Василёк для Зверя (СИ) - Васильева Анюта

- Прошу прощения Василиса, что приготовить вам на ужин?

- Я сейчас подойду! – на глаза снова наворачиваются слёзы, нахлынувшие воспоминания моего детства, они буквально переполняют меня эмоциями. Папа готовил для меня Голубцы, когда мне было особенно грустно, и всё время мне говорил о том, что когда я вырасту, то должна буду их готовить для него.

Оказывается у папы, по дому помогают несколько женщин. Жанна Степановна повар и она самая старшая из всех слуг. То, что я вторглась на её территорию, ей не очень нравилось, это было заметно. Но я лишь улыбалась, по женщине видно, что она добрая, - просто не доверчивая. Она украдкой смотрит на моё лицо вернее на синяки, но задавать вопросы не пытается.

- У Олега Михайловича гастрит! – коротко информирует меня Жанна Степановна.

Я широко ей улыбаюсь, хорошо, что она заботится о здоровье папы.

Я так сильно жду нашей с ним встречи, и боюсь её одновременно. А что если он отвык от меня настолько, что больше не любит меня, а что если посчитает, что я не достойна, быть его дочерью после того как пожила в доме Долгатова.

Мысли о Руслане заставили меня немного сникнуть, как там он интересно? Уже в курсе, что я сбежала.

- Не переживайте Жанна Степановна, Голубцы не диетическое блюдо, но и вреда особого не принесут, тем более мясо у нас с вами не жирное. А пироги мы испечём в духовке, и папе больше двух не дадим.

- Ещё и пирожки будут?

- Конечно! С яблоками, - папины любимые.

  После шести я уселась в большое очень мягкое и удобное кресло с книжкой Марка Твена и погрузилась в чтение, для того чтобы не изводить себя ожиданиям. Она изрядно потрёпанная, ощущение, что приключения Тома Сойера, папа перечитывал без меня, и ни раз.

Клим!

Я знал, что этот щенок всего просто так не оставит, слишком уж сильно он походит на своего отца. Когда я увидел, что он сделал с моей дочерью:  думал,  с ума сойду. Я почти тринадцать лет вгрызался зубами в шконки и изводил себя от того, что не могу общаться с дочерью. Информацию о ней получал очень редко, и то, если у неё происходило что-то серьёзное. Нельзя было привлекать к ней внимание. Я знал, что подобное может произойти. Она единственная моя уязвимость, моя Ахиллесова пята. Именно по этой причине я не общался с ней, потому что знал, пока я за решёткой, а про Васю забыли, ей ничего не угрожает.

Вот только где-то я просчитался, как он её нашёл, я толком не понял, неужели действительно случайность? Я потихоньку продолжал вести свой бизнес из мест лишения свободы, само собой пришлось нехило так делиться доходами, но оно того стоило, тем более когда пришло время спасать дочь и нужно было в короткие сроки выйти из тюрьмы. Только я всё равно не да оценил мальчишку, он ловко обходил меня и из подноса увозил моего ребёнка. Хитрый и изворотливый, и всё же отличается от своего отца. Да по большей части не совсем честно поднимает свой бизнес, но не идёт по головам и не убивает невинных ради достижения собственных целей. Стево неплохо воспитал мальчишку. Руслан даже представить не может, насколько сильно обязан цыгану…  Долгатов молодец, он в отличие от своего отца, хорошо развернулся и в людях разбирается куда лучше. Я порядком не да оценил его, он умён и хитёр, и людей умеет подбирать. Я не сумел не с одним договориться сливать информацию о нём. И новичков он берёт с особой осторожностью, да ещё и очень долго не подпускает к личной информации. Таким образом, я абсолютно ничего не знаю, что на самом деле происходит с Василисой в стенах его квартиры. Я установил круглосуточное наблюдение за его домом, и получил информацию о Васе, только когда она с Русланом поехала на вечер в честь расширения его фирмы. Даже смог понаблюдать за ней пока она выходила из машины и шла к входу. Такая взрослая, и такая красивая, очень сильно похожа на свою маму. Немного взволнованная, наверняка Долгатов запугал её, но всё же в целом выглядела она не плохо. Только вот там, на вечере, что-то всё-таки произошло. Я не смог толком ничего разузнать. На Руслана работают настоящие цепные псы, и не один журналист не смог и близко приблизится к Руслану и Василисе, более того, даже в прессе ни слова. Я снова ничего не узнал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И тут ещё как специально старые друзья нарисовались, узнали, что я неплохо поднялся ещё на зоне и решили что я с какого-то хера им что-то должен.

Не смотря ни на что, не собираюсь ни под кого прогибаться. С двумя разобрался достаточно быстро, с третьим же пришлось повозиться и то такое чувства, что он всё же даст ещё о себе знать. Собственно поэтому я и задержался допоздна, хотя и раньше не особо-то спешил домой, - кто меня ждёт там?

Про телефон вспомнил только лишь когда подъезжал к дому, включил его и весь напрягся. Семь пропущенных от Димы, он сегодня на дежурстве у дома Долгатова был; неужели что-то стряслось?

Вхожу во двор и смотрю на парней из охраны, их не много, охранять особо нечего, но все трое улыбаются как идиоты. Прохожу мимо них, Даже у Дмитрия не  спрашиваю чего звонил. Меня мощным магнитом тянет в дом.

Как только переступаю порог чувствую как всё тут поменялось. Всё другое! Энергетика, атмосфера, даже запах совсем другой, - домашний!

 Едва ли не оседаю на пол, когда натыкаюсь взглядом на дочку, мирно посапывающую в кресле. В руках она держит свою любимую книгу, с детства Вася очень любила её перечитывать раз за разом. Тихонько присаживаюсь на корточки около неё и убираю прядь волос, что упала на её личико.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Василиса!

Папино присутствие я почувствовала почти сразу. Когда он подошёл близко и сел напротив меня, лёгкие тут же наполнились таким родным, любимым запахом, так пахнет только мой папочка. Открывать глаза совсем не хотелось, я так давно не чувствовала себя так хорошо, тепло и уютно.

Папа бережно убирает прядку волос с моего лица, и я чувствую, как заискрилось всё вокруг, слышу, как папа шумно втягивает воздух.

- Теперь точно его убью!

- Это не Руслан папа! – я открываю глаза и с лёгкой улыбкой смотрю в такие же синие глаза, как мои собственные.

Почему-то считаю важным сообщить папе о том, что Долгатов не причастен к моему избиению. Просто не справедливо будет приписать ему это.

- А кто тогда?

- Алексей!

- Алексей? Какой Алексей? – по встревоженному лицу почему-то понимаю, что папа в курсе, что у меня был мальчик по имени Алексей.

- Да папа, мой бывший парень. Кстати Руслан меня спас от него!

- Так, ладно! Мы позже поговорим об этом, не хочу портить нашу встречу подобными разговорами.

- Пойдём, я покормлю тебя папочка. – папа так тепло улыбается. Если не брать во внимания его морщинки, что появились за эти годы, он совсем не изменился.

Папа был невероятно рад моему возвращению, дважды так и не смог сдержать слёзы радости. Впрочем, так же как и я! Мои тревоги про то, что папа не любит меня лопнули как мыльный пузырь. Ну что за глупости, это мой прежний папочка и он, всё так же сильно любит меня.

Барон!

Последние несколько дней просто сумасшедшие. Пришлось уволить нескольких сотрудников, которых я заподозрил в сливе информации по фирме. На подбор новых сотрудников ушло много времени, да и сил тоже, ведь с каждым я беседовал лично.

  Я уже собирался выезжать домой, злой и раздражённый. Но завибрировал мой телефон, который, я чуть было не забыл лежащим на столе.

Отвечаю, не глядя на дисплей!

- Да!

- Руслан Ахмедович, я прошу прощения, но Васелиса, простите, не знаю её отчества видимо по ошибке взяла мой ключ карту, а где её я не знаю: в общем, я не могу выйти из дома, а мне ведь сегодня ещё в ночную…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Видимо правильно расценив, моё тяжёлое злое сопение эта горе домработница резко заткнулась.

Пока мчался домой нарушая все возможные правила дорожного движения, немного конечно успокоился, я имею в виду, что передумал убивать эту мать её работницу, всё-таки, сам виноват, не проконсультировал её как следует.