Горец _ Чужие _ Чернокнижник (сборник) - Рассел Малкахи

Проезжавший мимо голубой «кадиллак» остановился и оттуда высунулись пассажиры — старуха в чепце и начинающий седеть мужчина. Старуха перекрестилась.

— Что это, бога ради?

Во дворе происходило нечто невообразимое. Лопались торчавшие из стен стальные трубы, взрывались пустые бочки, сверкали молнии и свистел ветер. Караган стоял на коленях посреди двора, освещенный ярким голубым пламенем, охватившим его.

Внезапно всё закончилось. Обезглавленное тело упало на асфальт. Тяжело дыша, Караган поднялся с колен и выпрямился. Лицо его растянулось в дьявольской улыбке.

Проститутки и бродяги стали понемногу высовываться из-за угла. Моран, дрожа, отполз в угол потемнее. Караган поднял свой меч и смерил взглядом толпу. С окровавленным мечом в руках он направился к стоявшему на улице «кадиллаку».

Толпа брызнула в стороны, когда Караган подошел к машине. Перепуганный водитель попытался изобразить на лице дружелюбную улыбку, но громила заревел и взмахнул мечом. Он снес клинком половину крыши автомобиля и вскрыл его, как консервную банку, отогнув назад кусок крыши. Одним движением руки Караган вышвырнул водителя на мостовую. Затем он бросил меч на заднеё сиденье и прыгнул за руль, не утруждая себя открыванием дверцы. Сидевшая рядом старуха перепугано крестилась, не поднимая глаз.

Караган, кривляясь, заглянул ей в глаза и прохрипел:

— Мамочка!

В довершение ко всему он по-собачьи гавкнул и выпучил глаза. Старуха стала молиться и креститься еще отчаяннее. Автомобиль рванулся с места. Хромая, владелец машины поднялся с мостовой и закричал:

— Он угнал мою машину!

В унисон ему кричала старуха в «кадиллаке».

— Помогите!

Маршалл шел по коридору больницы, громко ругаясь. Сержант Уокер с блокнотом в руке шагал сзади, пытаясь успокоить разъяренного шефа.

— Фрэнк, тихо! Здесь же больница. Успокойся!

Маршалл снова выругался.

— Черт побери, этого только нам и не хватало!

Уокер развел руками.

— Но я сам всё проверил. У нас нет никаких свидетелей, кроме этого Морана.

Маршалл на секунду остановился.

— Правильно! — в сердцах воскликнул он. — Нью-Йорк! Два десятка зевак будут стоять и смотреть, но, как всегда, свидетелей нет! Черт бы всех их побрал!

— Ну, нельзя так сказать, что совсем никого нет, — растерянно произнес Уокер. — Все-таки один нашелся.

— Кто он такой? — недовольно спросил Маршалл.

Уокер бегло взглянул в свои записи.

— Джеймс Моран, сорок лет. Раньше был морским пехотинцем, воевал во Вьетнаме. У него куча оружия. Считает себя добровольным стражем порядка. Ну, знаешь, как многие из этих Джи-Ай.

Они подошли к двери в палату, возле которой стоял вооруженный полицейский. Маршалл показал ему полицейский значок. Полисмен кивнул и пропустил посетителей в палату.

Моран с перевязанным животом лежал на кровати. Маршалл прошел к нему и остановился у изголовья.

— Ну, как ты, парень? — спросил лейтенант.

Моран взглянул на Маршалла и, недовольно поджав губы, произнес:

— Как можно себя чувствовать, когда тебе здоровенный меч под ребро всаживают?

— Да, пощекотал он тебя неплохо, — сочувственно произнес лейтенант.

Моран с обидой посмотрел на него.

— Ну, ладно, — поспешил уйти от этой темы Маршалл. — Тебе хоть удалось рассмотреть его?

— Еще бы, — буркнул Моран.

Лейтенант достал из внутреннего кармана пиджака фотографию и показал её Морану.

— Это он?

Со снимка смотрело лицо Расселла Нэша. Моран едва взглянул на него и отрывисто бросил:

— Нет.

Маршалл недоуменно повертел в руках фотографию и скривился в недовольной гримасе.

— Ты, что, смеешься? — сказал лейтенант. — Это не может быть никто другой. Может быть, ты не смог как следует рассмотреть? Все-таки там было темно.

Моран отрицательно мотнул головой и возбужденно произнес:

— Я же изрешетил его из автомата! У этого ублюдка, который пытался убить меня, на шеё огромный шрам. Его ни с кем нельзя спутать. Это не его фотография!

Он говорил так громко, что больные в коридоре стали недоуменно переглядываться. Маршалл вполголоса выругался и спрятал снимок. Он присел на постель рядом с раненым и задумчиво потер лоб.

— Слушай… — обратился к нему Моран.

— Что?

— Это ты лейтенант Маршалл, про которого в газетах пишут?

Маршалл поморщился и хмуро сказал:

— Да, а что?

— Я читал про тебя в «Нью-Йорк Пост», — произнес Моран.

Лейтенант хмыкнул.

— Ну и что?

— Эти сраные журналисты…

Теперь уже Моран сочувствовал полицейскому.

— Да ну их, — махнул рукой Маршалл. На его лице появилась брезгливая гримаса.

— Послушай, — вдруг оживился Моран. — Дай мне несколько человек. Троих, а лучше пятерых крепких ребят. Дай мне еще хорошеё оружие — парочку тяжелых пулеметов, и я возьму этого сукиного сына! Я ему покажу!

Он так разволновался, что Маршаллу пришлось успокаивать его.

— Тихо, тихо, парень, не нервничай!

Моран бессильно мотнул головой.

— Я всадил в него столько пуль, что можно было бегемота уложить на месте! — воскликнул он. — А этот ублюдок после этого поднялся!

Моран глухо закашлялся. Маршалл понял, что пора уходить. Он поднялся и сделал шаг к двери.

— Э-э… — вдруг пробормотал лейтенант. — Послушайте, Моран…

Он обернулся.

— Может быть, вы поможете полиции?

— Как? — спросил Моран, откашлявшись.

— Нам нужно составить хотя бы приблизительный портрет этого человека.

— Ладно.

— Мы пришлем к вам портретиста и вы попробуете сделать описание.

Маршалл уже был у двери, когда Моран позвал его.

— Эй, полицейский…

— Да?

— Вы, конечно, думаете, что я псих, — тихо сказал Моран, — но я хочу сказать вам еще кое-что. Подойдите поближе.

Маршалл и Уокер подошли к кровати и нагнулись над раненым.

— Когда он поднял меня на мече… Полицейские внимательно выслушали рассказ Морана, после чего переглянулись и вышли из палаты.

— Да-а, — протянул Уокер, шагая рядом с лейтенантом по больничному коридору. — Похоже, мы делаем шаг в сторону.

Маршалл мрачно тер лицо.

— Все, что у нас есть — это один свидетель. Ни в коем случае нельзя подпускать к нему прессу. Не нужно распространять всякую ерунду о том, что в Нью-Йорке дерутся на мечах, что мертвые начинают светиться и взлетать…

Маршалл и Уокер остановились у лавки знакомого уличного торговца хот-догами, чтобы немного перекусить. Лейтенант полил булку острым соусом «чилли» и принялся мрачно пережевывать пищу. Торговец достал из-под прилавка свежий выпуск «Нью-Йорк Пост». Журналистам этой газеты нельзя было отказать в профессиональном подходе к делу. Рядом с огромной фотографией обезглавленного трупа с мечом в руке красовался заголовок: «Охотник за головами — 2, Полиция — 0».