Драконов мало (СИ) - Каршева Ульяна

- Ты не любишь пейнтбол? Не любишь летать на дельтапланах? – отшепталась удивлённая Ирма. – Я уже придумала сто штук того, что люблю!..

- Точно… - обрадовался мальчишка-оборотень.

Полубоком обернувшись к двойняшкам, Ирма убедилась, что и они успели придумать свои фразы – и даже не одну. И снова стала ждать вызова.

Но заинтересованному, нетерпеливому ожиданию, когда же спросят её, мешал шум из «глухого» угла. Судя по замечаниям раздражённого учителя, там верховодил какой-то Икац. И этот Икац придумал для себя и своих дружков весёленькое развлечение: вся его компания передразнивала и гадски переиначивала фразы, придуманные другими. Причём не стесняясь. То есть очень громко и заставляя новичков поёживаться от их нахальства.

- Вади! – вызвал учитель.

В «глухом углу» затихли, когда мальчишка-оборотень встал. По возрасту Вади должен был учиться в пятом-шестом классе. Всё-таки ему уже тринадцатый. Видимо, поэтому и затихли, когда он поднялся, – слишком очевидно не только выше, но и старше всех в классе.

Немного тягуче, делая паузы между словами – всё, как всегда, когда он немного волновался, Вади старательно произнёс:

- Я люблю кататься на скейте. – И добавил в ответ на приподнятые брови учителя Ланти: - Скейт – это такая доска на колёсиках. На неё встают ногами и катаются.

- Понятно, - кивнул учитель. – Садись, Вади. Ирма?

- Я люблю изучать тактику и стратегию, - спокойно сказала волчишка. И, не дожидаясь, пока хлопающий глазами учитель разрешит, сама села на место.

В кабинете стало тихо-тихо. Волчишка оглянулась на двойняшек. Вилл пожал плечами и встал.

- Мне нравится играть в пейнтбол.

- А я люблю летать на дельтаплане, - не торопясь после реплики брата, объявил Тармо и сел, выжидательно глядя на учителя.

В необычной тишине класса слишком громким показалось скандирование алфавита в соседнем классе.

Учитель Ланти некоторое время смотрел на четырёх новичков. Потом посмотрел на часы над входной дверью в кабинет – и снова на четвёрку волчат.

- Тактику и стратегию чего ты изучаешь? – осторожно спросил он у Ирмы.

- Пейнтбола. Это такая игра, где две команды бегут по полю от старта до финиша и стреляют друг в друга краской. В кого попали, тот выбывает. В этой игре много хитростей, поэтому приходится постоянно менять тактику и продумывать стратегию, чтобы не подловили на одном и том же, - чётко ответила волчишка.

Учитель помолчал, а потом нерешительно поинтересовался:

- Ты понимаешь значение этих слов – «тактика» и «стратегия»?

- Мне объяснили, - честно призналась Ирма.

И тут вдруг уважаемый Ланти прищурился на волчишку.

- Я вспомнил тебя. Это ты меня вчера спрашивала, будут ли у нас уроки магии, а потом показала... лиственные фигурки.

- Я, - согласилась Ирма. – И здорово расстроилась, а потом вспомнила, что у нас есть уважаемый Бернар. До сих пор он вёл для нас уроки магии, а теперь, значит, будет и дальше вести.

- Судя по имени, - медленно проговорил учитель, - этот ваш уважаемый Бернар – эльф?

- Да.

После короткого безмятежного ответа волчишки в кабинете стало ещё тише, хотя казалось – более глубокой тишины быть не может.

Наконец уважаемый Ланти вздохнул и бодро сказал:

- Продолжим урок.

«Глухой угол» почти до конца урока оставался глухим, разве что за считаные минуты до звонка зашептался: там поняли, что учитель не успеет их опросить, и почувствовали себя вольготно. Или знали, что учитель спрашивать именно их не будет: звонка ещё не было, а всем своим видом уважаемый Ланти показал, что опрос окончен.

Перед тем как выйти из кабинета, учитель сказал:

- Перемена – десять минут. Вы умеете следить за временем по часам?

И посмотрел на Ирму. Но отозвался Вилл:

- Умеем.

И уважаемый Ланти вышел.

А Ирма не успела развернуться к двойняшкам поговорить, как в кабинете раздался грохот из «глухого угла». А ещё волчишка не успела опомниться, как Вади вскочил с места и, цапнув её за подмышки, одним движением усадил её на широкий подоконник, а сам встал перед ней. А по бокам от него встать прыгнули двойняшки, сжав кулаки. Другие новички с писком бросились к двери из кабинета. А «старички» остались на месте, только пригнулись, втянув головы в плечи.

Весь «глухой угол», что-то около десяти или двенадцати мальчишек-оборотней, встал в проходе между рядами учебных столов. Моментальная реакция мальчишек-оборотней, спрятавших от них Ирму, поразила всех, но…

- Чё это вы? – ухмыльнулся Икац. – Испугались? Мы ж только поболтать хотели.

- Ничего, - сказала Ирма и спрыгнула с подоконника под недовольный рык Вади. – Они привыкли меня защищать. А ты чего? О чём хочешь поболтать?

- Я здесь главный! – заявил Икац. – Нечего тут из себя крутых строить!

- А мы не строим, - хмуро ответил Тармо. – Мы такие, какие мы есть.

- А ты где самый главный? – вкрадчиво спросила волчишка.

- Ирма, - напомнил Вади. – Селена не разрешает драться!

- Чё-о? – скосился на него Икац. – Ты, верзила, вообще молчи!

- А то что? – уже вовсю забавляясь, спросила Ирма.

- Нас больше, - угрожающе отозвался мальчишка-оборотень.

- Такой трус, да? – фыркнула Ирма. – Нас всего четверо, а ты уже говоришь о том, что боишься нападать на нас один на один.

- Чего ты выпендриваешься?! – завопил Икац. – Я тебе сказал, что я здесь главный! Значит, будешь слушаться меня, когда я тебе что-то прикажу!

Волчишка задумчиво посмотрела на двойняшек, потом на Вади. Те дружно пожали плечами, и она объяснила Икацу:

- Я сюда пришла учиться. Это ты понимаешь? – Выждав и не получив ответа от пыхтящего от злости мальчишки-оборотня, договорила: - Ты можешь быть главным, когда захочешь и где захочешь. Но, если ты, главный, будешь мешать мне… нам учиться, ты так и будешь главный, но только не в школе. Нам не нужно быть главными, потому что нам и так хорошо. Нам нужно учиться. – И ехидно добавила: - Если ты не дурак, то меня понял.

- Ирма, - уже предостерегающе ткнул её в бок Вади.

Волчишка и сама понимала, что ей нравится дразнить этого мальчишку-оборотня настолько, что уже не могла остановиться, но оставить-таки последнее слово за собой. Тем более этот Икац прямо подставлялся, чтобы его поддразнили. Сейчас, например, он уже не только пыхтел, но и монотонно говорил что-то не вполне понятное про ножи и старших братьев.

Вмешался Вилл с самым лучшим на свете предупреждением.

- Ирма, сейчас придёт учитель. Хватит.

Ирма слегка поджала губы, вспомнив свою подружку, девочку-эльфа Розу, потом слегка надула щёки, чтобы казаться милой и доброй, и сказала:

- Икац, я согласна считать тебя главным. Только ты объясни – зачем тебе это надо.

Тармо закатил глаза, а Вилл вздохнул.

Звонок на урок спас всех: и задыхающегося от злости Икаца, и его приспешников, которые угрюмо сутулились, ожидая чего-то…

А потом пришёл Коннор и всё испортил.

Он пришёл не один. С Хельми. А учитель запаздывал.

Так что дверь в кабинет открылась, когда Икац ещё стоял напротив Ирмы и её друзей. Первым быстро зашёл Коннор, а следом – Хельми.

- Ирма, мы приехали за вами, - сказал мальчишка-некромант.

- Ага, - покивал Хельми. – Пока подождём вас-с во дворе ш-школы. У вас-с вс-сё х-хорош-шо, ребята?

- Всё, - твёрдо ответил Вади, исподтишка толкая волчишку сесть за стол.

- Всё хорошо, - подтвердили двойняшки, садясь на свои места.

Старшие кивнули и исчезли за дверью в коридоре. А Ирма вздохнула: так понравилось пререкаться с этим глупым Икацем!..

И тут этот самый Икац, к её радости, крупно подставился! Он сначала поднял упавшую челюсть, потом сумел повернуться к новичкам и спросил:

- Это… кто?

- Наши старшие братья, конечно, - пожала плечами волчишка, глядя на него честными и наивными глазами.

Она всё ещё сидела боком – лицом к входной двери, поэтому легко увидела, как Тармо и Вилл быстро сползли под свой стол и уселись там, зажимая ладонями рты, из которых рвалось неудержимое хихиканье. Зато Вади вдруг посмотрел на дверь так, словно сделал счастливое открытие, а потом глубоко вздохнул и перестал злиться на свою «семейную».