Бездушный (СИ) - Тимофеев Владимир

На ключ дверцы шкафа не запирались. Не слишком удобно, но для меня это проблемой не стало. Найдя на столе перо и чернильницу, я начертал на дверцах несколько иероглифов, а затем прочитал их вслух. Иероглифы на мгновение вспыхнули и исчезли.

Теперь в течение суток никто кроме меня этот шкаф не откроет.

Приятно, однако, быть рунным мастером...

Аршаф появился у меня через час, когда я уже начал слегка волноваться, и жрать к тому же неожиданно захотелось.

— Извини, старшой. Пришлось тут по кое-каким адресам прошвырнуться, — объяснил он задержку.

— Понятно. И как успехи? Нашёл, кого нужно?

— Нашёл, но не всех. А кое-кто даже прикинулся, что не узнал. Но ничего. До вечера время терпит. До вечера всё порешаю, будь спок.

— А что у нас будет вечером?

— Совет командоров. Надеюсь, что в полном составе. В полном они от нас не отвертятся.

— Уверен?

— Век воли не видать, — хмыкнул напарник, проведя себе ребром ладони по шее...

Глава 10

Времени до вечера оставалось, действительно, много. Так что когда Аршаф убежал подготавливать встречу со здешними на́большими, я решил прошвырнуться по Драарану, посмотреть, что да как, понять, чем тут дышат и чем живут.

Обедать внизу не стал. Слишком уж дорого, судя по висящему возле двери прейскуранту услуг. То, что мы уже сюда заселились, не в счёт. Это просто понты, которые, как известно, дороже денег. Показать, что в финансах мы, типа, не ограничены — жизненная необходимость. Тратить их направо-налево — опция необязательная...

Знакомиться с городом начал прямо с порога.

Посреди площади, шагах в тридцати от «отеля», стояла гигантская клепсидра. Результаты её работы отражались на большом механическом циферблате, имеющем лишь одну стрелку. Второй, в принципе, и не требовалось. Время в этом мире измерялось, по большей части, часами. Причём, что весьма любопытно, оно напрямую связывалось с расстоянием, почти как в теории относительности. Часом назывался тот промежуток времени, за который человек не спеша проходил одну лигу пути (около четырёх километров).

Нет, конечно, имелись тут и секунды (каждая «равна» двум шагам), и минуты (там чуть посложнее), и ещё какие-то не имеющие аналогов в земной метрологии единицы навроде «солнечной чаши» (отрезок утра или вечера, пока небо меняет цвет) или «звёздной купели» (когда начинают и прекращают петь разные птицы и стрекочут цикады), но на практике их почти не использовали.

Время текло здесь неторопливо, без суеты, как и положено в любом уважающем себя Средневековье. И вообще, личными часовыми устройствами-артефактами в этом мире владели лишь маги и богачи. Простые же граждане довольствовались или такими общественными клепсидрами (реже солнечными часами, ещё реже песочными и никогда механическими), или собственным внутренним ощущением времени, когда вдруг понимаешь, что пора уже к чему-нибудь приступать или, наоборот, заканчивать. Последнее, по всей видимости, относилось к магической природе этого мира. Я замечал это неоднократно, когда даже так называемыми «биочасами» нельзя было объяснить способность аборигенов действовать так, словно бы они точно знали, сколько сейчас конкретно часов, минут и секунд.

Ещё в местном тайминге меня удивляло такое понятие как «неделя». Потому что Луна здесь на небе отсутствовала, звёзды не двигались, и ни к каким астрономическим циклам привязать эту «странную» семидневку не получалось. Единственное рациональное объяснение — Луна здесь когда-то была, но потом исчезла, оставив после себя лишь привычные временны́е отрезки своего роста-старения: фазы-недели-четверти.

Понятие года, к слову, выглядело гораздо определённее. Солнце по здешнему небу двигалось то быстрее, то медленнее, и поднималось то выше, то ниже, и те дни-моменты, когда его траектория удлинялась до максимума, как раз и являлись отсечками конца и начала года. Если считать по суткам, то их количество в местном году колебалось от трёхсот шестидесяти двух до трёхсот шестидесяти девяти, в зависимости от солнечного движения и точности его измерения жрецами храмов Баат и всякими-прочими доморощенными астрологами-звездочётами.

Очень похоже на земное летоисчисление, вот только Новый год, в отличие от нас, здесь праздновали не зимой, а летом... ну, в смысле, в самый жаркий сезон, поскольку настоящей зимы, с морозом и снегом, тут отродясь не знали...

Подходящую, чтобы просто пожрать, забегаловку я обнаружил на одной из ближайших улиц. Только трактир, без всяких там постоялых дворов и прочего. И кормили в нём, судя по обилию посетителей, хорошо и недорого. Давно уже вывел для себя нехитрую формулу: обедать-ужинать-завтракать в неизвестных местах лучше там, куда ходят местные.

Всего через двадцать минут я понял, что не ошибся. Формула сработала на все сто, кормили тут действительно вкусно и, главное, дёшево. Основу ассортимента, что немудрено, составляла рыба. Жареная, варёная, вяленая, засоленная, фаршированная, в виде филе и котлет, с дополнением из сопутствующим морепродуктов — всяких там крабов, креветок, икры, устриц, мидий, морской капусты и прочая, прочая, прочая (до сотни наименований, не меньше).

За всё про всё, включая гарнир, кувшин ягодного отвара и кружку пенного пива отдал меньше ларта. В имперских заведениях общепита, даже в самых простецких (как в Горках-9, к примеру), на эту же сумму наел бы в три раза меньше, факт.

Выйдя из трактира на улицу, насытившийся и довольный, глянул на вывеску, чтобы запомнить название (вдруг пригодится).

«Серебряный якорь». Название, в общем, банальное, так же как «логотип» — какая-то белая закорючка на синем фоне. Наверное, поэтому и не запомнил при входе, что показалось уж слишком простым и привычным. Ну, да и ладно. Не запомнил на входе, запомнил на выходе, делов-то...

После трактира прогулку по городу решил совместить с «познанием». Энергии в соответствующем артефакте хватало с лихвой, экономить её смысла не было.

По улицам шёл не спеша, внимательно вглядываясь в окружающие дома и мельком, чтоб не смущать, в попадающихся навстречу прохожих. Привычной в Империи магии в Драаране действительно не наблюдалось, зато «непривычной» рунной было здесь, как принято говорить, хоть залейся.

Рунные записи виднелись повсюду, как активированные, так и разряженные — на мостовой, на стенах домов, на дверях, на окнах, за окнами, в виде амулетов на шеях, колец и перстней на пальцах, браслетов на запястьях, шпилек в дамских причёсках, поясов у мужчин... В большинстве, достаточно слабенькие, но их обилие, честно скажу, поражало.

Я со своими упрятанными под иллюзиями пластинками казался, наверное, белой вороной. Причём, не только себе, но и окружающим.

Трижды, когда оказывался в безлюдных местах, ко мне пробовали подвалить какие-то тёмные личности, видимо, «вдохновлённые» отсутствием у меня артефактов. Но как подваливали, так и отваливали, неожиданно останавливаясь и пятясь назад за пару шагов до цели, бурча под нос что-то вроде «Звиняемся, господин хороший. Ошибочка вышла...»

Даже не знаю, что их пугало во мне: то ли висящий на поясе меч, то ли моё непонятное, не вяжущееся с ситуацией спокойствие, то ли уверенный взгляд и походка опытного в драке бойца, — так или иначе, заканчивалось всё одинаково, я двигался дальше, несостоявшиеся грабители исчезали во тьме подворотен...

По переплетениям улиц и переулков я бродил два с лишним часа, но в результате всё-таки вышел к морю и порту.

Вообще говоря, от площади, где находилась клепсидра, до портовых построек было не более километра, и пройти его, если двигаться прямо, я мог минут за пятнадцать. Однако, как всем известно, правильный витязь прямо не ходит. Ну, вот и я не пошёл, узнав и увидев на «альтернативном» пути массу всего интересного и заодно подкрепившись.

Портовая зона отделялась от города высоким забором, и, судя по наличию стражи в воротах, абы кого сюда не пускали. Своего рода город в городе. Или же крепость в крепости, аналог донжона, только гораздо обширнее.