Как они умерли - Норман Дональдсон

Было полной неожиданностью, что состояние Грина, оцениваемое в 18 миллионов долларов, оказалось растраченным и насчитывало лишь 350 тысяч долларов. Очевидно, писатель тратил огромные суммы денег на то, что считал важным (парадные наряды для монахов в Испании, поддержка левых в Сальвадоре), а таких расходов никто предположить не мог. Перед смертью Грин серьезно продумал, как распределить наследство. Все было разделено между Вивьен, с которой он так и не развелся, и его детьми — Фрэнсисом и Каролиной. Ничего не было оставлено Ивон, но, как заметили родственники, «вовсе не обязательно все оговаривать в завещании». На погребальной службе в Вестминстерском аббатстве Вивьен и Ивон сидели далеко друг от друга. «Мы никогда не встречались прежде, — сказала потом Ивон. — Я ничего не имела против нее, и не думаю, чтобы она была настроена против меня».

(1895-1972)

Нередко называемый самым могущественным человеком Америки, Гувер возглавлял Федеральное Бюро расследований почти сорок пять лет. Он служил восьми президентам, многие из которых хотели от него избавиться (последний, Ричард Никсон, дважды пытался снять его), но опасались секретных архивов ФБР. Многие считали Гувера стражем закона и порядка, символом всего лучшего в американском обществе; для других он был хвастливым задирой и угрозой свободе слова и собраний. (Проведенное Сенатом в 1976 году расследование деятельности Бюро выявило «совокупность действий, угрожающих конституции».)

1 мая 1972 года Гувер провел весь день в Департаменте правосудия, подав заявление в суд на статью в «Вашингтон Пост», в которой цитировались документы ФБР. В статье были также слова: «Гувер явно помешался на сексе. Его сыщики сбились с ног, выискивая, кто с кем спит в Вашингтоне и Голливуде».

После работы личный шофер Том Мотон отвез Гувера на обед к его ближайшему другу Клайду Толсону и затем вечером доставил домой. Приехав, Гувер погулял с парой своих терьеров, позвонил Джеймсу Кроуфорду и попросил его прийти утром посадить несколько розовых кустов. (Находившийся на пенсии бывший агент ФРБ Кроуфорд выполнял работы по уходу за домом и во дворе.)

На следующий день, 2 мая 1972 года, домоправительница Энни Филдс была удивлена, не услышав привычного шума душа, когда готовила традиционный завтрак из вареных яиц, тостов и кофе. Мотон приехал и ждал; в 8.15 прибыл Кроуфорд и начал работать во дворе. Через несколько минут сильно обеспокоенная Энни попросила Кроуфорда подняться наверх. Сама она не хотела идти, потому что Гувер обычно спал голым. Работник постучал в дверь спальни и заглянул внутрь. Его глазам предстал лежащий на коврике около кровати «босс», тело которого уже было холодным.

Дабы упоминание о Кроуфорде не вызвало ненужных пересудов, в официальном сообщении было сказано, что тело нашла Энни Филдс. Это помогло избежать целого ряда вопросов: почему уволенный агент был в доме Гувера, чем он там занимался, кто платил ему за работу?

Хотя доктор Робер В. Чойстер заявил, что его пациент страдал гипертонией лишь в легкой форме, заключение о причине смерти гласило: «гипертоническая сердечно-сосудистая болезнь». Вскрытие не производилось — умершему было семьдесят семь лет и ничто не указывало на убийство или несчастный случай.

Свинцовый гроб выставили 3 мая на Капитолийской ротонде на катафалке, сделанном еще для Линкольна. За всю историю директор ФБР был двадцать седьмым человеком, удостоенным этой чести. Гроб весом в четыреста килограммов был вынесен на ступени Капитолия восемью военными гвардейцами.

Во время похоронной службы в Вашингтонской национальной пресвитерианской церкви Никсон назвал умершего «человеком, сделавшим ФБР... неподкупным защитником драгоценного права каждого американца на отсутствие страха». Но сохранилась запись разговоров в Белом доме, где Никсон произносит: «У него на всех собраны досье».

Друг директора ФБР унаследовал почти все его состояние в 560 тысяч долларов, переехал в его дом и прервал всякие взаимоотношения с Бюро. (Он умер в апреле 1975 года, его взаимоотношения с Гувером до сих пор являются поводом для сплетен.) Досье Гувера были избирательно уничтожены его секретаршей Элен Ганди и другими. Директором ФБР был вскоре назначен Патрик Грей, но он отказался от этого поста.

Дж. Эдгара Гувера похоронили на старом кладбище Конгресса в юго-западной части Вашингтона, всего в нескольких кварталах от места его рождения. Родители его похоронены рядом.

(1912-1967)

Проведенную в странствиях жизнь американского исполнителя народных песен отравлял сначала алкоголь, потом затяжная и коварная болезнь, лишившая его рассудка задолго до смерти. Певец писал своей второй из трех жен, Мержори Гринблетт, когда ему было уже за сорок: «Я хотел бы, чтобы ты вырвала очередную бутылку у меня из рук и разбила ее о мою голову... Вышвырнуть меня за дверь, как делаешь ты (когда я больше всего нуждаюсь в помощи), — вовсе не лучший способ помощи...»

Болезнь уже, по-видимому, отразилась на способности рассуждать, когда Гуфри писал страстные письма многим женщинам, полагая, что его чувства найдут у них отклик. В 1948 году одна из них предъявила обвинение, и певец был осужден на тюремное заключение за отправление непристойных писем. Однажды он заявился к Мержори и напал на нее. А в сентябре в бруклинском национальном госпитале поставили окончательный диагноз его болезни, прежде погубившей мать Гуфри и, возможно, ставшей причиной смерти его отца.

У певца обнаружили болезнь Гентингтона (прогрессирующая наследственная хорея), первые признаки которой проявляются уже в зрелом возрасте, — когда поздно принимать решение, стоит ли заводить детей. Симптомы выражаются в непроизвольном гримасничанье, усилении жестикуляции, пошатывании при ходьбе, поражении некоторых отделов коры головного мозга. Выраженность этих симптомов с течением времени нарастает. Болезнь эта практически неизлечима.

Вуди удалось выписаться из госпиталя, и в конце 1952 года он куда-то исчез вместе со своей третьей женой, двадцатилетней Аннеке. В 1953 году, из-за несчастного случая на пикнике во Флориде, Гуфри сильно обжег правую руку. В сентябре следующего года он добровольно вернулся в бруклинский госпиталь, Аннеке к тому времени развелась с ним, забрав приемную дочь Лорину.

Выйдя из госпиталя в мае 1956 года, Вуди отправился в автобусное путешествие по стране. Его арестовали в Нью-Джерси за бродяжничество и препроводили в Моррис Плейс, где Гуфри провел около пяти лет. Мержори вторично вышла замуж. Хотя Вуди писал ей полные боли письма, стиль которых явно свидетельствовал о душевной болезни, он находил Грейстон более подходящим местом, чем бруклинский госпиталь. Мержори и дети начали навещать его. Вуди сначала попросил принести гитару, потом пишущую машинку, но не мог пользоваться ими. К концу года певец уже совсем не мог писать. Друзья забирали его по воскресеньям, ухаживали за ним, стригли ногти и привязывали его правую руку к ремню, чтобы он не разодрал себе лоб.