Ни слова о деньгах - Наталия Левитина

Стать наследницей Ангелины Ивановны, её заклятого врага? В Люсиной голове никогда не возникла бы такая фантастическая идея. Она и сейчас отмахнулась от этой безумной мысли. Но всё же успела на секунду вообразить себя владелицей двух квартир, расположенных в одном подъезде… Причём у соседки была трёхкомнатная! Люся смогла бы выгодно продать две квартиры, себе купила бы что-то в центре, поближе к любимой работе, а остаток положила бы в банк и превратилась в самую настоящую рантье… Сказка!

Люся тряхнула головой, прогоняя наваждение. И тут же удивилась самой себе: чуть более суток назад она была близка к тому, чтобы свести счёты с жизнью, а сейчас уже прикидывает, как выгодно распорядиться деньгами, полученными от продажи двух квартир.

… – Она пообещала тебе свою квартиру!? – воскликнула Даша. – Вот это да! Неужели она действительно составит завещание в твою пользу? Вы же ненавидите друг друга!

– Уже нет. Да что мечтать… Пусть живёт, рано ей о завещании говорить. Ещё девочка совсем.

– Однако эти выходные, вероятно, сильно напугали Ангелину.

– Ей уже гораздо лучше. Вылечится. И забудет обо всём.

– И всё-таки… Люсь, вдруг она действительно завещает тебе квартиру? У неё есть родственники?

– Пока болеет – нет. А если вдруг склеит ласты – тогда, не сомневаюсь, налетит целая толпа родственничков. Будут квартиру делить. Хорошая, между прочим, у неё квартира…

Дарье не терпелось рассказать подруге о претензиях, предъявленных Репниковым, о бездонной долговой яме, вырытой им на пути у Даши и Андрея. И о попытке найти свидетелей аварии, о поисках видеокамер, установленных в офисах и кафе вокруг злосчастного перекрёстка.

Но сначала пришлось объяснить Люсе, кто такой Паша Калинин. По мере того как развивалось повествование, Люся всё с большим подозрением присматривалась к подруге. Странно, но все слова, связанные с персоной П. Калинина, звучали чересчур воодушевлённо.

– Значит, двоечник? – уточнила Люся.

– Да! Бывший!

– А теперь – гендиректор крупной компании?

– Да! Потрясающее развитие личности и карьеры, правда?

– Надеюсь, он не строит дома? Не изготавливает продукты питания?

– Ах, нет, это не относится к его компетенции.

– Уже легче!

– Но почему? При чём здесь строительство и производство продуктов?

– Не хочется думать, что где-то стоят дома, построенные бывшим двоечником. Или продаётся колбаса, изготовленная им же.

– Нет. Паша бурит скважины. И делает это на пять с плюсом.

– Богатенький, наверное?

– Думаю, да.

– Симпатичный?

– Очень!

– Дарья, не зевай! Хватит тебе в девках сидеть.

– Не забывай, я уже сбегала замуж. Наелась до отвала волчьих ягод. А кроме того, Паша женат и у него двое детей: славные близнецы, белобрысые и неутомимые. Вовчик и Макс.

– Женат?! – воскликнула Люся. – Двое детей?! Вот так всегда. Если нормальный мужик, то обязательно занят.

Две подруги находились рядом, но их разделяло огромное пространство. Даша и не догадывалась, что творится сейчас с Люсей, какой кошмар она пережила в ночь с четверга на пятницу. Да, конечно, сегодня подруга выглядела ужасно, она была похожа на мученицу, привязанную к столбу и приготовленную к сожжению. Но этому, считала Дарья, существует два объяснения: первое – Люся ещё не справилась с ангиной, второе – она двое суток проработала медсестрой. А сон в кресле никому не прибавит свежести.

– Люсечка, ты бы отпросилась у Льва Дмитриевича и ехала домой. У тебя вид – краше в гроб кладут.

Услышав про гроб, Люся содрогнулась. Как близка она была к тому, чтобы реализовать данную метафору! Совсем недавно она дрожащими пальцами выдавливала таблетки из ячеек…

Люсе вдруг стало страшно, у неё перехватило дыхание: а если бы она решилась на этот шаг? И тогда всё бы закончилось: тупая боль и ощущение, что по тебе проехал асфальтоукладчик, отчаяние от невозможности перемотать плёнку назад и изменить сценарий…

Да, два дня Люся обдумывала эту мысль, но сейчас она вызывала у неё ужас.

Неужели она смогла бы добровольно отказаться от всех будущих радостей? Всё перечеркнуть, выкинуть подаренный тебе вкусный торт, съев всего пару кусочков… Выбрать чёрную космическую бездну вместо ежедневного праздника жизни? Из-за какого-то урода! Из-за того, что именно сейчас невыносимо больно и нет сил терпеть… Но если потерпеть ещё немного, то наступит завтра, а завтра будет уже не так больно… А потом – благодаря огнеупорному Люсиному жизнелюбию – обязательно вернётся способность радоваться каждому мгновению дня, получать удовольствие от простых мелочей, а их много: прикосновение солнечного луча к закрытым векам, хрустящая корочка горячего хлеба, утренняя прохлада, высокое голубое небо, терпкий запах опавшей листвы…

Ангелина Ивановна, вломившись в Люсину квартиру и на двое суток приковав внимание к собственной персоне, невольно сделала благое дело: не позволила Люсе полноценно сосредоточиться на её горе. Новый всплеск эмоций захлестнул девушку. Сначала – возмущение, что любимое гнёздышко захвачено противником, потом – сочувствие к страданиям одинокой бабули…

– Не буду отпрашиваться. Работать хочу, – ответила Люся на предложение подруги. – Я в порядке. И потом, ты должна подробнее рассказать мне о Репникове. Что ты будешь делать? Согласишься с его требованием? Вы будете выплачивать ему эти деньги?

Глава 9

Закончился яркий и солнечный октябрь, с его тёплым и даже знойным, как бразильская танцовщица, «бабьим летом»… В одно мгновение облетела листва, на город навалилась холодная серая осень с бесконечными ледяными дождями и свинцовым небом…

Репников перехватил Дарью, когда она бежала от проходной «Полинэкса» к автобусной остановке, – зябко кутаясь в плащ, стуча зубами от холода.

– Дарья Николаевна, садитесь в машину! – прокричал бизнесмен, опустив правое стекло и перегнувшись через пассажира. Это был Заевский – его друг и невольный участник той аварии. Он тоже был знаком Даше, так как постоянно маячил рядом с Репниковым, давал показания в ГИБДД. В отличие от рыхлого, амёбистого приятеля, Заевский выглядел гораздо симпатичнее – обаятельный молодой мужик, крепкий, поджарый. Но Даша предпочла бы никогда не встречаться ни с тем, ни с другим…

Вместо белой «ауди», похожей на радостную невесту, Репников теперь управлял строгим серым «лексусом». Бизнесмен явно не испытывал нехватки транспортных средств – расколотив в ДТП одну машину, он тут же пересел на другую, и не менее дорогую.

А Андрею, когда он выйдет из больницы, ездить будет не на чем, зло подумала Даша, ощущая внезапный прилив классовой ненависти. Если оглянуться, увидишь сверкающие тёмным стеклом бизнес-центры, парковки, заставленные «хаммерами» и «кадиллаками», супермаркеты, набитые экзотическими деликатесами… А рядом параллельный мир – унылая беспросветная бедность, серые от усталости лица, копеечные доходы…