Четыре властелина бриллианта. Тетралогия (ЛП) - Чалкер Джек Лоуренс

Я обнаружил, что не способен почувствовать формирование своего образа в его мозгу.

- Кол Тремон, – сообщил я, надеясь, что этого достаточно. Он кивнул:

- Так это ты изжарил старину Кронлона? Ну ничего, в любом случае хорошо, что мы избавились от этой старой крысы. Я его никогда не любил, хотя признаю, что с работой он справлялся неплохо. Очень даже неплохо. Пошли сначала к медикам, а затем погоняем тебя на тестировании. Нормально себя чувствуешь?

Я кивнул, хоть еще не совсем проснулся:

- Вполне.

- Пойдем. – Он повернулся и быстро вышел из комнаты.

Я поспешил за ним, отметив про себя гордую поступь и осанку магистра, выдававшую в нем старого вояку. Он явно попал сюда Извне. Интересно, чем он там занимался?

Днем в Замке было гораздо оживленнее. Повсюду бродили люди; многие занимались уборкой. Подавляющее большинство, казалось, слонялось без дела. И все без исключения производили впечатление настолько чистых и ухоженных, что невольно натолкнули меня на странную мысль. Чтобы мои современники жили в подлинно цивилизованном мире, наши предки в Древней Греции должны были совершить промышленную революцию. Примитивность технологии не говорит о примитивности вообще.

Однако именно технология и поражала. Когда я впервые попал на Лилит, то и поверить не мог не только в существование столь сложных построек, но и даже самой обыкновенной одежды. Именно поэтому, размышлял я, и приходится спать в хижинах из дерева бунта и ходить нагишом. Теперь я осознал подоплеку могущества, которое наделяло людей энергией микроорганизмов Вардена. В условиях Лилит эта энергия стала главным фактором культуры и развития общества.

Она преобразовывала среду обитания в соответствии с потребностями – вот разгадка социального положения батраков, причина их абсолютной нищеты и вечного рабства. Специфические правила, управляющие микроорганизмами Вардена, передавали эту энергию в руки избранного меньшинства.

Люди, мимо которых проходил магистр Артур, испуганно косились на него, избегая встречаться с ним взглядом. Не было никаких сомнений: его панически боялись, боялись даже другие магистры.

Артур доставил меня в медпункт и приказал врачам позвать его, когда обследование закончится. Врачи держались подчеркнуто вежливо. И, когда магистр Артур наконец-то вышел, я почувствовал, как они облегченно вздохнули. Надо мной произвели все необходимые процедуры, какие только можно было провести без нормальных инструментов, хотя кое-какие любопытные аналоги у них имелись. Для измерения кровяного давления врачи Лилит использовали особый сорт вьющегося растения, напоминавшего виноградную лозу; при помощи маленького желтого листа, изменявшего свой цвет вплоть до красного, определили мою температуру. Все данные записывались острой тростниковой палочкой на тонких листах.

Все без исключения сотрудники медпункта имели ранг смотрителя. Только после окончания обследования они пригласили начальника. Тот оказался низеньким толстячком средних лет, явно знакомым с благами цивилизации.

- Меня зовут доктор Пон. – Он взял исчерканные листы и быстро проглядел их.

- Похоже, вы абсолютно нормальны. Вы, видимо, знаете, что микроорганизмы Вардена бдительно следят за состоянием нашего здоровья. Искореняются практически все нарушения, кроме повреждений мозга, регенирируют даже конечности. В результате мы утратили иммунитет к вирусам, и это достаточно серьезная проблема. Итак, все формальности мы прошли. Никогда ведь не знаешь, в какой момент встретится нечто феноменальное. Кроме того, нас интересуют сравнительные характеристики людей, обладающих силой.

Я кивнул, вспомнив идефикс хозяина Тиля вывести людей, у которых способности будут передаваться по наследству. Чувствуется, доктор Пон тоже задействован в этой программе.

- А в прошлой жизни вы тоже были врачом? – дружески полюбопытствовал я. Он усмехнулся:

- Извне? Разумеется. Но вы представить себе не можете, насколько это разные вещи. Все тамошние диагностические компьютеры, хирурги-автоматы бессильны против ряда неизлечимых болезней. Здесь же мне приходится лечить, пользуясь исключительно местными методиками – в основном для снятия недомоганий и нервного переутомления. Кроме того, я занимаюсь научной деятельностью – изучаю микроорганизмы Вардена.

Вот это уже горячее.

- Ну и как, нашли что-нибудь интересное?

Он развел руками:

- Не так уж и много. Существует множество физиологических и биохимических факторов, но выделить их, исследовать воздействие – особенно в отношении людей, рожденных вне Лилит, – не представляется возможным. Наверное, с прежним моим оборудованием удалось бы чего-то добиться; или если бы у меня был доступ хотя бы к орбитальной базе Кригана... Здесь же приходится довольствоваться самыми грубыми методами, так что о сроках говорить не приходится.

Я удивленно поднял брови:

- Орбитальная база?

- Да, а вы что, не знали? Ее создали на Медузе несколько лет назад, поэтому в ней присутствуют сильно модифицированные микроорганизмы Вардена, у которых нет такого неприятия машин, как у местных. Большую часть времени Криган проводит там.

Это была архиважная информация. Хоть он и появляется на базе, когда ему вздумается, но это значительно упрощает задачу, поскольку спутник можно уничтожить практически в любой момент. Если бы я был Криганом, то свел бы свои визиты туда к минимуму, а еще лучше – отправил бы на базу своих помощников и превратил ее в командный и коммуникационный центр.

Похоже, я выудил из него нужную информацию, тем не менее я постарался расспросить его о сути проводимых экспериментов.

- Интересно, – как бы вскользь заметил я, – каково ваше мнение о биохимических факторах? Я пришел к выводу, что катализатором служат эмоции и сопровождающие их химические процессы в организме. Сила высвобождалась во мне тогда, когда я чувствовал сильный гнев.

- Совершенно верно, – просиял доктор. – Да, эмоции действительно являются ключом к силе. Однако у каждого свой порог биохимических изменений, и пороги эти весьма различны. Кроме того, микроорганизмы Вардена очень чувствительны к образующимся продуктам. Биохимические процессы играют здесь первую скрипку – а также воля. Именно гнев дал вам силу, необходимую для убийства; но желание убить противника высвободило ее. Я склонен считать, что первоначальным импульсом к управлению микроорганизмами является так называемый инстинкт уничтожения. Все без исключения обладают такой силой в скрытом состоянии, но далеко не каждому хватает воли. Вот почему батраки остаются батраками.

- Вы говорили, что пытаетесь вызвать соответствующие процессы в тех, кто по тем или иным причинам не обладает силой, – напомнил я. – Ну и как, удается?

Он встал, явно польщенный моей заинтересованностью:

- Пойдемте, я вам кое-что покажу.

Мы спустились в холл, заканчивавшийся большой камерой. Я остановился, потрясенный. Десятки плит расположились аккуратными рядами. Это были постели, и на каждой спала или находилась в коматозном состоянии девушка. В одной из них, лежащей прямо напротив, я с ужасом узнал мою Ти. С большим трудом я взял себя в руки, не желая раскрываться раньше времени. Еще слишком рано, заклинал я себя.

- Они живы? – спросил я, страшась ответа.

Пон кивнул:

- Конечно. Эти девушки – батрачки, демонстрировали мощные импульсные всплески силы, обычные при половом созревании, но оказались неспособными управлять ею, или как минимум руководствоваться в своих поступках собственной волей. На первом году созревания в организмах девушек происходят очень сильные изменения, гораздо более значительные и радикальные, чем в организмах их сверстников-мальчиков. Зачастую именно эти мутации и приводят в действие феномен Вардена. Мы регулярно осматриваем всех девушек в поместье при вступлении в подростковый возраст. У этих созревание протекало исключительно бурно, как вы можете судить по их гипертрофированным телам.

- Мне кажется, вы приложили к этому руку, – брякнул я, но тут же, овладев собой, добавил: – Одна из них моя знакомая, и поэтому я интересуюсь.