Тепло твоих рук - Роуз Эллин

— Безусловно. — Напряжение рассеялось, как сырой туман в лучах солнца. — Я чувствую себя наряженной маленькой девочкой и едва терплю это.

— Отлично.

Мелодичная музыка заглушала голоса других посетителей и стук серебра по фарфору; Келли потягивала вино, а Брент что-то рассказывал, перепрыгивая с одного на другое. Оказалось, что Келли легко вести с ним беседу, она смеялась его веселым историям из жизни в Сиэтле, рассказывала об успехах Энни и слушала рассуждения Брента о воспитании дочери. Официант поставил перед ними тарелки, и Брент, отведав кусочек превосходного ребрышка, снова заговорил:

— Значит, вы всю жизнь провели на ранчо?

— Кроме тех шести месяцев, когда я была замужем за Рэнди, — кивнула Келли, пробуя лососину. — Он участвовал в родео, и мы объехали все города, где проводились соревнования, от Эллинсбурга до Чикаго, прежде чем я оставила его.

— У вас никогда не было общего дома?

— Для Рэнди домом был путевой трейлер и любой город, где имелись быки. — Покрутив бокал с янтарной жидкостью, Келли сделала глоток вина. — С этим я могла жить, но он питал страсть не только к быкам.

— Поклонницы?

— Рэнди не мог устоять перед женщиной, восхищавшейся его мускулами и отвагой. И таких на его счету было довольно много.

— А вам хотелось чего-то более возвышенного?

— Не поймите меня неверно. — Келли бросила на Брента быстрый взгляд. — В турне участвуют и по-настоящему крутые ребята, мне просто не посчастливилось выйти замуж за одного из них.

— А чем вы занимались, вернувшись домой?

Келли уклонилась от пристального взгляда Брента. Она не могла подробно объяснять, как оскорбило ее поведение Рэнди и какой опустошенной чувствовала себя после разрыва с ним, не желала признаться, как провинилась перед отцом. Быть может, со временем она обо всем расскажет, но не сейчас.

— Пэдди не позволил мне долго сидеть дома и зализывать раны. Он заставил меня поехать в Олимпию и окончить государственный колледж. Должность подменяющего учителя оставляла мне время для тренировки лошадей, уроков верховой езды и помощи отцу.

Келли прервала свой рассказ, пока официант убирал посуду, и, изучив меню десертов, выбрала ватрушку с белым шоколадом. Когда же перед Брентом поставили шоколадный трюфель с малиной, она, закусив губу, уставилась на его тарелку.

— Что? — усмехнулся Брент. — Передумали? Поменяемся тарелками?

— Нет, — покачала головой Келли, — я просто смотрю.

Но едва Брент, подняв на вилке кусочек лакомства, протянул его через стол, Келли быстро схватила его губами и со смаком съела необыкновенное угощение. Брент, молча покачав головой, отказался от ее ватрушки. Его глаза были прикованы к Келли, и она сосредоточилась на своей тарелке, делая вид, будто не замечает в них откровенного желания.

— Я не хочу меняться тарелками. — Съев таким же образом еще несколько кусочков, Келли улыбнулась Бренту. — Спасибо.

— За что?

— За это. — Келли жестом руки обвела ресторан. — Я никогда не проводила так время, и мне здесь очень нравится.

Брент усмехнулся и, подавшись к Келли, ласково погладил ее по щеке. Она замерла от этого прикосновения, и ей показалось, что ее ударило током.

— То же самое я ощущал в лагере в прошлый уик-энд, — усмехнулся Брент, не сомневаясь в том, как подействовало на Келли его прикосновение, — только я не был так хорошо подготовлен к этому, как вы сегодня. — Он обвел кончиками пальцев линию скул Келли, вызвав в ней безудержное желание.

Когда же Брент убрал руку, Келли дрожащими пальцами подняла бокал и, сделав глоток вина, почувствовала, что аппетит у нее пропал.

Брент видел, что у Келли дрожат губы, выдавая охватившее ее эротическое возбуждение, и размышлял о том, какими словами можно описать внешность этой женщины. Волосы Келли сверкали ярче, чем свечи, стоявшие на их столике. В приглушенном свете ее выразительное лицо казалось эфемерным, словно возникшим во сне. Брент протянул руку, опасаясь, что если не дотронется до Келли, она исчезнет и оставит его лишь с туманными мечтами. Ее пальцы сомкнулись вокруг руки Брента, вызвав в нем жгучее желание. Призрачная Келли растаяла от прикосновения реальной Келли. Самоконтроль, помогавший Бренту держать себя в руках с того раза, когда он впервые поцеловал Келли, почти покинул его. Брент сознавал, что, если они не уйдут отсюда в ближайшие минуты, он поставит их обоих в неловкое положение в одном из самых респектабельных заведений Олимпии. А после сегодняшнего вечера Брент хотел бы каждый год привозить Келли сюда на их годовщины и снова переживать то же, что и сейчас.

— Я знаю хорошее место, где можно потанцевать, — шепнул он, потянув Келли за руку.

— Отвезите, меня домой, — попросила она тихим низким голосом, еще больше распалившим его.

Подозвав официанта, Брент расплатился по счету, накинул на плечи Келли легкую шаль, и они быстро направились на автостоянку. Когда Брент открыл перед ней дверцу машины, Келли обхватила ладонями его лицо и чуть потянулась вверх. Не раздумывая, он наклонился и прижался к ее губам.

Брент весь отдался блаженству долгого, страстного поцелуя, потеряв представление о времени и забыв, где они находятся. Лишь когда свет фар подъехавшего на стоянку автомобиля пробился сквозь его прикрытые веки, он отстранился, дыша так, словно пробежал марафонскую дистанцию.

Отступив на шаг со спокойным, безмятежным выражением лица, Келли села в машину, и при виде ее стройных ног Брента снова охватила страсть.

Он думал, что не выдержит путешествия до дома Келли, тридцатиминутная поездка казалась бесконечной. Крепко обхватив себя руками, Келли сидела рядом с ним и смотрела вперед через ветровое стекло. Брент взволновался, нет ли у нее каких-либо тайных мыслей. Быть может, вернувшись домой, она выставит его? Нервы Брента натянулись до предела. Он весь был как сжатая пружина. Выскочив из машины, Брент бросился открывать дверцу, уверенный, что получит от Келли безоговорочный отказ.

Брент открыл ей дверцу, и Келли вышла из автомобиля. Планы, которые она строила всю дорогу до дома, показались ей глупыми и слишком дерзкими. Ее поведение могло оскорбить Брента с его изысканными манерами и архаичными представлениями о галантности. Но, взглянув на Брента, она поняла, что не имеет выбора: огонь, пылавший у нее внутри, уже невозможно погасить. Схватив Брента за руку, Келли потянула его вверх по лестнице. Замок двери, с которым она прежде без труда справлялась, никак не открывался, но с помощью Брента они все же попали на кухню.

Мгновение Келли стояла неподвижно в тусклом свете одинокой лампочки над раковиной, парализованная желанием. Брент о чем-то заговорил, но Келли в угаре страсти бросилась к нему в объятия, положила руки Бренту на плечи и закрыла его рот поцелуем. Из груди Брента вырвался глухой стон. Он крепко обнял Келли, и она вдруг почувствовала свою власть над ним, поняв, что Брент тоже безумно хочет ее.