Держи ухо востро - Марина Серова

Перед ним встает выбор: либо бросить все на произвол судьбы, либо спрятать награбленное в укромном месте. Он выбирает второе. Закапывает свои богатства, надеясь вернуться за ними при первом удобном случае.

Удобный случай не подворачивается. А через год война подходит к концу.

Раушенбах-старший не расстреливал мирных жителей и не сжигал тысячи людей в концлагерях, поэтому не считается военным преступником. Он спокойно живет себе в Дуйсбурге и, скорее всего, не испытывает никаких угрызений совести.

У него есть сын Курт, который в тяжелые для

Германии послевоенные годы не имеет возможности получить приличного образования и работает рабочим на фабрике.

Проходят годы. Бывший офицер стареет, но все это время он не может забыть о своем тайнике в далекой России. По вечерам он смотрит альбомы с репродукциями и интересуется ценами на произведения искусства. После войны они достигают астрономических чисел, и у него созревает план. Это становится его идеей фикс. Иконы снятся ему по ночам, но нет пока никакой возможности добраться до России и попытаться вернуть себе спрятанные сокровища.

У него рождается внук Пауль, который вместе с дедушкой рассматривает альбомы. Дедушка рассказывает ему о своей юности и в один прекрасный момент — о том тайнике, о котором не знает никто в мире. Теперь у них с внуком есть общая тайна, и они шепчутся о ней по вечерам.

На смертном одре дедушка берет с внука клятву, что тот закончит университет и станет искусствоведом. Перед самой смертью он передает ему старую замызганную бумажку, на которой, как на пиратской карте, крестом обозначено место клада.

Звонок телефона отвлек меня от моих «видений». Это была Софа.

— Ты представляешь, этот идиот поехал в командировку!

— Какой идиот? — не поняла я.

— Пауль! Ему мало этих двух дней, что ты на это скажешь?

— Да откуда ты это взяла?

— Я позвонила ему в фирму, и Герман сказал, что его нет. Что он еще утром укатил в командировку.

— Куда?

— Откуда я знаю? Он мотается по всей области, Герман одолжил ему машину.

— Может быть, это и не так глупо, Софа. В городе сейчас не менее опасно.

— Ты думаешь? — с сомнением спросила она.

— Ну, сама подумай. Где-то гуляет хозяин мальчиков.

— Я уже не знаю, где опасней, а где безопасней. Аня, ты же понимаешь, мне не с кем посоветоваться, кроме тебя.

— Я все понимаю.

— Приезжай ко мне, а?

— У меня еще много дел. Может быть, вечером.

— Вот и хорошо. После работы я тебе позвоню.

— Договорились.

— Спасибо тебе, Анька. Пока. Целую.

Повесив трубку, я попыталась понять, хорошо это или плохо, что Пауль уехал в командировку. И зачем он в нее поехал. Но не смогла сосредоточиться на этом вопросе и вернулась к своим «видениям».

…У Пауля в глубине стола спрятана дедушкина карта. Он обещал дедушке поступить в университет и хорошо учиться. Папа Курт целыми днями пропадает на своей фабрике, а Пауль, выучив уроки, листает дедушкины альбомы и перерисовывает карту. Он делает это так часто, что знает ее наизусть.

Еще в школе он начинает изучать русский язык, а поступив в университет, всерьез увлекается им. И даже читает русских классиков.

С годами детская мечта становится похожей на сон. Прошло много лет, Пауль занимается наукой, но однажды…

В этом месте мне чего-то недоставало. Какого-то события или человека. Пауль должен был что-то узнать… Или кого-то встретить, что и определит его дальнейшую жизнь. Я поставила на бумаге жирный вопросительный знак, но не стала зацикливаться на этом.

Что бы там ни случилось, в результате Пауль оказывается в Одессе, в том самом городе, название которого он научился произносить еще в детстве. И в его памяти сохранилась карта, перерисованная им десятки раз.

Он сверяет свою детскую память с впечатлениями от реальной Одессы и находит в них общие черты. Название деревни, близ которой зарыт клад у большого дерева. Остается приехать туда однажды ночью… В принципе, все логично. И дедушкины сокровища оказываются в Европе.

Остается выяснить, где находится тайник, и можно заказывать банкет в ресторане. Для этого нужно не терять дружеских отношений с Софой и Паулем. Настанет день, когда он решится переправить на Запад новую партию икон, и, проследив за ним…

"А может быть, он уже перенес иконы в другое место? И они спокойненько лежат в шкафу в его фирме или в подвале Софиного особняка?» — подумала я. И это тоже показалось мне вполне вероятным.

Во всяком случае, мне теперь было понятно, откуда Пауль берет иконы. Их ему никто не поставляет, и ему не обязательно связываться с темными личностями.

Но тем не менее он с ними связался. Последние два дня лишили меня по этому поводу всякого сомнения. Зачем? Мне пришло в голову одно разумное объяснение: для того, чтобы переправить иконы на Запад. И, скорее всего, это действительно было так. И тогда он мог напороться на очень «крутых» парней. Одно дело — местная шушера, и другое дело — ребятки, промышляющие в международном масштабе.

И какая-то черная кошка пробежала между ними. То ли не сошлись в проценте, то ли Пауля вообще решили вывести из игры и угрожают расправой, если он не отдаст им все свои иконы. От этого контингента можно ожидать любых сюрпризов.

Если это так, то мне следовало поторопиться.

Если криминал наложит лапу на тайник Пауля, то все придется начинать сначала.

Внезапно меня осенило. Не знаю, вспомнила ли я кошмарный сон или наш печально закончившийся пикник, но неожиданно я поняла, где спрятаны иконы. Это было так очевидно, что я засмеялась. Верно говорят, что труднее всего найти тот предмет, который никто и не думает прятать. Он лежит на самом виду, а ты рыскаешь по чердакам и подвалам.

Разумеется, иконы были в пещере. Пауль не только изучал искусство и русский язык, но и увлекался спелеологией. Потому что с детства планировал отправиться в Россию, где его дедушка спрятал клад в пещере.

Именно поэтому участок пляжа поблизости от пещеры стал любимым местом отдыха Пауля. И всегда ходил в пещеру один, пугая Софу всевозможными опасностями.

Я вскочила с кровати и забегала по комнате. Теперь мне трудно было усидеть на месте. Пауль уехал в командировку, Софа не ждет меня раньше вечера. В любом случае у меня был свободен почти целый день. Я посмотрела на часы — не было еще и двух часов. Дорогу до пещеры я представляла себе неплохо, оставалось определиться со средством передвижения. Если бы Ваня оказался дома!

Я набрала его номер. И мое сердце радостно забилось, когда я услышала его голос.

— Иван, — сдерживаясь, чтобы не напугать его, начала я, — ты сегодня не работаешь?

— Кто это? — сердито спросил он, видимо, не узнав меня.

— Мы с тобой на днях были в ресторане, — напомнила я.

— В каком еще рестора… — он оборвал себя на полуслове, сообразив, с кем говорит. — Я работаю, просто пришел на обед.

— Вот и прекрасно, мне как раз нужна машина.

— Только мне заправиться надо.

— Давай так. Мне нужно кое-что купить, а через час ты подъедешь к «Гамбринусу». Идет?

Почему я назвала это место, я и сама не знала. Но зато Ваня не перепутает. Другого «Гамбринуса» в Одессе нет.

— Хорошо. А далеко поедем?

Это был непростой вопрос. Расстояние до пещеры я приблизительно знала, но вот сколько понадобится времени — сказать было трудно.

— Значит, так, Ваня, рассчитывай до вечера и возьми с собой поесть.

— Понял.

— Вопросы есть?

— Никак нет.

— До встречи через час.

За час мне нужно было пробежаться по магазинам и купить фонарик, веревку… Честно говоря, мне никогда до этого не приходилось лазить по пещерам, и я сама плохо представляла, что мне понадобится.

Только выйдя из гостиницы, я сообразила, что у меня не было даже джинсов, и вся обувь как на подбор модельная. Меня же экипировали для Лондона! Поэтому первым делом я отправилась в обувной магазин, где выбрала высокие плотные кроссовки. В соседнем магазине купила джинсы и куртку, там же я нашла и фонарик. Полчаса я разыскивала хозяйственный магазин, чтобы купить там капроновой веревки.

— Сколько метров? — спросила меня продавщица и поставила меня этим вопросом в тупик.

На всякий случай я взяла сто метров, хотя не очень понимала, для чего мне столько понадобится.

В том же отделе мне на глаза попалась саперная лопата, правда, называлась она «лопатка огородника», но ничем не отличалась от саперной. На всякий случай я купила и ее.

Я уже катастрофически опаздывала, но забежала в спортивный отдел, где приобрела «нож охотничий», поискала глазами что-нибудь еще, но ничего интересного больше не увидела.

С полной сумкой и двумя набитыми пакетами я помчалась к «Гамбринусу». Ваня стоял около входа, но почему-то без машины.

— Тут стоянка запрещена, так что я уже заплатил штраф, — уныло сообщил он.