Кровавый закон - Анастасия Вернер

Она посмотрела вдаль и обреченно прикрыла глаза. Лучше бы она сошла с ума. Прямо здесь, прямо сейчас.

У нее просто больше нет сил.

Такая огромная пустыня… и она, Олиф, — очередная букашка… Когда умирает паук, этого никто не замечает, когда убивают муху, никто не устраивает пышных похорон, когда одним хлопком моль превращают в кашу, никто не оплакивает ее годами. Когда умрет Олиф — этого никто не заметит.

Девушка порывисто поднялась и пошла вслед за незнакомцем. Или он ее убьет, или она сама нарвется.

Когда мужчина услышал приближающиеся шаги, то замедлил ход и раздраженно развернулся.

— Тебя, похоже, еще при рождении уронили, — оскалился он.

Олиф взглянула на его меч. Вот бы он на нее так разозлился, что… один удар, раз — и все. В сердце — чтобы не мучилась…

— Даже не думай, — отрезал мужчина, проследив за взглядом девушки.

— Тогда я буду ходить за тобой до тех пор, пока не умру, — тихо ответила Олиф, намекая, что он может сделать это прямо сейчас.

Тот долго сверлил ее взглядом, а затем повернулся и пошел дальше. Девушка пристроилась рядом и старалась не отставать. Мужчина усиленно делал вид, что ее здесь нет, но Олиф не особо расстраивалась. Она вдруг поняла, что чувствует себя даже спокойнее. Теперь она не просто знает, но и наглядно видит, что не одна здесь. Рядом был человек. Живой человек. Пусть он делает с ней, что захочет. Даже то, что собирались сделать те сальные мужики. Это нормально, тем более в пустыне. И после такого Олиф точно умрет. Это будет приятным исходом для всех.

Прошли они не мало, и за все это время никто из них не произнес ни слова. Олиф тяжело дышала. Ей снова захотелось пить, солнце, казалось, вытягивает из нее все силы. К тому же дико болело плечо — не то, что не пошевелить, даже руку не поднять. И щеку, на которую пришлось несколько пощечин, сильно саднило. Но Олиф терпела. Если повезет, скоро все закончится.

Сколько времени прошло, девушка не знала, но молчать уже было невыносимо.

— Как тебя зовут? — приглушенно спросила она.

— Никак, — ответил мужчина.

— Человека не могут никак не звать. У него должно быть имя.

— У меня нет имени, — отрезал он.

— Оно у всех есть, — немного обиженно возразила девушка.

— Как видишь — нет.

Мужчина повернул голову и оценивающим взглядом обвел фигуру Олиф. Девушке резко захотелось провалиться сквозь землю, но она сделала вид, что ничего не замечает.

Однако его заинтересованность состояла в другом: сапоги на девчонке были дорогие, а вот платье обыкновенное, изношенное. Одну из этих вещей она украла. Обувь ей явно не по размеру, значит, вывод очевиден: девчонка по происхождению плебейка. Фигурка абсолютно обычная, что неудивительно. Впрочем, ей это наоборот только на руку. Синяк на полщеки. С таким он уже не раз сталкивался: либо изнасиловали, либо пытались. Плечо она, похоже, вывихнула, стерла мозоли на ногах, и если не попьет, получит еще и тепловой удар — это в лучшем случае, в худшем — обезвоживание.

Олиф почувствовала, как под напористым взглядом незнакомца ее щеки начинают заливаться краской. Хорошо, что все можно списать на жару. Неожиданно он свернул куда-то в сторону. Олиф удивленно остановилась, но потом решила пойти за ним следом. Мужчина присел на корточки возле небольшого песчаного углубления, провел рукой по песку.

Олиф посмотрела вокруг и поняла, что этот овражек тянется далеко-далеко, где-то становится шире, где-то уже. Он был похож на… реку. Только без воды.

В это время незнакомец принялся выкапывать яму, на месте, где, как показалось Олиф, у этой «реки» должно быть русло. Весь процесс занял довольно долгое время, девушка справедливо рассудила, что лучше не лезть под руку.

Когда незнакомец выкопал яму глубиной на целую руку, то попросил подать ему сумку и выудил оттуда длинную палку, с пустой сердцевиной. Олиф удивленно наблюдала за его действиями. Он вставил ее в углубление и подошел к девушке.

— Дай посмотрю.

Она даже опомниться не успела, как он схватил ее за больное плечо. Принялся ощупывать. Олиф поморщилась.

— Скольких еще людей ты встретила в пустыне?

— Живых? — удивленно уточнила девушка. Надо же, первым заговорил. Это странно. Что-то задумал?

— Да.

Олиф начала вспоминать, но тут снова озадачилась.

— А тех, кого потом убили, считать?

Мужчина раздраженно втянул воздух.

— Да, считай.

Девушка считала плохо, поэтому пауза затянулась надолго, но незнакомец терпеливо ждал ответа.

— Шесть, — наконец выдала она.

— Сколько среди них друзей? — продолжал допытываться он.

— Зачем тебе?

— Сколько среди них было друзей?

— Один, — настороженно ответила Олиф.

— Как его звали? — продолжил он допрос.

— Хэнк, — все больше не понимая, что происходит, ответила девушка.

— Сколько времени вы были вместе?

— Где-то месяц… почему ты спра…

— Вы жили на оазисе?

— Да мы…

— Что вы там делали?

— Что? — совсем растерялась Олиф. — Ну, мы… устанавливали ловушки, смотрели на звезды, ели какую-то гадость. Больше вроде ничего. На оазисе сложно най… А-а-а!!!

Плечо хрустнуло, и в следующую секунду его пронзила такая острая боль, что в глазах у Олиф потемнело. Не стесняясь жуткого крика, она схватилась за больное место и грохнулась на коленки. На мгновение ей показалось, что ее сейчас разорвет на части от этой боли, но шли минуты, и ощущение, что тебя режут по маленьким кусочкам, стало постепенно притупляться. Олиф продолжала сидеть на коленях и немного погодя, отдышавшись, спросила:

— Что… что ты сделал?

— Вправил тебе плечо.

— Из-за тебя еще больнее стало, — сквозь зубы выдавила девушка.

— Скажи спасибо лучше.

Мужчина больше не задавал вопросов, вместо этого опустился на колени перед недавно вырытым углублением и прикоснулся губами к палке. Он сумасшедший, точно сумасшедший. Еще больше, чем Хэнк. Зачем она только увязалась за ним?!

Незнакомец оторвался от своего фееричного занятия и взглянул на Олиф.

— Иди сюда.

Девушка замотала головой.

— Сюда иди, — жестко повторил он.

Олиф решила, что лучше все же подойти, а то мало ли, что он может сделать, если разозлится. Она медленно поднялась и опасливо приблизилась.

— Пей.

— Что пить? — не поняла девушка.

— Воду.

Мужчина кивком указал на торчащую из ямы палку. Олиф осторожно присела на коленки, и решила повторить то же, что он вытворял минуту назад. Прикоснулась губами к жесткой палке, сделала вид, что попила, поднялась на ноги и слабо улыбнулась.