Академия магии. Том 2 - Тимофей Грехов

Открывать глаза было неохота. Так хотелось спать, что я не сразу понял, что замерзаю.

«Я жив!» — пронеслось у меня в голове. Глаза открылись с трудом. Было такое ощущение будто они слиплись. И спустя немного времени я увидел, что вместе с головой ушёл под снег!

— Исцеление, — произнёс я, создав заклинание. Хоть я не чувствовал боли, но я знал, что так на меня могло воздействовать шоковое состояние, отягчающееся сильным холодом. После этого мне стало немного легче. Следующим моим действием стало перенаправление энергии в артефакт поддержания температуры. Прошло пару минут, прежде чем я почувствовал, что согреваюсь. Потом в мою голову пришла идея водными лезвиями разрыхлить отвердевший вокруг меня снег. Вот только я не знал в какой стороне находятся мои друзья. И я боялся их ранить или, что ещё хуже, убить. Ведь во время падения мы всеми силами старались держаться друг за друга. А значит, они должны быть неподалеку от меня.

При всём при этом голова работала очень тяжело, а нужно было что-то срочно придумать. И сконцентрировавшись я стал превращать лёд в воду.

«Вот же ж идиот,» — подумал я про себя. В темном пространстве сразу появилось алое свечение и, как я и предполагал, неподалеку от себя я увидел две тусклые и одну яркую ауру.

— Обратное преобразование, — произнёс я, усилив заклинание на максимум.

Делая шаг вперед, я обратил внимание, что буквально делаю туннель под толщей снега. Тающий снег стекал мне под ноги, где быстро замерзал и схватывался ледяной коркой.

Работа была монотонной и медленной. Первой, до кого я добрался, была Элин. Её лицо было очень бледным. И послав на неё заклинание исцеления, осмотрел её зрением. Она не открыла глаза после этого, но её аура стала восстанавливаться. Поэтому я немного подзарядил её артефакт, и двинулся к следующей ауре.

Я догадывался, что самая яркая аура принадлежит Хрущёвой. И судя по тому, что я видел, она старалась выбраться. В отличии от последней ауры, которая, как я думал, принадлежала Матвееву. Поэтому я поспешил в его направлении. И примерно через пять минут я проделал с ним ту же процедуру, что и с Элин.

— А ты не торопился! — рассержено фыркнула Аяна.

— Это вместо спасибо? — спросил я, вливая энергию в медальон Аяны.

— Бррр! — вздрогнула Аяна, когда артефакт начал действовать. — Спас-сибо. Как же я замерзла!

— Пожалуйста, — ответил я.

Потом мы прошли с ней к Элин и Егору. Придя в себя Матвеев спросил.

— Как мы выжили? Когда я падал почувствовал сильную боль в шее. Но сейчас ничего нет!

Элин, лежащая у меня на руках, тоже посмотрела в мою сторону, ожидая ответа. И я кратко им рассказал, что влил большое количество энергии в заклинание исцеления за мгновение перед ударом. Когда мы ударились о поверхность, оно ещё действовало и исцелило нас.

— Более дурацкого плана, я никогда не слышала! — проворчала Аяна.

— У тебя был другой? — спросил я, на что она фыркнула и отвернулась от меня. — К тому же, чего ты ворчишь? Ты жива! И на тебе даже царапины нет, в отличие от остальных.

— Скажи, Ярар, ты ведь не знал, что действие заклинания распространится и на нас тоже? — никак не могла угомониться Хрущева.

— На сто процентов, нет, — ответил я. После чего кратко рассказал про нападение вампиров на меня и Меньшикова. А именно то, как по счастливой случайности я смог исцелить воина, в которого вцепился своими клыками вампир. Вампир умер, а воин исцелился.

— Так у тебя есть заклинание, которым ты можешь беспрепятственно убивать вампиров? — осознав мои слова, спросила Аяна.

— Да, — скривившись ответил я. — Однако это должно остаться в тайне, — обвёл я всех взглядом. — По крайней мере пока так надо.

Элин кивнула и снова уткнулась мне в грудь. Её руки сильно держались за меня. Она словно до сих пор была в шоке от произошедшего. Матвеев тоже кивнул.

— Что будем делать дальше? — спросил он.

Немного подумав я ответил.

— Мы с тобой садимся медитировать. Нужно восполнить резерв. После этого прокладываем путь на поверхность. А дальше ищем путь домой.

— Но там же ещё холоднее! — постаралась возразить Аяна.

Посмотрев сердито на Хрущёву, я начал объяснять свой план.

— Именно поэтому два мага садятся восполнять резерв, после чего мы зарядим климат-артефакты, и только тогда мы будем выбираться на поверхность. Потом поищем рухнувший дирижабль и постараемся найти что-нибудь, что нам пригодится в нашем путешествии. В особенности веревки, строительный инструмент: молотки, топоры и даже гвозди. А также понадобятся деревянные доски.

— А доски-то нам зачем?

— А ты как по снегу решила ходить? — вопросом на вопрос ответил я.

Через полтора часа я восполнил свой резерв. Осмотревшись я увидел, как Матвеев стихией огня растапливает снег, направляя огонь понемногу вверх.

Элин и Аяна сидели неподалеку от него. Поднявшись я подошёл к ним, и зарядил их артефакты на полную.

— Ты как? — спросил я у Егора.

— Нормально, — ответил он, и посмотрев в мою сторону, добавил: — В отличие от тебя я не потратил ни капли энергии. Так что восполнил резерв очень быстро. А это, — показал он взглядом на исходящее от него пламя, — мало затратное заклинание. — И немного помолчав, дополнил: — Однако я сильно удивлён, что мы провалились так глубоко.

С каждой минутой туннель всё сильнее уходил вверх, и получалось, что в высоту он прошёл не менее трёх метров.

— Может снег был сильно мягким? — предположил я. На что Егор пожал плечами.

Активировав *зрение* я не смог понять на какой глубине мы находимся. Но спустя час Матвеев сел медитировать. Мы продвинулись ещё на десять метров вперёд. А снег до сих пор не заканчивался.

— Ярар, — обратилась ко мне Элин, — когда мы стояли на дирижабле я заметила, что мы были рядом со скалой. Может, — начала озвучивать предположение она, — мы проделали туннель под неё?

Не успев ничего ответить, я услышал голос Аяны.

— Ну конечно! Как же я сама не догадалась⁈ — и повернувшись в мою сторону: — А ты мог бы и раньше догадаться!

— Может ты успокоишься? — попросил я. — Вообще, что с тобой происходит?

Она ничего не ответила и отвернулась. Но вместо неё ответила Элин.

— Она боится замкнутых пространств.

— Что? — возмутилась Аяна. — Ничего я не боюсь! Ты всё придумала!

И по тому, как Хрущёва начала озираться по сторонам, я понял, что предположение Элин верно.

Спустя три часа, после того, как мы развернулись на сто восемьдесят градусов, мы выбрались наружу. В небе были видны миллионы звёзд.

— И что мы будем делать дальше? — спросил у нас Матвеев.

— Предлагаю идти ложиться