Бокал шампанского - Кристин Григ

Да, все, что он помнит о той ночи, было ложью. Но почему прошлой ночью она опять таяла в его объятиях? Черт побери, он мог взять ее прямо там, на автостоянке, прислонив к машине…

– Пассажирам пора приготовиться к приземлению. Не курите и пристегните ремни. Леди и джентльмены, вас ожидает прекрасная солнечная погода…

Кора открыла глаза, и Лайон протянул к ней руки.

– Дай мне моего сына, – холодно приказал он.

И без того бледное лицо Коры совсем побелело. Помедлив, она все же отдала ему Фрэнка. Беря мальчика, Лайон почувствовал, как дрожат ее руки.

Боится, подумал Лайон. Что ж, прекрасно, именно этого он и хотел. Потому что, черт побери, сам боится не меньше нее. Единственная разница в том, что, на его счастье, она этого не знает.

Улетая, Лайон оставил свой автомобиль на стоянке подле аэропорта.

Поместить женщину, ребенка, чемоданы с вещами, коробки с игрушками, пеленками, банками сока и коробками печенья в один автомобиль оказалось делом нелегким. Кора с Фрэнком на руках молча стояла рядом. У него было ощущение, что она смеется над ним.

Что тут смешного? – мрачно подумал Лайон. Разве он виноват в том, что улетел отсюда холостым человеком, а вернулся женатым, да еще с сыном?

Наконец ему удалось запихнуть весь скарб и они тронулись в путь. С того момента, как он забрал у нее ребенка в самолете, никто из них не произнес ни слова, и в конце концов Лайону это надоело.

– Тебе что-нибудь нужно?

– Моя свобода, – ответила Кора. Стиснув зубы, он решил не обращать на это внимания.

– Я имел в виду, для Фрэнка. Мы можем остановиться у супермаркета.

– Если ты серьезно решил держать нас здесь, то мне понадобится множество вещей.

Лайон бросил на нее косой взгляд.

– Надеешься, что я передумаю, дорогая? Разверну машину, доставлю вас в аэропорт и куплю обратный билет? – Он ухмыльнулся. – Не надейся, Кора, ты останешься здесь. А я постараюсь помочь чем могу. Скажи, что тебе надо, мы остановимся и купим.

– Кроватку, – начала она, стараясь не показать своего страха, – коляску, манеж, высокий стульчик…

– Все это можно будет купить завтра. Что тебе необходимо в первую очередь?

– Ничего, я могу покормить его, посадив на колени. Справлюсь как-нибудь.

– А где он будет спать? Удобно ему будет в постели?

Кора пренебрежительно рассмеялась.

– Ты не слишком много знаешь о детях.

– Да, – сухо подтвердил он, – не слишком. Она прикусила губу. Этого говорить не стоило, но не извиняться же ей перед ним.

– С Фрэнком все будет в порядке. Он ляжет со мной.

– В эту, первую ночь на новом для него месте. Только в эту.

Бросив на него быстрый взгляд, Кора почувствовала, как забилось ее сердце.

– Если ты надеешься извлекать удовольствие от моего… рабства, – сказала она, – то сильно ошибаешься. Тебе удалось заставить меня выйти за тебя замуж, но спать с тобой я не буду.

Она была очень бледна, с синяками от усталости под глазами и выглядела испуганной. Лайону вдруг захотелось остановиться, заключить ее в объятия и объяснить, что ей нечего бояться, что он позаботится о ней и об их сыне. И никогда не потребует от нее… ничего такого, ведь их брак нельзя назвать настоящим.

Правда, вчера вечером, а еще – сегодня утром Лайон говорил совсем другое, но тогда он был очень зол. Теперь, когда сражение выиграно, можно позволить себе проявить благородство. Каждый уважающий себя мужчина на его месте поступил бы так же.

Подъехав к дому, он открыл дверь гаража с помощью дистанционного пульта, загнал машину и, выключив мотор, вышел открыть дверцу своей жене.

Глава девятая

Кора проснулась вся дрожа, от только что привидевшегося кошмара. Ей приснилось, будто она находится в незнакомой комнате какого-то чужого дома, стоящего в совершенно незнакомой местности. Все это содержало некую смутную, но вполне реальную угрозу…

Но то был вовсе не сон, а горестная реальность. Она находилась в спальне дома Лайона. Ее собственная спальня, с бледно-желтыми обоями и окнами, выходящими в небольшой садик, осталась в сотнях километрах отсюда.

Здесь Кора была в плену, вместе с…

– Фрэнк! – Ее охватил леденящий душу страх. Уснув в обнимку со своим сыном, Кора проснулась в полном одиночестве – на кровати рядом с ней лежал только плюшевый медвежонок. – Фрэнк, мальчик мой, где ты?

Соскочив на пол, Кора суетливо начала обыскивать комнату, становясь на колени, заглядывая под мебель, открывая дверцы встроенных шкафов. Заглянула она и в ванную. Ребенка нигде не было.

В полном отчаянии она подбежала к двери и распахнула ее. Прямо перед ней была маленькая площадка полной опасных поворотов винтовой лестницы.

– Фрэнк, Фрэнк, – шепотом твердила Кора. – О Боже, Фрэнк…

Тишину дома нарушил отдаленный детский смех. Кора напряженно прислушалась. Серебристый смех раздался вновь, и к нему присоединился низкий мужской. Она бросилась к видневшейся в конце коридора раскрытой двери: смех доносился именно оттуда.

Лайон лежал на спине, согнув ноги, на которые откинулся сидевший у него на животе Фрэнк.

– Что, черт побери, ты делаешь с моим сыном?

Смех замолк. Фрэнк и Лайон обернулись. Подбежав к кровати, казавшейся слишком большой для одного человека, Кора схватила ребенка на руки.

– Ма-ма, – пролепетал мальчик.

– Я здесь, дорогой, – успокоила его Кора и только сейчас обратила внимание на Лайона. Он уже сидел на кровати, одетый лишь в белые спортивные трусы.

– Я тебя спрашиваю, Лайон: что ты делаешь с моим сыном?

Явно испуганный ее сердитым тоном, ребенок, засунув в рот большой палец, захныкал. Лайон спустил ноги на покрытый ковром пол.

– Эй, Фрэнки, – ласково сказал он, – все в порядке. Твоя мама, наверное, беспокоилась о тебе, вот и все.

– Наверное? – негодующе воскликнула Кора. – Я просыпаюсь, сына нет, а у тебя хватает наглости говорить, что я, наверное, беспокоилась!

– Послушай, извини, но так получилось. Я проснулся и услышал, что он плачет. Подождал немного, но плач не умолкал, поэтому пришлось войти к вам и забрать его.

– Если бы он плакал, я бы услышала.

– Но он действительно плакал, а ты, видно, крепко спала. – Лайон поднялся на ноги. – Что я, по-твоему, должен был сделать? Оставить тебе записку – мол, не беспокойся и все такое…

Окинув его взглядом, Кора слегка покраснела.

– Это обязательно?

– Что обязательно?

– Расхаживать… в таком виде? – Лайон взглянул на свои трусы, потом удивленно – на нее. – Я понимаю, ты находишься в своем доме, но какие-то приличия…

Он расхохотался.

– Это и есть дань приличиям. Обычно я сплю совсем раздетым, но, идя за сыном, натянул на себя эту штуку. – Он окинул взглядом ее растрепанные волосы и майку с короткими рукавами. – Тебя, по-моему, тоже вряд ли пустили бы на прием к английской королеве. Кора покраснела еще сильнее.