Дом теней - Мери Кайе

Амэлфи выглядела как угодно, только не невзрачно. Бледно-золотистый шифон идеально гармонировал с её золотыми волосами и антикварным гарнитуром из топазов в золотой оправе. Этот цвет очаровательно подчеркивал её русалочьи глаза цвета морской волны, и теперь она во всю старалась ослепить Тайсона.

Не понимаю, как мама это терпит! - обиженно подумала Дэни и, повернувшись к Лоррейн, внезапно получила ответ.

Лоррейн, одетая в хрупкое черное паутинное кружево с бриллиантами, была в своей собственной особенной манере так же очаровательна, как и Амэлфи, и занималась тем, что изливала все свое обаяние на Ларри Доулинга. Тот выглядел совершенно ослепленным.

Они не могут перестать, - думала Дэни, чувствуя себя подавленной и до слез неловкой. - У них такое обаяние... Они просто пускают его в ход, и зачастую совершенно бессознательно. Они не могут от него избавиться или перестать им пользоваться, как Миллисент Бейтс не может перестать быть Миллисент Бейтс!

Миллисент сидела напротив неё между Лэшем и Эдуардо ди Чиаго, и "вечернее платье" значило для мисс Бейтс только одно - платье длинное. Такое она и надела: не поддающийся описанию наряд из прочного синего марокена, не допускавший никакого легкомыслия и нисколько не красивший её плоскогрудую фигуру с квадратными плечами. Она занималась тем, что читала Лэшу, как непросвещенному колонисту, лекцию о преимуществах Национальной системы здравоохранения. По счастью, Тайсон наконец решил затронуть вопрос о дневном визите начальника полиции.

- Кстати, Лэш, насчет заказа места в самолете на завтра. Боюсь, что ты...

Амэлфи резко повернулась.

- Какой ещё заказ? Лэш, ты же не уезжаешь? Ну не теперь, когда мы только что приехали! Милый, не будь таким глупым!

Найджел хихикнул.

- Это все американская страсть к суете. Прибыть сегодня, завтра уезжать! Так выматывает...

- Совсем наоборот, - огрызнулся Лэш, - это здоровый инстинкт самосохранения.

- Дорогой, я совсем не так опасна, - сладко заворковала Амэлфи. - Ты испугался?

- Я в ужасе! - воскликнул Лэш. - Но раз я обнаружил, что деловая сторона поездки может быть завершена за полчаса - если только наш хозяин не станет слишком долго засиживаться - не вижу смысла долго болтаться здесь без дела, как бы это ни было приятно. У меня много других обязательств.

Миссис Бингхэм сказала:

- Бедная мисс Китчелл! Я уверена, вы собирались посмотреть Занзибар. Какой же ваш мистер Холден деспот!

Она просто излучала симпатию к Дэни, а Лэш казался потрясенным. Это он совсем упустил из виду. Если Дэни продолжает играть роль его секретарши, он едва ли может уехать без нее. Или с ней.

Нокаут! - горько подумал Холден. И вдруг его осенило. Он привстал и поклонился миссис Бингхэм.

- Мэм, вы заставляете меня краснеть. Вы чертовски правы. Я деспот, а мисс Китчелл действительно нуждается в отдыхе. Но она его получит. Не похоже, что она понадобится мне в ближайшую неделю; так что она может остаться здесь, выкроить себе прелестные каникулы и присоединиться ко мне позже, когда я должен буду вернуться в Штаты.

А теперь, - злорадно подумал Лэш, - только попробуйте спутать мои планы!

И Тайсон это сделал.

- Похоже, - мягко сказал он, - вы проведете это время здесь, вместе с ней, мой мальчик.

- О нет, ни за что, - твердо заявил Лэш. - Я собираюсь...

Тайсон разозлился.

- Ради всего святого, если вы перестанете перебивать меня каждый раз, как я открою рот, я смогу договорить. Спасибо! По поводу заказа мест на самолет. Боюсь, молодой человек, вам придется его отменить. Честно говоря, я уже сделал это от вашего имени. Полиция просит пару дней всех оставаться в пределах досягаемости.

- Полиция? - Амэлфи уронила бокал, он брызнул осколками и оставил на столе красный ручеек бордо. - Какая полиция? Почему?

- Днем здесь был Джош Кардью. Сказал, что все это рутинная процедура, но их попросили проверить каждого, кто прилетел этим утром рейсом Найроби Занзибар, и особенно - с рейса Лондон-Найроби. Поэтому будет лучше, если вы все ненадолго останетесь здесь. Все тот бедняга Джемб...

- Салим Абейд? - спросил Ларри Доулинг. - Вы имеете в виду человека, который этим утром умер в аэропорту Момбасы?

- Я имею в виду человека, который этим утром был убит в аэропорту Момбасы, - поправил Тайсон. - Похоже, кто-то добавил в его кофе порядочную дозу цианида; как-то не верится, что он сделал это сам.

Гасси с ужасом посмотрела на свой бокал с вином и поспешно его отставила.

- Но как ужасно, Тайсон! Я хорошо его помню. Он был и на лондонском рейсе. Но с какой стати полиция собирается задавать вопросы кому-то из нас? Это смешно, наверняка все сделал кто-то в аэропорту. Хотя бы бармен, который подавал ему кофе...

- Проверяют всех подряд. Ищут иголку в стоге сена, я бы сказал. Полагаю, аэропорт был полон?

- Набит битком, - Гасси даже передернулась от одного воспоминания. - К тому же было невыносимо жарко, несмотря на все эти вентиляторы и тому подобные штуки.

Ларри Доулинг задумчиво протянул:

- Не так это просто, - бросить что-то человеку в чашку, чтоб никто не заметил, тем более на людях. Слишком рискованно. Это должен быть кто-то знакомый.

- Не понимаю, почему, - возразил Найджел, вытирая бордо чистым носовым платком. - Любой - буквально любой - мог задеть его локоть или отвлечь внимание, проходя мимо. Элементарно. Роняете на пол его газету или натыкаетесь на его портфель, и, пока он их поднимает, а вы извиняетесь, бултых!

Он бросил воображаемую пилюлю в воображаемый стакан, и Эдуардо ди Чиаго буркнул:

- Бр-р-р..! Слишком неприятный разговор. Что касается меня, я не люблю говорить о смерти. Это приносит несчастье.

- О, я так с вами согласна! - искренне подтвердила Лоррейн. - Ужасное несчастье. К тому же я предполагаю, что они связаны по три.

- По три чего? - потребовала ответа потрясенная Гасси Бингхэм.

- Убийства, конечно, дорогая. События всегда идут по три. Вы этого не замечали?

- Но ведь пока случилось только одно, - возразила Миллисент Бейтс.

- Моя дорогая, неужели вы ничего не слышали? Как же, я думала, что мы одни не знали, потому что неделями не получаем английских газет. Но вы-то должны были видеть...

Тайсон воздел глаза к небесам, а затем, осознав, что предотвратить уже ничего нельзя, пожал плечами и разлил портвейн.

- Что мы должны были видеть? - резко спросила Миллисент.

- Ну как же, по поводу мистера Ханивуда. Адвоката Тайсона. Его убили...

- Ханивуд... старый Генри Ханивуд? - хрупкий бокал выскользнул из пальцев Гасси Бингхэм, и опять темная лужа вина заблестела в свете свечей. Но она этого не заметила. Гасси подалась вперед, уставившись на Лоррейн, и её голос внезапно окреп: - Откуда вы это взяли?

Но Лоррейн не обратила внимания. Она встала из-за стола, взяла пустой бокал и хватила его об пол.

- Это третий, - уверенно сказала она. - Еще один к двум тем, а это значит, больше ничего не разобьется. Гасси, дорогая, что ты сказала?

Гасси повернулась к брату.

- Тайсон, что это за невозможная чушь, которую несет Лоррейн?

- Это не чушь, - ответил Тайсон, наливая себе портвейн. - Я только сегодня узнал, что беднягу убили. Застрелили в собственном кабинете утром того дня, когда вы вылетели из Лондона. Полагаю, вы бы увидели в газетах, если бы не суматоха со сборами.

- Нет, я не видела и до сих пор не верю. Зачем кому-то убивать старого Генри?

Тайсон пожал плечами.

- Спроси что-нибудь полегче. Я полагаю, ограбление. Сейф был открыт. Деталей я не знаю.

- И как же, - спросила Миллисент, - вы узнали об этом? Если у вас есть почта из дому, я бы хотела взглянуть.

Тайсон казался растерянным, и Лэш злорадно подумал: это научит его быть осторожнее!

- Она должны быть где-то здесь, - промямлил Тайсон. - Но если уж на то пошло, я с дневной почтой получил письмо. Налей себе портвейна, Гасси.

- От кого? - допрашивала Миллисент.

- От... От человека, которого вы не знаете, - поспешно выкрутился Тайсон.

- Что он написал? Когда это случилось? Как...

Тайсон скорчил страдальческую мину и раздраженно спросил:

- Почему вас это так интересует? Он ведь не был вашим семейным адвокатом?

- Он был казначеем нашего клуба "Женской гильдии" и моим личным другом, - огрызнулась Миллисент. - Так когда, вы сказали, это случилось?

- Ради всего святого, почему я должен это знать?

- Одиннадцать сорок восемь, - вежливо вмешался Ларри Доулинг. - Время стало известно, потому что выстрел повредил часы, которые старый джентльмен носил в кармане жилета, и они остановились.

Тайсон посмотрел на него так, будто обнаружил слизняка в своем салате, и пробурчал под нос:

- Боже мой! Пресса, конечно, все знает лучше всех!

- Одиннадцать сорок восемь, - произнесла мисс Бейтс и повторила это медленнее: - Одиннадцать... сорок... восемь.

- И что это значит? - поинтересовался Найджел через стол. Миллисент уставилась на него.