Охота на генерала (СИ) - Штогрина Анна

Федор Иванович вышел к нам спустя час. Мы с Анфисой вскочили к нему навстречу, ожидая свершившегося чуда - Ответа Карена.

Врач томить нас не стал. Произнес, успокаивающе:

- Анфиса, Марго, отправляйтесь домой. Как только будет что то известно, я сразу вам сообщу. Здесь ждать бессмысленно. Вы изводите себя и устаете. Подумайте лучше о ребенке. Ей сейчас лучше отдохнуть в своей комнате, а вам поддерживать ее и питать своей энергией и любовью. Не переживайте, я буду держать руку на пульсе. Непременно перезвоню вам.

***

Бессонная ночь и неопределеность с операцией сделали своё дело. Мы действительно безумно устали и морально истощились. Поэтому домой доехали будто на автопилоте.

Разговаривать не хотелось. Уложив Леру спать, мы с Анфисой разбрелись по комнатам и отключились в тревожном забытье.

На следующее утро мы ничего не ели. Кусок не лез в горло ни мне, ни тетке. Мы просто пили кофе на кухне и размышляли каждый о своём. О печальной несправедливости, по которой ребенку предначертано было так серьезно заболеть. Даже мысли о любимом Германе меркли перед неутешительным диагнозом Лерочки. Перед предстоящими испытаниями, падающими на сердечко несчастного ребенка.

Звонок Алана вывел меня из состояния задумчивости.

-Марго? Привет дорогая! Ты чего прогуливаешь? Мы уже привыкли каждый день с тобой в столовой зависать. Кира спрашивает, где ты пропала? - веселый и беспечный голос парня резал слух.

Его энтузиазм меня совсем сейчас не вдохновлял. Очень хотелось дождаться результатов онлайн консультации и быть уверенной, что с ребёнком будет всё хорошо. Поэтому я сразу ответила:

- Знаешь, Алан, прости, но мне сейчас совсем не до института. Моя Лерочка, моя любимая сестричка очень серьезно болеет, - честно призналась я. И мой голос прозвучал очень жалко и расстроганно.

-Что случилось? - испуганно спросил Аллан. Он моментально понял, что я не играю и не шучу. Что проблема и вправду глобальная,- Нужна помощь? - добавил он участливо. В его голосе я услышала нотки переживания и сочувствия.

Алан потрясающий человек и очень остро реагирует на чужую боль. Всё-таки воспитание настоящего мужчины, моего любимого Германа не прошло бесследно. Ему впору гордиться добрым и чутким сыном.

- Я пока ещё не знаю, нужна ли помощь. Попробуем справиться своими силами. Я искренне надеюсь, что с ребёнком всё будет хорошо. Я с теткой обратилась в клинику в Израиле. Лерочке необходима срочная операция на сердце. Я рассчитываю, что хирург Гуди Карен возьмется провести эту сложную работу. Прости, но я сейчас жду его ответа. Давай лучше созвонимся позже, - предложила я Алану, ведь поскорее хотела положить трубку, чтобы не занимать линию.

- Конечно. Нужна будет помощь, обращайся и не стесняясь. Ты ведь знаешь, что мой отец не рядовой служащий. В крайнем случае, я смогу замолвить словечко за тебя, дорогая. Мы с Кирой днем в институте, но ты звони и пиши, если что то потребуется. А вообще, ждём от тебя хороших новостей!

-Спасибо, Алан. Я очень ценю твое участие и отзывчивость. Спасибо.

Я положила трубку и вздохнула. Как бы мне не хотелось обращаться за помощью к Герману... Между нами все так неопределенно еще. А тут просьбы, деньги... Хоть бы не отпугнуть любимого мужчину и не разочаровать!

К вечеру с нами связался Федор Иванович и бодрым голосом сообщил прекрасные новости. Передал дословно все ответы Гуди Карена. Сказал, что хирург лично прогарантировал успешность операции на все 99,9% и добавил, что с радостью спасет ребенка.

У меня от этой новости навернулись слезы на глаза. Я весь вечер не выпускала из рук кудрявую девочку, ставшую мне родной сестричкой. Целовала ее холодный лобик и все прислушивалась к слишком медленному западающему ритму ее сердечка.

Держись, Лерочка! Я сделаю все, чтоб спасти тебя!!!

Глава 23 

Марго.

На следующий день мы с теткой отправились сразу в приемную к нашему кардиологу. Заново выслушали прекрасные новости.

Единственное, что печалило в этой ситуации - это стоимость проведения операции. Федор Иванович сказал, что Гуди Карен запросил за весь комплекс медицинских услуг, включая свою работу, анастезию и пребывание в линике, непомерную сумму. Целых 300тысяч $! А у меня в наличии максимум 10тысяч$!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мягко говоря, мы с Анфисой были в ШОКЕ!

Как только мы вышли из кабинета кардиога, я сразу спросила:

- Сколько денег у тебя осталось после продажи квартиры?

Анфиса неутешительно вздохнула:

- Около 5тысяч, - и поспешила оправдаться, - Лечение и препараты высосали уже практически все мои деньги...

Тут меня осенило! Скорее всего Анфиса неспроста приехала ко мне! Вероятнее всего в момент, когда у неё начали опускаться руки и денег катастрофически не хватало, она решила найти единственных родственников, которые могут хоть чем-нибудь помочь больному ребенку...

И я не могла её за это винить, потому что на кону жизнь прекрасной девочки! Я бы сама так поступила.

Федор Иванович, за скромную оплату в тысячу долларов согласился сопровождать малышку в Израиль к врачу. Во-первых, он сам хороший специалист и сможет в случае необходимости предпринять все необходимые меры. Помочь, если вдруг девочке станет плохо. Во-вторых, каждая копейка на счету, и мы пришли к выводу о том, что логичнее остаться нам с Анфисой здесь и сэкономить немного денег. Тем более, в Израильской клинике профессор давал практически 100% успешности операции и здоровью Лерочки ничего угрожать не будет.

Теперь мои мысли закрутились быстрее. Необходимо было найти деньги. Срочно!

Первая идея, которая мне пришла в голову, как раздобыть деньги - это продать фамильный особняк. Я была уверена, что за него мне дадут 250-300 тысяч.

Единственный верный выход - это решиться на такой шаг. Продать или заложить свое наследство - дом! Потому что никаких накоплений, кроме тех что были у меня в сейфе у меня не было... Моих украшений хватит максимум на реабилитацию после операции. Да и никакие деньги не стоят жизни невинного ангела.

Просить помощи у Германа, я по прежнему не хотела. Все надеялась обойтись своими силами, чтоб не омрачать его отношение ко мне материальной состовляющей.

Мысли о любимом генерале пока были единственной приятной отдушиной . Кажется, только воспоминания о наших встречах и возникшей между нами любви утешали и поддерживали меня. Не давали скатиться в безду нервной депрессии.

Яхта, секс, любовь. Мой Герман. Его крепкие руки, на вид грубые и жесткие, а для меня самые нежные и ласковые. Его возникший интерес в обычно холодном стальном взгляде. Его желание, наконец, быть со мной. Позволить себя любить и ласкать. Все это было моей опорой в борьбе за жизнь больной сестрички.

Я искренне поверила в чудо. Ведь если мне удалось воплотить в жизнь любовь, вынесенную из мистического вещего сна, то нет ничего невозможного. Как только я помогу Лерочке, и мы переживем очередное испытание, я сразу смогу свободнее вздохнуть и целиком и полностью окунуться в отношения с любимым мужчиной.

***

Все происходило быстро. День операции назначили практически сразу. Я не могла не радоваться приближающемуся решению этой тягостной проблемы. Мы с Анфисой были страшно напряжены. Хоть и не подавали виду, как нервничали. Гуди Карен давал космические шансы на успех проведения операции, но нас все равно страшили неизвестностные риски. На кону было важное для ребенка событие. Ее жизнь!

Пока Анфиса организовывала транспортировку ребенка в Израиль, подготовку документов для выезда за границу, я занялась ГЛАВНЫМ вопросом:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Где раздобыть деньги?!!

Поиском покупателей на дом или решениями кредиторов, которые займут деньги под недвижимость.

В памяти смутно всплыл только один покупатель, который хотели купить мой особняк. И это чеченец, которому в моем сне Эрик продал мой дом!

Пришлось конкретно напрячь память, чтоб воскресить все данные об этих жутких типах. Благо, что у покупателя было яркое имя и обида моя - до сих пор была крепкая, несмотря на то, что это был всего лишь сон. Сосредоточившись, я перебирала в уме все события вещего видения. Потихоньку всплыли фрагменты его имени...Магомед...Илья..Ильяс! О! Точно! Магомедов Ильяс, но как там, дальше точно не вспомню.