Сказки Большого озера - Кэролайн Барт

– Не комнат, а кают, – поправил ее Вэл. – Вот мы и пришли.

И он осторожно нажал на полированную ручку и приоткрыл красивую деревянную дверь. В комнате был прохладный полумрак. У стены на широкой низкой кровати сладко спал ее мальчик. Нэнси на цыпочках приблизилась к постели и опустилась на колени. Джонни крепко спал, раскинув ручки в стороны и наклонив набок головку. Его очень светлые волнистые волосы разметались по подушке, а длинные ресницы отбрасывали тень на румяные пухлые щечки.

Нэнси дотронулась до его солнечных волос и нежно погладила их. Веки спящего ребенка задрожали, и он внезапно открыл глаза.

– Мамочка! – обрадовался ребенок, мгновенно сел на постели и обхватил ручонками шею матери, еще продолжая досыпать.

– Джонни, милый мой… – Нэнси обняла его теплое тельце и прильнула к румяной со сна щеке. – Скоро поедем домой.

Услышав про дом, мальчик проснулся и еще крепче прижался к матери.

– Мамочка, давай останемся здесь, – плаксиво попросил он. – Я не хочу ехать домой. Мне нравится быть с папой.

Нэнси сердито посмотрела на Вэла.

– Это ты внушил ему, – с досадой выдохнула она. – Зачем же ты так! Мы же обо всем договорились…

Нэнси покачивала мальчика, продолжая обнимать его. Вэл сел на кровать рядом с бывшей женой и обнял ее, обхватив и сына.

– Ты же видишь, как ему хорошо здесь, – миролюбиво произнес он. – И тебе тоже будет хорошо здесь, с нами.

Нэнси высвободилась из его объятий.

– Что-то я не понимаю, – медленно произнесла она. – Мы же развелись с тобой. Я пошла на все твои условия, отказалась даже от приличного содержания, предусмотренного контрактом, чтобы оставить сына себе.

– Все в жизни меняется, дорогая, – небрежно бросил Вэл, откидываясь на кровати. – Ты тоже можешь передумать. Разве мы плохая пара?

Он улыбнулся, но его улыбка показалась Нэнси оскалом хищника. Сев на пол, она обхватила колени руками и, задумавшись, положила подбородок на колени. В ее огромных глазах стояли слезы. Джонни спрыгнул с постели и прижался к матери.

– Мамочка, почему ты плачешь? – Он теребил ее за плечо. – Тебе что, не нравится здесь?

Нэнси проглотила слезы и взяла себя в руки, понимая, что сейчас не время предаваться эмоциям. Она должна собраться с силами, чтобы противостоять коварству Вэла. А то, что он замыслил что-то, вызвав ее сюда, она уже не сомневалась. – Мне нравится здесь, – постаралась она успокоить сынишку. – Пойдем, я хочу, чтобы ты показал мне все, что тебе нравится на яхте.

Джонни схватил Нэнси за руку, они выбежали из комнаты, и он потащил ее по длинному коридору по направлению к трапу. Вэл остался в каюте.

– Я покажу тебе штурвал, шлюпку и акваланг, – с восторгом кричал он. – Ты знаешь, что такое акваланг?

– Знаю, милый, – отвечала Нэнси, едва поспевая за своим проворным мальчиком. – А зачем тебе акваланг?

– Мы будем нырять с ним под водой и рассматривать красивых рыб на коралловых рифах.

Вэл уже обещал ему далекое путешествие на яхте, с досадой отметила Нэнси.

Она уделяла воспитанию сынишки много времени, и этот современный развитый ребенок в свои четыре года знал многое из того, что начинают изучать только в школе.

– Ты собираешься на коралловые рифы? – спросила Нэнси, догадываясь, каким будет ответ малыша.

– Да! Мы с папой собираемся пойти на яхте в Карибское море, и там будем нырять, – радостно сообщил он.

– А как же я? – спросила его Нэнси. – Она присела перед ним на корточки и поднесла его ручки к своим губам. – Ты решил жить с папой, а не со мной? – ласково спросила она.

– Я хочу, чтобы ты жила вместе с нами! – умоляющим голоском тоненько пропел Джонни.

Нэнси чувствовала себя бессильной. Она лихорадочно думала, что предпринять.

Он еще очень мал, успокаивала себя Нэнси, и мне удастся уговорить его поехать домой.

– Хорошо, милый. – Нэнси сменила тему. – Ты хотел показать мне штурвал и шлюпку. А для этого надо подняться на палубу.

На палубе Нэнси подставила разгоряченное от внутреннего напряжения лицо свежему ветру. Она облегченно вздохнула и вспомнила другую палубу, на которой в сильную грозу вместе с Майклом боролась с непогодой. Как недоставало его сейчас! Ей так нужны внутренняя сила и уверенность ее любимого!

Ах! – вспомнила Нэнси. Надо позвонить Майклу. Он наверняка волнуется. Сейчас вернемся в комнату Джонни, там моя сумка, и я позвоню ему.

Держа за руку сына, Нэнси медленно шла по палубе, наслаждаясь ветром и солнечным светом.

– Вот это капитанская рубка, – сообщил Джонни, указывая пальчиком на застекленный отсек на верхней палубе. – В нее надо подняться по лестнице. Там находится штурвал и есть компас.

Нэнси послушно поднялась вслед за мальчишкой на капитанский мостик, и ее взору предстала вся полукруглая бухта Хайленд парка с линиями причалов, возле которых покачивалось на волнах множество яхт, одна другой роскошнее.

Рядом со штурвалом стоял стул. Ребенок ловко влез на него.

– Ты видишь? – Джонни указал пальчиком вперед. – Мы с тобой держим курс во-он на тот мыс.

Да, чувствуется, Вэл многому научил его, с грустью думала Нэнси. Она встала рядом с мальчиком.

– Капитан, я в вашем распоряжении. Что прикажете?

Джонни с удовольствием подхватил игру, предложенную матерью.

– Старший помощник, вы должны определить курс судна!

– Курс судна двадцать семь минут западной широты и тридцать три северной долготы, мой капитан, – четко отрапортовала Нэнси и услышала за спиной надтреснутый смех Вэла.

Она непроизвольно сжалась.

– А кто я на этом судне, Джонни?

– Ты, папа, владелец яхты, – мгновенно нашелся сын. – Я – капитан, а мама – старший помощник.

Нэнси и Вэл улыбались, радуясь смышлености ребенка.

– Ты чувствуешь, какая у нас замечательная семья? – обратился Вэл к бывшей жене.

– Могла бы быть, – глухо ответила Нэнси, сразу ставшая серьезной. – Если бы ты не убил мою душу.

– Ну зачем же такой пафос, – усмехнулся Вэл. – Все еще можно изменить.

– Что ты собираешься изменить? – холодно спросила Нэнси. – Все уже изменилось. Ты опять решил мучить меня?

Вэл снисходительно посмотрел на Нэнси, и на его лице появилось выражение не то сожаления, не то затаенного недовольства.

– Вечно ты все преувеличиваешь, Нэнси, милая!

Ласковые слова, с легкостью произносимые им теперь, прежде были вовсе не свойственны ему.

Наверняка он что-то задумал, догадалась Нэнси.

И, как будто прислушиваясь к ее мыслям, Вэл произнес слова, которые точно предугадал Майкл.