Любовь по соседству - Элен Бронтэ

Мистер Тимоти Лонгсдейл расслабленно полеживал в глубоком кресле и словно бы грезил наяву, вполуха слушая мелодичные итальянские слова. Он представлял себе свой собственный дом уютным, отремонтированным и приглаженным гнездышком, где в гостиной расставлены в широких вазах букеты, на чайном столике блюдо из дельфтского фарфора с тоненькими ломтиками яблочного кекса, сам он вот так же, как сейчас, предается блаженной лени, а под его креслом дремлет пес, положив голову на выпавшую из рук хозяина газету. Миссис Лонгсдейл сидит за фортепьяно, и черные локоны совсем скрывают ее маленькое личико...

«Черт возьми, почему они черные? У мисс Эварт же каштановые волосы! – Лонгсдейл встряхнулся, как собака из его воображаемой идиллии, и бросил взгляд на сидящую неподалеку Белинду Эварт. – Не иначе как спутал ее с кузиной!»

Лонгсдейл перевел взгляд на мисс Тиндалл, затем снова обернулся к Белинде, чья губка все еще была обиженно оттопырена. Настроение джентльмена внезапно испортилось, он вдруг отчетливо понял, что ему совсем не хочется делать мисс Эварт предложение, а ведь он приехал погостить у мисс Перри именно с этим благим намерением. И вот хорошенькая, беззащитная мисс Тиндалл поселилась в его мыслях и, сама о том не подозревая, разрушает нарисованную его внутренним взором картину безмятежной семейной жизни.

«Будь здесь Сэмюэль, он бы тотчас объяснил мне, что во мне проснулись отеческие чувства к этой бедняжке, и я возмечтал защитить ее от невзгод, поджидающих девушку без средств на тернистом пути устройства своей судьбы. Но, к моей радости, Сэмюэль прохлаждается в обществе тетушек своей жены и не докучает мне демонстрацией познаний о человеческой натуре, – Лонгсдейл рассеянно улыбнулся Белинде и снова откинулся в кресле, а Эбби под давлением Киллиана начала другую песню из тех, что не принято исполнять в приличном римском обществе, но так любят простые люди вроде ее дорогой Джованны. – Пожалуй, мне стоит признаться себе, что мисс Тиндалл затронула что-то во мне, и надо же было этому случиться, как раз когда я собрался просить руки мисс Эварт! И вот что мне теперь делать?»

Мистер Лонгсдейл смог бы понять себя, будь на месте мисс Тиндалл красивая женщина лет двадцати трех, из-за которой может потерять голову тридцатилетний холостяк, намеренный воспитать себе жену по собственному вкусу, но отказаться от помолвки ради юной девочки, почти подростка? Он, видно, перегрелся на солнце! Успокоенный этой мыслью, мистер Лонгсдейл дал себе слово, что вечером окунется в прохладный ручей и пораньше ляжет спать, а утром мисс Эбигейл Тиндалл покажется ему тем, кем на самом деле и является, – маленькой кузиной будущей миссис Лонгсдейл.

10

– Мне не понравилось, что ты так много говорила с мистером Лонгсдейлом! – Белинда сердито притопнула ножкой.

Эбби всю дорогу до поместья Эвартов наблюдала мрачное выражение лица кузины и не сомневалась, что Белинда явится к ней в комнату с этим выговором.

– Это он говорил со мной, а я только отвечала, – попыталась защититься девушка.

– Ты улыбалась и кокетничала, все это заметили, даже глупышки Кэтрин и Фанни! – Белинда явно настроилась на длительную ссору.

– Не может быть! – Эбби почувствовала неприятную дрожь в пальцах при мысли, что мисс Уивинг обсуждают ее поведение и манеры. – Я была лишь приветлива, как учила меня тетя Энн.

– Не впутывай сюда мою мать! Там, где ты родилась, принято менять поклонников, как носовые платки, но мистер Лонгсдейл вот-вот подарит мне обручальное кольцо, и я не позволю тебе испортить мою помолвку! – Белинда, казалось, еще немного и набросится на кузину с кулаками.

– О боже, Бел! У меня никогда не было желания испортить тебе хоть что-нибудь! Все знают, что мистер Лонгсдейл за тобой ухаживает, – Эбби осторожно попятилась, надеясь спрятаться за кресло, если Белинда и впрямь захочет ударить ее или дернуть за локоны.

– Вот именно, все! И эти несносные сестрицы Хедвич всячески стараются не допустить моей помолвки, они так боятся остаться старыми девами, что готовы броситься в объятия первого же встретившегося им мужчины, даже если это будет тучный болван вроде Реймза! Но к их злобным выпадам я уже привыкла, как и к проделкам своих кузин Уивинг, а вот от тебя я не ожидала такого коварства, и это после того, как мои родители согласились о тебе заботиться!

– Мистеру Лонгсдейлу давно следовало бы сделать тебе предложение, – мягко заметила Эбби. – Тогда никто из названных тобой девиц не стал бы флиртовать с ним...

Этого ей говорить не стоило. Уязвленная Белинда кричала так громко, что явилась сама миссис Эварт, которой горничная доложила о странном шуме в комнате мисс Тиндалл. Миссис Эварт застала обеих леди в слезах, но если Эбби выглядела расстроенной и напуганной, то Белинда истерически рыдала и призывала суровые кары на голову неблагодарной, мерзкой... словом, Эбби.

– Что здесь происходит, мои дорогие? – миссис Эварт пришлось стряхнуть с себя сонливость и принять суровый вид справедливого судии.

– Ах, мама, зачем ты пригласила ее жить с нами? Разве ты не видишь, она хочет отобрать у меня Лонгсдейла! – возопила Белинда.

Миссис Эварт с неодобрением посмотрела на племянницу. Эбби лишь умоляюще протянула к ней руки, одновременно качая головой и шепча: «Это не так, тетя, вовсе не так...»

К чести миссис Эварт, она скорее поверила Эбби, чем собственной дочери. Мать не впервые видела Белинду в таком жалком состоянии. К тому же в поведении Эбигейл миссис Эварт не усмотрела ничего предосудительного, малышка была любезна со всеми и притом никому не навязывала свое общество, в отличие от племянниц мистера Эварта.

– Тише, ради бога, Бел, сейчас сюда прибегут Фанни и Кэтрин, они чуют скандал за милю! Эбби не делала ничего дурного, тебе показалось. Пойдем, я помогу тебе лечь в постель и попрошу Бетти принести моих капель. Будь послушной девочкой, иначе у тебя разболится голова, а глаза будут красными, как у кролика!

Белинда то ли услышала о возможном появлении сестер Уивинг, то ли уже истратила все свои силы на истерику, так или иначе, но она позволила матери увести себя. Напоследок миссис Эварт обернулась к Эбби:

– Позже я зайду поговорить с тобой, Эбигейл.

Через полчаса миссис Эварт появилась в спальне Эбби со стаканом, где были разведены капли. Племянница все еще тихо плакала, но тетушка Энн не сочла нужным обнять и утешить девушку.

– Выпей это и успокойся, – довольно приветливо сказала она и протянула Эбби стакан.

Эбигейл послушно выпила неприятно пахнущую жидкость и укоризненно посмотрела на тетку.

– Почему Бел так рассердилась? Я старалась быть ей настоящей сестрой...