Низвергающий в бездну - Анна Одувалова

Где- то в прибрежных деревьях негодующе закричала всполошенная птица, хрустнула сухая ветка под ногой непрошенного в лесу гостя — человека, и на Русалочьей поляне появилась фигура Дерри. Он, стараясь не дышать, заворожено всматривался в совершенную женскую фигуру на берегу. Мышцы свело судорогой от долгой неподвижности, ксари старался не шевелиться, опасаясь выдать свое присутствие не подозревая, что уже давно замечен.

Русалка медленно повернулась и буквально впилась взглядом огромных нечеловеческих глаз в мужчину. Он испуганно вскрикнул, но любопытство победило страх, его глаза смело встретились с пронзающим взглядом водной девы. Что-то смутно знакомое мерещилось ему в тонкой линии слегка длинноватого носа, в странном разрезе русалочьих глаз и в хищной улыбке мертвых губ.

— Милый! — глубокий голос русалки сочетал все возможные звуки воды. Журчание речки, грохот водопада, шум моря и переливы первого весеннего ручья. — Милый, ты все же пришел ко мне. Ты мой? Правда, ведь? Наконец, ты мой!

Парень отшатнулся. Испуг в душе человека смешался с идущей откуда-то извне всепоглощающей радостью. Она, сначала чужеродная, все больше и больше заполняла тело, от кончиков пальцев проникая прямо в сердце, и наполняя все существо Дерри ликованием. — Что еще может быть нужно мужчине, если его ждет такая женщина?

— Иди ко мне, — поманила русалка его пальцем с длинным и острым как бритва ногтем. — Иди.

И он пошел сначала осторожно, стараясь ступать бесшумно, а потом все быстрее и быстрее — навстречу своей гибели. В воспаленном мозгу все еще пульсировала раздражающая мысль. Настойчивый внутренний голос буквально орал. — Ты что делаешь?! Не ходи туда! Тебя ждет смерть! — Но Дерри отмахнулся от неприятных мыслей, и словно загипнотизированный сделал последний шаг к русалке, обнимая стройное, пахнущее проточной водой тело, утопая в огромных мертвых глазах, целуя изогнутые в хищной улыбке манящие, холодные губы.

Анет очень быстро надоело сидеть на колючках и кочках, да к тому же по ногам постоянно пытались забраться надоедливые муравьи. Девушка встала, отряхнула штаны от мусора и словно маленький слон потопала в ту сторону, в которую ушел Дерри. По ее подсчетам он не должен был быть далеко. Анет продиралась сквозь чащобу, руками разгребая висящую перед лицом паутину. Из кустов слева послышался какой-то непонятный переливчатый женский смех и вторящий ему, такой знакомый, мужской. Любопытная девушка нырнула сквозь ветви деревьев на поляну. — Вот те раз. Ушел на пять минут за едой и уже нашел, с позволения сказать, женщину, — негодовала Анет, разглядывая издалека пикантную сцену, в которой Дерри с упоением обнимал стройную зеленоволосую и не обремененную одеждой девицу. Девушка перемялась с ноги на ногу, решая, что же делать и уверенно пошагала в сторону парочки. Врожденную скромность победили собственнические чувства. Раз Дерри по долгу службы должен ее охранять, значит — никакой личной жизни в рабочее время.

— Эй, вы! — крикнула Анет. — Дерри, я, конечно, понимаю, что ты очень занят, но я хочу есть, и мне страшно сидеть одной.

Дерри медленно повернулся и уставился ничего невидящими глазами на девушку. Русалка ощерилась и зашипела:

— Уйди женщина, это моя добыча!

— Что? — взвизгнула Анет, — Твоя добыча, да? А моя охрана! Брысь отсюда лягушка драная!

— Уйди! — русалка на миг выпустила Дерри из своих цепких рук, и он как подкошенный упал на траву.

— Ты что с ним сделала, — завопила Анет, кидаясь вперед. Девушка со злостью выкинула руку вперед и полоснула острыми наращенными ногтями по щеке водной девы. Русалка зашипела, как кошка, взглянула на Анет ненавидящими глазами и скрылась под водой. Дерри остался лежать на берегу. Кожа его побледнела, и он не подавал никаких признаков жизни. Девушка с криком:

— Дерри, очнись! — подбежала к молодому человеку. Но он остался лежать неподвижно. Анет осторожно оттащила парня в ближайшие кусты и села рядом. Только по не равномерно поднимающейся груди Дерри Анет могла определить, что он жив.

— Что же мне с тобой делать? — заплакала девушка, предпринимая еще одну безуспешную попытку привести парня в чувство.

Тут, голову Анет словно стянуло тугим металлическим обручем с острыми краями. Девушка вскрикнула и упала на колени, придерживая руками разрывающиеся от боли виски. В ушах стоял ужасный шум, такой, какой обычно бывает, когда сбивается настройка у приемника.

— Анет, где вы? — различила девушка слабый голос, рождающийся в воспаленном болью мозге, но ответить ничего не успела. Все как-то резко оборвалось, и обессиленная девушка привалилась к стволу ближайшего дерева. Боль и шум из головы ушли, а вместе с ними и непонятный голос. Глаза невыносимо жгло, и чтобы хоть как-то справится с неприятными ощущениями, Анет закрыла их, и погрузилась в неглубокий, тревожный сон. Разбудило девушку непонятное шебуршание у ее щеки.

— Хозяйка проснись, ну хозяйка! — Анет медленно открыла глаза, рядом с ней сидел заметно подросший за прошедшие сутки гхырх, теперь он сравнялся по размерам с лайкой средней величины.

— Ура, хозяйка проснулась! Зюзюка хороший. Зюзюка искать хозяйку — хозяйка любить Зюзюку. Дай няму!

Анет сморщилась от не отступающей головной боли, безнадежно поскребла по карманам и, вытащив сморщенный кусочек яблока, протянула его зверюшке.

— А че, грязное-то? — недовольно спросил гхырх, но, тем не менее, зачавкал.

— Как ты меня нашел? — спросила Анет, пытаясь хоть как-то пригладить рукой волосы. — И где все остальные?

— Человеки ушли, к человечьим жителям и гхырх нашел хозяйку.

— Ты знаешь где Стик и Дир?

— Ага, в человечьих жилищах там.

— Где там? — стала настойчиво расспрашивать девушка, — Ты сможешь привести их сюда?

— Не-е, других человеков не-е. Гхырх любит только хозяйку, а других гхырх не любит. Дай няму.

— Нет у меня! — сказала девушка, думая как бы заставить Зюзюку привести сюда парней.

— Как нет нямы? Дай! — Зюзюка был явно не доволен, его розовая шерстка встопорщилась, и он злобно зашипел на Анет, но девушка была не в том настроении, чтобы терпеть капризы всякой мелкой скотины. Опыт общения с многочисленными домашними животными, вечно норовящими если не сесть на шею то, по крайней мере, обожрать на что-нибудь вкусное, помог ей выбрать правильный тон в разговоре с гхырхом.

— Ты еще шипеть на меня будешь, гадина! — Рявкнула на Зюзюку девушка. — Я тебя нашла, можно сказать, на болоте. Отмыла, высушила (небольшое преувеличение, ну да ладно), кормила. А ты скотина неблагодарная на меня шипишь? Уйди, ты плохой.