кронштадтский. Теперь к ним прибавилась еще одна иконка великомученика Георгия Победоносца. Святой Георгий жил на рубеже III–IV веков. Происходил из знатного каппадокийского рода, был римским воином, занимал высокое положение в войске императора Диоклетиана. Исповедовал христианство и, когда Диоклетиан начал жесточайшие гонения на христиан, открыто заявил перед императором о своей вере, за что был подвергнут восьмидневным мучениям и обезглавлен в Никомедии в 303 году. Святой Георгий был прославлен как великомученик. Дни его памяти 23 апреля (6 мая) и 26 ноября (9 декабря).

Прогноз от Ли. 23 февраля: ветер SW – 40–50 узлов. 24 февраля: ветер WSW – 30–40 узлов. Шторм впереди, на северо-востоке, я – на юге, в южном крыле непогоды. Чувствую, что мне не выйти из штормов до мыса Горн.

19:30

Ветер стихает, но волна еще большая. Холодно, руки мерзнут даже в каюте.

Я перестал тосковать, как прежде. «Стыжусь и боюсь поднять лицо мое к Тебе, Боже мой». Вот уже 12 часов я и моя яхта «Алые паруса» идем в десятибалльном шторме, ветер 50 узлов. Океан весь белый, покрыт пеной и барашками. Впереди нас шторм, и мы «висим» у него на хвосте. Задача – оставаться в этом ветре как можно дольше, так как он хорошо тянет нас на восток к мысу Горн.

Ветер заходит на южный, и воздух становится еще холоднее. В океане мороз, в яхтенном такелаже – иней. Я думаю, что сейчас около нуля градусов, но термометра на борту нет. Регулярно я использую радар как основное средство для обнаружения айсбергов. Сегодня ночью обнаружил какой-то объект на поверхности океана в координатах 54° 06’ юга и 149° 15’ запада, но отошел на пару градусов на север и пропустил это пятно справа по борту. Явно это была не волна, так как предмет остался на месте, пока мы его огибали. По идее, здесь уже должны быть айсберги. Ветер все время гонит лед от Антарктиды на север, да и 54-й градус южной широты – район наибольшего распространения льда (так указано на шлюпочной карте Южного океана).

Сегодня пожарил три яйца. На этом свежие продукты заканчиваются – перехожу на рис, спагетти и консервы. Овощи и фрукты закончились через две недели после старта. Есть еще сублимированное питание, но я его так много съел во время восхождений и походов к полюсам, что сейчас стараюсь избегать. Когда идешь к Южному полюсу и тянешь нарты под 140 кг – каждый грамм имеет значение, а на 25-метровой яхте с валовым тоннажем в 56 тонн дополнительные 20 килограммов продуктов на скоростные характеристики не влияют. Набор съестного для таких походов небогат, и пища быстро надоедает. Да и компании нет. Помню, когда мы ходили с экипажами на этой яхте в Атлантике в 2005 году, кто-то постоянно готовил на камбузе. Обсуждалось меню, так что обеды кают-компании проходили весело. А