Многоликий. Восхождение - Богдан Булатов

– А как же Волчара? Сам видел, как он по теням ходит.

– Николай Александрович, прошу меня простить, но вы сейчас, как большинство обывателей всё путаете! Тьма не есть Тень. Тень всего лишь одна из многочисленный техник, подвластных Тёмному магу! Волчара со стоим суррогатом по могущественности дара вам в подмётки не годятся.

Настолько уникальный дар, что я понятия не имел, что он из себя представляет! Надо книжек почитать что ли, а то даже не знаю, что от меня ожидают. Поставят магичать, а я понятия не имею, что делать. Неловко будет, если так просто спалюсь…

– А когда занятия то начинаются?

– Занятия как и принято в Российской империи начинаются с первого сентября. Мы с вами, граф планировали оставшиеся два месяца лета активно тренироваться. – Степан взглянул на меня с надеждой.

– Конечно, Степан, я помню своё обещание, – слукавил я, – сегодня же проведём занятие по фехтованию, не терпится опробовать отцовский меч. – почему уж точно, а по тренировкам я скучал. – Только сначала зайдём в одно местечко. – хищный оскал пробежал по моему лицу. – Тимофей Прокабанов, придворный нашего многоуважаемого соседа, оказался добрейшей души человеком. Ты не поверишь, Степан, но этот благодетель машину нам подарил, надо будет забрать подарок. Представляешь, теперь у тебя будет собственный а-а-а-а-втомоби-и-и-ль!

– Тимофей? Не говорите про этого человека в доме вашего отца! – взвизгнул дед. – Николай Александрович, вы, забыли, но он предатель! Обворовал казну и сбежал! Натерпелось ему полировать до блеска задницу Кабанова, – Степан грудо выругался и сплюнул прямо на пол гостинной. – Не уподобляйтесь Волчаре и не заводите знакомства среди наших врагов.

– А этот что с врагами дружбу дружит?

– С кем этот прохиндей только не ручкается. Да со всем отребьем города!

– Понятно! Амнезия на врагов и изменников не распространяется! – подмигнул старику. – Подарок он прощальный сделал, на память. Долгую-долгую память. – посмеялся я.

– В каком смысле прощальный? – глаз старика дрогнул.

– Некогда допрос устраивать. Сам всё увидишь! – осадил интерес деда. – Кстати, ты про номер Кошкиной умолчал. – скорчил ехидную гримасу. – А ну рассказывай, как узнать номерок этой чёрной бестии!?

– Ой, прошу меня извинить… – Степан улыбнулся. – Записная книжка тут же, смотрите, – дворецкий провел пальцами по экрану, – вводите фамилию аристократа и вся информация выдаётся. – глаза деда снова промокли. – Совсем недавно вы меня учили мобилетом пользоваться, а теперь я вас… Что за напасть с нами приключилась…

– И последний вопрос. В каком состоянии фабрика? У нас же есть фабрика? – воспоминания, подброшенное сознание, напомнили, что у Волчегорских было какое-то ущербное производство.

– В плачевном, Николай Александрович, в плачевном. Что-то разворовали, что-то Ворлара в карты проиграл, а что-то и вовсе сожгли. При последнем пожаре огонь накинулся на склад с порохом и взрыв прогремел, – Степан схватился за голову, – да такой, что во всем квартале окна повылетали. Производство теперь у нас толком нет… А государственный заказ есть, – старик истерично хихикнул, – только Волчаре, как и государству плевать, что всё сгорело к чёртовой матери. Договор подписан, а значит мы обязаны оговоренное отгружать. Из дерьма и палок будем патроны собирать… Какой позор, ведь раньше оружейная Волчегорских была одной из лучших в Империи.

– Впереди много работы, Волчегорские и не из такой задницы выбирались, будет интересно, – подмигнул в очередной раз дворецкому. – Не раскисай, настали лучшие времена для нашего рода, как я уже говорил, мы погружаемся в эпоху изобилия! Вот выгоним Волчару и заживём! – оскалил улыбку. – Всё, достаточно лясы точить, жду тебя у входа через пять минут, выдвигаемся за подарком.

Быстро нацепил выходную одежду, скинул мобилет Тимофея, макр Мышкина и, вооружившись родовом мечом барона, выскочил на улицу, по дороге закидывая в себя свежие оладушки, любезно приготовленные баронессой. Господи, как же они хороши, жалко, что без сметанки или варенья.

Интересно в этом мире догадались собирать ягоды и варить их вместе с сахаром, тем самым убивая немногочисленные витамины? Надеюсь, что нет. Так бы получился идеальный малиновый бизнес!

Кстати, лекарь мне бы не помешал. Артефакт надо всё-таки вытаскивать…

Степана пришлось ждать пару минут.. Старый за подарком собрался ехать в самом лучшем. Белоснежный костюм, выглаженная накрахмаленная рубашка и седые волосы, обильно смазанные пеной, зачесанные назад.

– Фьюх-х, – присвиснул я, – а ты куда так вырядился? Больше походишь на какого-нибудь главаря преступной группы, а не на дворецкого.

В ответ Степан забегал глазами и занервничал, всем своим видом показывая, что ему есть что скрывать.

– Так подарок забирать, – оскалив улыбку, произнес старик, – не каждый день подарки принимать приходится, тем более нам.

– Ну ладно, смотри не перепачкайся в кро… впрочем не важно, просто смотри, – пожалуй не буду говорить, что Тимофей ухайдокал весь подарок своей кровищей. Лучше бы тряпку прихватил что ли, хотя подойдёт и его белоснежный пиджак. Пройдётся разок по салону и будет у него модный розовый. В Бранвелле в своё время носили такие, правда в основном куртизанки низших сословий.... Розовый пиджак для них был частью образа, мол смотри, я сегодня свободна.

На моё заботливое предложение прихватить с собой тряпку и моющее средство, дед отказал. А я же его долго уговаривал, но тот был непреклонен.

Степан заказал такси, и мы добрались до брошенного автомобиля.

– А вот и подарок, – указал в сторону автомобиля. – Но на этом подарки не заканчиваются! – восторженно произнес я. – Главный сюрприз тебя ждёт внутри!

Счастливый, с улыбкой до ушей Степан просто светился от счастья. Только радость его была недолгой. Стоило ему заглянуть в окно, как от улыбки не осталось и следа…

– Это и есть подарок? – грустный голосом произнёс старик. – Как-то много для одного дня. Сначала ваша амнезия, а теперь это…

– Да, а ты что не рад? – с недоумением спросил я. – Будешь меня в академию возить по праздникам. По будням так и быть я буду на внедорожнике сам ездить.

– Рад не то слово, подарок отличный… – сквозь зубы процедил тот. – Только, – голос старика приобрёл враждебный характер. – Окровавленный Тимофей изрядно смущает. Эту скотину мне нисколько не жаль. На том свете ему самое место. Только он же