Я стану Императором. Книга III (СИ) - Винокуров Юрий

— Спасибо! — кивнул я товарищу.

Пашка пожал плечами и улыбнулся.

— Будешь должен!

— Итак! — я обвёл глазами своё «воинство».

Тадаси Накамуро, как всегда бесстрастно смотрел на меня, ожидая приказов. За его спиной со снайперской винтовкой на плече стоял самая меткая Тень на нашем потоке — мастер-сержант Хироки Сакаи.

Райли ван Дассел, уже бывший «морской котик» напряженно сжимала и разжимала пальцы левой руки. Присмотревшись, я заметил кровь, кажется, быстрая победа над «проводником» далась девушке не так просто. Мастер-чиф Хендрик Кройф флегматично сидел на земле около своей Одарённой, краем уха прислушиваясь к разговору и что-то перебирая в огромном «слонобое».

Пашка скрестил руки на груди и улыбался. К нему вернулась его жизнерадостность. Учитывая, что это было его постоянным расположением духа, как раз отсутствие улыбки на лице было ненормальным. Здоровяк сержант-майор Кожедуб стоял вполоборота. Опытный боец, контролируя обстановку вокруг, прикрывая спину своему Одарённому.

Чуть поодаль, ровно настолько, чтобы не быть заподозренным в излишнем внимании расположилось отделение приписанных к нам «беретов», чей лейтенант-командир с деланным безразличием смотрел вдаль, краем глаза следя за мной, чтобы не пропустить сигнал к началу движения.

— Итак! — повторил я, потирая резко заболевшую голову. — У нас осталось еще одно маленькое дело. Завалить ту тварь, что скоро покажется из-под земли на месте минометной батареи. Учитывая, что на данный момент мы являемся единственными Одарёнными в радиусе нескольких километров, то приходит в голову только девиз космодесанта «Никто, кроме нас!»

Райли скривилась, а лейтенант «беретов» сбоку не сдержал презрительного хмыканья. Вся «вражда» спецподразделений блекла перед общей и всеобъемлющей ревностью «человеческих» войск особого назначения перед сверхлюдьми из космического десанта. Далеко не все «спецназеры» хотели перейти в «космодесы», но не признать очевидное было просто нельзя — физически рядовой космодесантник на порядок превосходил любого обычного человека, кроме Одарённого, конечно же. И, определённая зависть, конечно же, присутствовала. Она перерастала в насмешки, безобидные и не очень над «мутантами» (либо, более грубо — «уродами») из десанта, которые, определенно, никто не высказывал им в лицо. Потому что было чревато последствиями. Очень травматичными и болезненными последствиями.

Я проигнорировал недовольство личного состава и продолжил.

— В момент прорыва мы взорвём боеприпасы, попытавшись нанести врагу как можно больший урон. Подозреваю, однако, что там мы можем покрошить только рядовых Одержимых, уничтожить идущего к нам демона, а я уверен, что именно он так точно не получится. Поэтому он, скорее всего вылезет наружу. И нам нужно будет его уничтожить. Без вариантов. Есть идеи?

Я снова внимательно посмотрел на ребят. На удивление, руку поднял закончивший со своим оружием и поднявшийся на ноги Кройф.

— Слушаю, Хендрик! — кивнул я.

— Господин аколит, предлагаю повторить фокус, что вы провернули на Калипсо… — мастер-чиф нахмурился и вопросительно бросил взгляд на «береты», не решаясь продолжать, без моего одобрения.

Я ободряюще кивнул, и он продолжил.

— Я про того Одарённого, которого я завалил после вашей команды, сэр! — он повернулся к Тени Тадаси. — Я думаю, что мы с мастер-сержантом своего не упустим. Дайте только шанс!

Хироки согласно кивнул, также как и его Одарённый господин попусту не разбрасываясь словами. Я задумался.

— А он дело говорит, — поддержала Райли свою Тень. — Это, вообще, реально? Чем мы можем тебе помочь?

Говоря это, она бросила взгляд на Накамуро, который согласно кивнул. Определённо, эта парочка неплохо нашла общий язык. А учитывая их схожую специализацию, лично мне это только на руку. Нет, у меня есть определённые планы на Райли, как на женщину, но тут мне вряд ли нужно переживать.

Тадаси относился к женскому полу очень… своеобразно. По какой-то своей «самурайской традиции», как шутил над ним Пашка, гордый сын немногочисленной земной народности воспринимал половой акт, как полезную, хотя и не очень нужную физическую процедуру. Опять же, согласно своему воспитанию, Накамуро считал, что слишком частое общение с женщинами ведет к утрате доблести и духа. А еще, в отличие от большинства Одарённых, японец всегда пользовался презервативами, которые забирал после секса с собой, дабы семя благородной Линии Минамото не попало в чужие… гхм… в общем, как-то так.

На вопрос Райли я пожал плечами, чем вызвал её непроизвольное дёрганье глаза. Привыкшая к порядку, чёткости и «прозрачности» военного устава и тактического планирования, зная досконально свои сильные и слабые стороны, девушку ужасно раздражал мой Дар. После того, как были расставлены все точки над «i», ван Дассел неоднократно пыталась выяснить предел моих возможностей для более грамотного планирования предстоящих боевых действий. И я пытался ей в этом помочь, честно! Да, к Хаосу, я был наиболее заинтересованный и замотивированный в этом человек во Вселенной!

Но, Дар «сбоил». И «сбоил» часто и бесконтрольно. Я мог раздуть Пузырь на пару десятков метров, даже не вспотев, а затем призвав «минимальный» Пузырь для блокировки только своего тело от Подпространства, практически полностью выбиться из сил. Да, безусловно, была какая-то зависимость от цели призыва Пузыря, кроме его действующего объёма, но понять, какая конкретно эта зависимость для того, чтобы рассчитать свои силы, я пока не мог. И это сильно бесило Райли.

Вот и сейчас, единственно что мне пришло в голову, было.

— Разберемся походу!

— Как всегда! — скривилась девушка.

Я развёл руками и тут вернулся Андерсен. Он передал мне полевую рацию.

— По твоей команде, минометчики взорвут оставшийся боеприпас. Волна настроена, позывной артиллеристов — «Кинжал-Два-Три», — он с интересом уставился на меня. — Ну что решили? Какие наши действия?

— Выдвигаемся на тот пригорок! — я кивнул в нужную сторону. Пригорок, который я приглядел, частично зарос невысокими деревцами. Он соседствовал с другой возвышенностью, на которую отошли миномётчики с прикрывавшей их пехотой. Оттуда открывался прекрасный обзор на прогнозируемое место «прорыва» и, одновременно, это было самое удобное место для дальнейшей атаки.

— Принято! — капитан свистнул, без использования связи привлекая внимание своих командиров и жестами указал нужное направление. Вся наша группа выдвинулась к нашей новой дислокации. Краем глаза я заметил, что Михаил с Пашкой подхватили пулемет и потащили его с собой. «Чем бы дитё не тешилось, лишь бы не плакало», — вспомнил я еще одну русскую поговорку, глядя на эту картину.

Забравшись на нужный нам холм, бойцы мгновенно рассредоточились по позиции, выставив оружие в направлении вероятного появления противника.

— Время? — бросил я.

— Две минуты, — бордовый Пашка устанавливал пулемет на треногу, в этом ему помогал его Тень.

Я кивнул и посмотрел на мирный пейзаж перед собой. Батарея миномётов была расположена здесь недавно, буквально сразу после вторжения хаоситов, и люди не успели всё вытоптать. Высокая трава колыхалась под порывами лёгкого ветра, а зелёные ящики с боеприпасами смотрелись чужеродно на фоне местных невысоких деревьев, напоминающих очень крупные «бонсаи» с исторической родины Накамуро. Одно из таких карликовых деревьев было у Тадаси в Академии, он очень ревностно относился к своему растению, запрещая нам даже приближаться к нему. А когда Пашка, тогда еще четырнадцатилетний подросток, ради «прикола» полил деревце пивом, которое осталось после празднования его дня рождения, то японец чуть было не пришиб старого друга. Это был один из очень немногих моментов, когда я видел проявление чувств у невозмутимого «самурая». В тот раз это было чувство ярости.

— Примерно десять секунд! — выкрикнул Пашка.

Я кивнул. Было видно, как вздрогнула земля на пятачке бывшей батареи. Несколько ящиков упало вниз с ровных штабелей, один из них открылся и мины выкатились на землю. Целая группа деревьев, одновременно, покосилась, проваливаясь в открывшуюся трещину. Самое время…