Воин Дракона и печать Некроса - Алексей Твердов

довольно жутко. Перед его главными воротами была установлена виселица, на которой плавно покачивались несколько трупов, разной степени разложения. --Видимо нам сюда, - тоскливо подумал я, и на ватных шагах пошел к воротам. При моем приближении, механизм, поднимающий решетку, пришел в движение, и кованная тяжелая решетка, с острыми зубцами по нижнему краю, между которыми я с ужасом увидел, что-то напоминающее человеческие конечности, плавно поползла вверх, приглашая меня в свою хищную пасть. Делать не чего, я с опаской прошел под острыми зубцами, с которых сыпалась земля, и как только я оказался во внутреннем дворе, она с громким лязгом упала на место. Внутренний двор густо зарос колючими деревьями, которые сплетаясь ветвями, образовали над каменной дорожкой свод, под которым я робко пошел к большой каменной лестнице, ведущей к резным дубовым дверям. Перед лестницей, на небольшом пятачке находился белый мраморный фонтан, заваленный мусором. В центре фонтана стояла скульптура прекрасной женщин, обратившей лицо, залитое слезами, к небесам. Открытые губы застыли в беззвучном крике, нежные руки были воздеты вверх в немой мольбе. Скульптура поражало своей реалистичностью, каждая складка на ее одежде, каждая черта на прекрасном лице были выполнены с огромным мастерством. Обойдя чашу фонтана, и поднявшись по каменной лестнице, я оказался на площадке перед высокими дверьми с медным молоточком, и только я собрался постучать, как двери распахнулись настежь, приглашая нас войти. Во вспышках молний, я разглядел высокую залу, с лестницей ведущей на второй этаж. Я ступил вовнутрь, и вдруг загорелись свечи в большой чугунной люстре, висящей на цепях по центру потолка, украшенного лепниной. Таким же волшебным образом загорелись свечи в канделябрах, которые стояли по бокам от лестницы, и в настенных светильниках по пути на второй этаж. Дверь за мной тихонько закрылась, и я почувствовал себя в западне.

-Добрый вечер, - произнес я в пустоту, - Есть кто живой?

После этих слов я отчетливо услышал хихиканье, и топот маленьких ножек. Я обернулся, но не увидел ничего кроме пыльной мебели, и высоких, затянутых паутиной шкафов, стоящих вдоль стены. Лира на минуту высунула носик, оценила обстановку, и чихнув спряталась обратно. Поняв, что здесь стоять бессмысленно, я решительно направился к лестнице. Когда я по ней поднялся, я увидел длинный коридор, по бокам которого располагались двери. Упирался коридор в большие двустворчатые двери из красного дерева, с затейливой резьбой, и позолоченным орнаментом. На стенах коридора, между светильниками, висели портреты, на которых был изображен мужчина, в разных средневековых костюмах, бледный, остроносый, с тонкими губами и колючими глазами. Некоторые портреты без всякого сомнения были очень старые, краска на них потрескалась, лак на рамах облез. Но по мере следования по коридору картины становились новее, последняя блестела совсем свежими красками. Я уже не удивился, когда двери, к которым мы подошли, распахнулись передо мной, открывая моему взору большой зал, по середине которого стоял длинный сервированный стол, ломящийся от разнообразных яств, освещаемый все теми же свечами в канделябрах. Вспышки молний, которые были видны через высокие арочные окна, кидали на стены, украшенные гобеленами и картинами, причудливые тени, и в этих вспышках я не заметил, как в дальнем конце стола, появился мужчина, в ярко алой мантии , накинутой на плечи. В сумеречном освещении, его глаза отсвечивали красным, и я почувствовал, как зашевелились волосы у меня на затылке. Высокий, худой, он поразительно походил на мужчину с портретов.

-Видимо сам хозяин, собственной персоной, - решил я.

-Здравствуйте, меня зовут Алекс, мы прибыли по приглашению лорда Калистрата.

Мужчина продолжал молчаливо смотреть на меня, буравя злобным взглядом, и я почувствовал как тело становится мягким, мысли улетели куда то далеко, мне захотелось прилечь. Вдруг я почувствовал обжигающую боль в области груди, перед глазами вспыхнуло, я почувствовал знакомый аромат и увидел Лиру, парящую над столом, и пылающую ярким белым светом.

-Щас она его пыльцой угостит, -пронеслось у меня в голове, и я, подскочив, осторожно схватил разъяренную фею, и спрятал ее под куртку. Она начала неразборчиво ругаться, пытаясь вылететь.

-Лира прошу тебя, мне надо с ним поговорить, - шепотом взмолился я, и огненная фурия затихла. Сморщившись, я через рубашку потрогал остывающий крестик.

Я вновь посмотрел на вампира, за это время в его внешности произошли разительные изменения. Он стал ниже ростом, глаза перестали светится красным, и в них я отчетливо читал растерянность и страх. Вся его фигура вдруг перестала быть значимой и величественной.

-Лорд Калистрат Ужасный рад приветствовать вас Алекс, в своем родовом замке, - вампир наконец то открыл рот, в котором виднелись внушительные клыки. Он суетливо поклонился, и отодвинув тяжелый резной стул, уселся за стол, жестом пригласив нас следовать его примеру. Я не стал перечить, и уселся напротив большого блюда с запеченным гусем. Увидев в отдалении от себя вазу с десертами, я подтянул ее и выпустил Лиру, подсунув ей под нос ее любимые сладости. Лиры выпорхнула, как маленькая шаровая молния, гневно глянула на присмиревшего вампира, со страхом выглядывающего из-за батареи бутылок, и сменив гнев на милость, занялась десертом. Я тоже не стал деликатничать, и оторвав от гуся брызжущую жиром ногу, полил ее каким-то острым соусом, и приступил к трапезе. Гусь был великолепен, как и вино, которое я налил себе из пыльной глиняной бутылки, в большой хрустальный фужер. Некоторое время, тишину зала нарушало только наше чавканье, лорд сидел тише воды, и не притрагивался к богато уставленному столу. Несколько бокалов крепкого, старого вина ударили мне в голову, и я решил пообщаться с притихшим хозяином.

-Слушай лорд, а что это за фокус ты выкинул с красными глазами, у тебя так принято гостей встречать? - развязано спросил я, откинувшись на спинку стула с фужером в руке.

-Прошу прощения, Алекс рефлексы, -он смущенно взялся за рюмку, опустив глаза.

-Очень давно не общался с живыми людьми.

-А как же эти твои доноры деревенские? Или они не живые?

-Я подтянул к себе пузатый графин, наполненный темно-коричневым содержимым, на вкус похожим на ароматный, выдержанный коньяк.

-Селяне? Нет, что вы, безусловно они пока еще живые, но вряд ли я усажу их за свой стол, если только в качестве главного блюда, - ехидно улыбнулся лорд, постепенно приходя в себя, и налил в свой фужер густой, темно-красной жидкости.

-Калистрат, как мне встретится с вашим паханом Амор…- я прервался на полуслове, увидев, как он вздрогнул, с удивлением уставившись на меня.

-Вы видимо хотели сказать, с нечестивым правителем мертвых земель Аморгулом