Пламенное сердце - Кара Колтер

— Знаешь, этот Хоук просто прирожденный полицейский. У него прямо-таки на морде написано: «Делай, что тебе говорят, или я тебя пристрелю! Да еще с превеликим удовольствием!»

Сэди тихо рассмеялась, а потом так пристально посмотрела на Майкла, что у того захватило дух.

— Ты прав, — произнесла она, быстро опустив глаза. — У тебя не взгляд убийцы.

— Да Хоук тоже, в сущности, не смотрит на людей как матерый костолом. Он женат, растит двоих детей… Семейная жизнь порядком изменила его. И что самое интересное, он стал куда более хорошим полицейским. Почти все в городе думают, что он будет шефом полиции, когда Билл Нордстром выйдет в отставку. Правда, сам Хоук говорит, что из него никогда не получится чиновника…

— Я так люблю этого человека! — воскликнула Сэди. — Хоук и Кейт очень помогли мне с учебой. Они — из тех взрослых, которых уважает даже мятежная молодежь. И они верили в меня! Считали, что я могу многого достичь. Их вера поддерживала меня в самые трудные минуты…

— Сэди, ты говоришь так, словно тебе пришлось преодолевать Бог знает какие трудности. Но это же неправда! В тебе всегда было что-то особенное. Хоук и Кейт сразу это разглядели. И я тоже.

— Я всегда была жуткой грубиянкой.

— Ты была сама собой, Сэди. Ты не понимаешь, насколько это редкое и ценное качество.

— Как ты можешь говорить такое? Я красила волосы! Слишком сильно мазалась! Выговор у меня был как у уличной девки. Не говоря уж о моих тряпках.

— Ну а мне нравилась та черная кожаная юбчонка, которую ты…

— О, замолчи!

Майкл протянул руку и нежно положил ладонь Сэди на грудь, на сердце.

— В любом случае я говорю не о внешности, — сказал он, сам удивившись той твердости, которая прозвучала в его голосе. — Я говорю о другом. Все, что ты делала, шло от сердца, и люди это понимали.

Майкл чувствовал, как бьется у него под рукой сердце Сэди.

— О! — воскликнула девушка, но быстро спохватилась. — Расскажи мне об аварии.

Прикосновение Майкла необычайно взволновало Сэди. Никогда еще не приходилось ей переживать ничего подобного.

— Об этом долго рассказывать, — вздохнул Майкл и отодвинулся. — Хоть случилось все в один миг.

— Неважно.

— Это была погоня — кстати, первая в моей жизни. Вообще-то, бешеные гонки не характерны для Слипи-Гроува. Какой-то молодой олух ограбил аптеку, что тоже не совсем типично для наших мест. В любом случае Майлз Мэнхерст преследовал его по Мей-стрит, а я должен был перехватить этого идиота на перекрестке Двадцатой улицы. Однако паренек несся куда быстрее, чем мы ожидали, и мне действительно пришлось поднажать, чтобы опередить его. Он попытался проскочить у меня под самым носом. Так мальчишки перебегают рельсы перед мчащимся поездом. Парень настолько сильно врезался в мою машину, что она трижды перевернулась. От удара взорвался бензобак. Автомобиль загорелся… Все случилось секунды за четыре. А потом я долго ничего не мог вспомнить. Почти неделю. Я обгорел и получил травму спины. И все же я легко отделался. Действительно легко.

— А теперь ты счастлив, не правда ли? — после долгого молчания спросила Сэди.

В эту минуту Майкл ощущал себя самым несчастным существом на свете. Я лежу в постели рядом с удивительно желанной женщиной. Но ведь я джентльмен и не допущу, чтобы между нами сегодня что-нибудь произошло.

Он попытался избавиться от желания поцеловать Сэди.

— Мне нравится то, чем я занимаюсь. — Майкл надеялся, что Сэди спрашивает его о работе.

— Я видела заметку о доме, который ты восстановил. Он такой красивый.

Еще лучше. Значит, она уже знает…

— Спасибо. А как ты наткнулась на статью? Я хочу сказать, что «Наследие» — далеко не самый популярный журнал в стране.

Этот разговор доказывает, что человек вполне может думать о нескольких вещах одновременно. Потому что я все еще прикидываю, как бы мне поцеловать Сэди, представляю себе, каковы на вкус ее губы, и пытаюсь сообразить, как бы стянуть с нее футболку…

— Мне прислала статью Кейт. — Сэди очаровательно покраснела. Может, она тоже думает о том, как бы снять с себя одной рукой эту дурацкую футболку? — невольно задался вопросом Майкл, глядя на нее. А она тем временем продолжала: — Мне кажется, моя подруга просто решила, что такая новость может меня заинтересовать. Ведь это Кейт познакомила нас с тобой. Ну, помнишь, то свидание, на которое я пошла вместо нее?..

— Да, помню. — Майкл помолчал. — А второе свидание мне понравилось больше. Не на танцульках. А в парке, когда мы запускали змея.

— Мне тоже, — согласилась Сэди. — Раньше я никогда не запускала змеев. — Она поерзала и подвинулась чуть ближе к Майклу.

— Я знаю. Ты мне говорила. — Он тоже немного придвинулся к ней.

Они не касались друг друга, но Майкл ощущал ее тепло. Жестокий урок самодисциплины!

— У тебя такой замечательный смех, Сэди Макги, — мягко сказал Майкл. — Надеюсь, ты часто будешь смеяться.

— Ну, знаешь, — смущенно проговорила она. — Жизнь…

Майкл почувствовал смутную тревогу. Какого черта! Что она имеет в виду? Что почти не смеется? Что ей не до смеха? Неужели она и этот ее лощеный адвокат говорят только об акциях, вместо того чтобы гоняться друг за другом по спальне, пока один из них не сдастся и не рухнет на кровать, изнемогая от хохота и счастья — счастья быть вдвоем?

Майкл размышлял о том, удобно ли спросить, спит ли Сэди со своим другом? Наверное, она опять ударит меня, хотя и не очень сильно.

— Расскажи мне о своей жизни, — попросил он.

— По правде говоря, это довольно скучно.

Скучно? У Сэди? У девушки, которая могла бы спрыгнуть с самолета без парашюта?

— Ну ладно, о скучном не рассказывай. Сразу переходи к веселому, к тому, из-за чего ты смеешься, от чего быстрее бьется твое сердце, розовеют щеки и поднимается настроение. Например, какой у тебя самый любимый в мире запах?

— Мне стыдно сказать, но смех у меня вызывают соленые простонародные шутки.

— Ну и что? Меня они тоже смешат.

— Кевин считает, что они грубые и вульгарные.

Кевин. Вот оно что, с мрачным удовлетворением подумал Майкл. Я на шаг приблизился к тому, о чем хотел узнать.

— А что Кевин находит смешным? — словно невзначай поинтересовался Майкл. Так долго отсутствовавший брат расспрашивает о жизни любимую сестрицу.

— Ну…

Сэди замялась, и замешательство ее длилось так долго, что Майкл понял: ей просто нечего сказать.

— Ему нравится английский юмор… — наконец в отчаянии выпалила она.

— О, как мистеру Бину?

— Думаю, да.

Майкл не сомневался, что Сэди не узнала бы мистера Бина, даже если бы тот переехал ее на своей желтой малолитражке.