Победитель - Владимир Геннадьевич Поселягин

как получится. И сколько смогу прожить. Впрочем, я и сейчас могу самоубиться и вернутся к архимагу. Тот перезарядиться и пошлёт новую эмблему, но это буду уже не я. Подумаю, этот мир считаю бесперспективным.

Вторая эмблема. Неизвестный мир.

Приходить в себя было тяжело. Тело избитое, или травмированное, так по первым ощущениям и не скажешь. Однако вонь немытых тел, взопревшая солома, хриплое дыхание других сидельцев, а это камера тюрьмы без сомнения, другого толкования не давала. В решётчатое окно явного полуподвала, попадали лучи местного светила, освещали камеру. Построена с использованием магии, как маг-строитель, бывший, видел, что тут поработали неплохие специалисты, в углу унитазы, рукомойники. А грязь, солома, это антураж, чтобы знали своё место. Можно сказать, сбрасывали вниз по социальной лестнице. Тут в тюрьме, как и в бане, все равны.

Пока осматриваю своё новое тело, разрешите познакомиться, эмблема Высшего Мага, Родиона Пахомова. Я не считаю себя эмблемой, я и есть Родион Пахомов. Пусть копия, но вернусь, и снова стану полноценной личностью. Пусть я себе тут не дал многих знаний, но скажу так, я не архимаг, по силе и знаниям не тяну. Магистр да, но не архимаг. Так вот, когда я свою копию делал, отправив на перерождение, я решил не повторяться, всем эмблемам разные знания подарил, для начального вживления. Так вот, себе, второй копии, я дал знание трёх языков, ну тут стандарт, у всех эмблем так. Миры подбираются где один из языков в ходу. Русский и два языка магических миров. Всё на ауре размещено, не потеряется. Потом высшая математика. В магическом искусстве без неё никуда. Знания и опыт размещения знаний на ауре. Как инициации проводить, и нет, это не всё. Тут у меня знания создания големов. Полные, от основ до максималки. Ну и свёрнутое плетение хранилища, как открою Дар, накоплю половину источника, та развернётся на одной из костей ноги. Вот теперь всё. Пока же Дар закрыт. К слову, перерождаться в инициированных одарённых я не могу. Дар их не даст. Точнее очень сложно, из ста одарённых с одним получается, с другими нет. Так что тут лучше неинициированных, однозначно. Первая эмблема ушла, с ней у меня не особо получилось, какой-то малахольный по характеру. Ну надеюсь будет там интересное. Вот и меня отправили. А теперь стоит подумать, как свалить из камеры, провести инициацию, и дальше обживаться. А то чую тут с моим новым телом все не так и просто.

Моё новое тело было молодым. Чёрт, да я в пацана попал, не десяти, но и не шестнадцати, лет двенадцать от силы. Лохмотья воняющие, но раньше явно приличная одежда, даже очень приличная, когда-то белая рубаха, чёрные штаны, обуви нет. Волосы лохматятся длинные, давно не стриженные. Ногти отросли, их явно зубами подравнивали. Хм, даже на ногах. Тело травмировано, следы ожогов, прижигали явно калёным железом. Это что за нелюди такие это делали, мальца так изводили? Надо будет разобраться, теперь это моё тело, попытаются повторить, я тут всех вырежу, весь город в ноль. Я мстительный. Не как первая эмблема, у-у-у, одно слово, малахольный. Вот так встав, с трудом, пошатываясь, запахнув рубаху, направился к рукомойникам. Нужно привести себя в порядок, не трогая ожоги, неприятно ощущать себя грязным. Многие в камере не спали, некоторые следили как я иду. Всё мужчины были, разных возрастов, от совсем стариков, до мальцов вроде меня. И все со следами пыток. Не знаю что за государство, в котором я нахожусь, но оно уже мне сильно не нравиться из-за того что я вижу. Думаю, свалю из него. Да не думаю, сто процентов. Пока я шёл, переступая через тела, камеру можно назвать переполненной, один из мужчин, со свежими ожогами на лице, сказал:

— Думал не вытянешь, как тебя вчера принесли, всё хрипел отбитыми потрохами.

— По голове тоже получил. Ничего не помню, как стена. Проснулся, можно сказать заново родившимся несколько минут назад, — сообщил я на том же языке.

А это язык как из мира, где я дважды в академии на мага-строителя учился. Дай бог памяти. Кажется, мир Фиолетовый. Могу ошибиться. Второй язык из магического мира, это там где шелхи и бог Единый, тут он мне явно не пригодиться. Разве что писать на нём, чтобы расшифровать не могли, так что пока я отливал, похоже мочевой повреждён, умывался. Заодно воды попил, выслушал что мне сообщили.

— Так ты младший сын наследника старого магического рода Ирен. Графья вы. Вас за измену взяли, весь род, как мятеж в столице задавили. Тут раньше с тобой дед был и один из дядек. Три дня назад увели на казнь, суд был. Ты ревел как девка.

— Ещё что-то?

— Пытки, допросы, чтобы в измене признался. Палачи нашего императора в средствах не стесняются.

— Угу. А камера я так понял против магов?

— Это да, не негатор конечно тут, но магичить не выйдет. И спонтанную инициацию не вызвать, как ты хотел.

Намывшись и напившись, я вернулся в угол, где ранее лежал, кряхтя как столетний дед, но не стонал, хотя боли были жуткие. Лёг, и продолжал расспросы. Тут скучно, хоть какой-то интерес, вот и выяснял подробности, отвечали мне. Иногда в охотку, иногда нехотя. Почти все маги, все коронные преступники, поэтому быстро выяснил, что магическое искусство тут высоко. До пятого уровня магического зрения, выше нет, вообще считается это байкой, что якобы их семь. Про восьмой тут похоже и не слышали. В принципе, уровень очень неплох, но не запредельный. Обычный магический мир. Ничего запредельного не обнаружил. Магии теней, доппель, или големов тут не известны. Хранилищ и дирижаблей тоже нет. Да обычный мир. А находимся в столице империи Хара, сама столица называлась Эрикко. Узнавал особенности жизни. Планета называется Изумрудная, пять континентов, множество островов. И что на нашем континенте две империи, Хара и Роден, что постоянно воюют друг с другом, и пяток небольших государств. Два союзники одной империи, три другой. Однозначно мне в империю Роден. Тут мои мысли были прерваны, кормёжка начиналась, обед.

Через окошко в двери подавали деревянные плошки, с воткнутыми в них дощечками что заменяли ложки. Вот так получая, и расходясь, ели. Быстро кашу поел, и вернувшись, получил напиток с хлебом. Тоже съел и выпил, вернув посуду, и так лёг. Мне в принципе хватило, сытый. Вообще удивительно, лекари тут ох и неплохие, а не лечат. Одно слово, коронные преступники. Довелось же попасть именно