Семь 'Я' Семеновых (СИ) - Жанна Софт

Наумов скрылся в ее кабинете, достал свой сотовый, и на память набрал ее номер. Казалось, эти цифры вгрызлись в его мозг.

После двух длинных гудков, раздалось сонное: «Алло».

— Ксюша?

— Алло? — сказала она хрипло, и неожиданно притихла, наконец, проснувшись, и осознав, кто это ей звонит.

— Я тебя не разбудил?

— Нет. Что случилось? — она явно врала, ее голос был хриплым, как Кирилл забыл о времени? Наверняка уже давно за полночь!

— Ксюша, я решил. Я брошу Наташу.

— Ты ради этого позвонил? Если да, то зря. Я ни за что в жизни не буду строить свое счастье на чужом несчастье, ты меня слышишь?

— Ксюша, я просто хотел…

— Она плакала всю дорогу, Кирилл. Она обо всем догадалась, просто не знает что это я, и жалуется мне на меня. И что? Как мне, по-твоему? Я не хочу так, и так не будет.

— Тебе не кажется, что уже поздно что-то менять? Ты была со мной. Ты меня любишь. А я люблю тебя. Нам третий не нужен.

— Я не люблю тебя, — раздался ее ледяной голос.

Кирилла словно ударили в лицо.

— Ты говоришь неправду.

— Кирилл, это просто секс. Если бы я знала, что твоя невеста, это моя сестра, я бы ни за что…

— Хватит! Ты права, я позвонил не за этим. Твоя картина продана. Немецкий институт заинтересовался твоим творчеством. Тебе есть куда записать его телефон?

— Сейчас, — секунду помолчав, словно переваривая, произнесла Ксюша, — Говори.

Кирилл продиктовал все, что было написано на визитке. На секунду повисла тишина.

— Это все, — сказал он, в надежде, что она остановит его, прокричит в трубку, нет, не все. Я сказала неправду. Это ложь! Я люблю тебя, люблю…

Но она лишь сказала: «Все», и положила трубку.

Кирилл отключил телефон, и посмотрел на него, как на отвратительную, гадкую дрянь, которую ему приходится сжимать в руке. Он посмотрел на стеклянные стены, по которым струилась вода, «смывая» и размазывая желтый свет льющийся из галереи в кабинет. И с силой швырнул трубку об пол. Та, раскололась на две части и погасла.

«Абонент временно недоступен» — сообщил компьютерный голос, когда Наташа в этот момент набрала номер телефона Кирилла.

Семенова поняла, этот абонент совсем скоро станет для нее недоступным навсегда.

Часть 7. Любовный марафон.

23.

Маша неслась на полной скорости, недовольно поглядывая в зеркало заднего вида. Этот ненавистный Скворцов, которого ей пришлось тащить с собой на юбилей родителей, только ради того, что бы угодить Голицыну, как назло, не отставал. Его красная «Бэнтли», держалась рядом, а иногда даже вырывалась вперед.

Но, вот, наконец, показался дом родителей. Маша бодро за рулила во двор, злобно ударив по тормозам. Скворцов, не смотря на большую скорость, притормозил плавно. Он выбрался из автомобиля, полный уверенности в собственном обаянии и подошел к Марии, которая тоже, едва сдерживаясь, что бы ни хлопнуть, как следует дверью, вышла из автомобиля.

Сергей Скворцов снял темные очки, и посмотрел на Машу соблазнительным гипнотическим взглядом.

— Ты водишь машину, как сумасшедшая, — сказал он, криво улыбаясь.

— Не знала, что мы уже на «ты», — ответила Маша, вытягивая чемодан из багажника. Он не торопился ей помогать.

Семенова про себя поливала его такими ругательствами, что ей казалось, сам земной шар сошел со своей оси.

— Прости, но ты мне напоминаешь маленького, недовольного ребенка…

Ольга Петровна, стояла у окна, снова одетая и прекрасная. Но к холодной красоте в ней появилось еще и чистое женское довольство. Когда в их дворе послышался визг шин. Женщина прильнула к окну.

Сначала она заметила Машин автомобиль, потом красный джип. Из которого выбрался довольно симпатичный молодой человек. Он подошел к Маше, та одарила его таким взглядом. Этот взгляд девочки унаследовали от матери. Ах, если бы он мог убивать. Ольга сразу поняла, что этот красавец и есть Скворцов, Машин конкурент, которого она приняла за старика в Интернете.

Мужчина говорил с дочерью Ольги, довольно интимно склоняясь к ее лицу. Та же излучала такое недовольство и неприязнь, что матери стало не по себе. Но на мужчину, это казалось, никак не действовало.

Снова на подъездной дорожке послышался визг шин. Во двор зарулил огромный «Хаммер» с хромированным кенгурятником. На крыше автомобиля был привязан мотоцикл. Автомобиль замер, и из него выбрался Макс. Чисто выбритый, стильно стриженый. Какая радость, что он все же состриг этот уродливый хвостик! Подумала Ольга. Макс одет был в черную футболку и джинсы. Он подошел к Маше и крепко ее обнял, приветливо поздоровался за руку со Скворцовым. Потом вернулся к своей машине, и достал огромную спортивную сумку с вещами. Едва он захлопнул дверь, как во двор въехала еще одна машина. И только сейчас Ольга поняла, что возможно, места в их дворе для других гостей просто не хватит.

Это был роскошный, черный «Феррари». Ольга поняла, что это Лена приехала еще до того, как она выбралась из автомобиля. Актриса была, как всегда прекрасна. Одета была в насыщенно-синее платье с короткими рукавами из легкой ткани. Ее волосы заслуживали отдельной истории. Черные, густые, блестящие, они спадали волнами по ее плечам и спине, и на секунду Ольге вспомнилась актриса времен холодной войны, на которую ей так хотелось походить. Казалось, она переродилась в теле ее дочери, и была не менее прекрасна, чем тогда.

Но Елена была не одна. Из-за руля выбрался высокий суховатый, но довольно жилистый мужчина. Его белокурые волосы были тщательно зачесаны назад, в надежде пригладить легкие волны. Чисто выбритый, в белоснежной шелковой рубашке и черных брюках. Его глаза скрывали солнечные стильные очки.

Максим первым отреагировал на появление знаменитостей. Он поцеловал Лену в щеку, пожал руку Рязанову. Скворцов, видимо, медленно осознав, что перед ним стоят довольно известные люди, скривил губы в приветственной улыбке. Лена тоже обратила на него свой хищный взгляд. Маша нехотя его представила.

Когда с приветствиями было покончено, Макс взвалил на себя свой чемодан, и чемодан Маши, которая шла рядом с ним, она что-то рассказывала смеясь. Позади них шел Скворцов, сжимая своей чемодан, и невнимательно слушал рассказ Елены, которая то и дела оглядывалась на Рязанова, что с заметным усилием тянул неподъемные чемоданы своей актрисы.

Когда голоса приезжих наполнили дом, Ольга хотела, было уже спуститься, как во двор въехал автомобиль Дарьи. Машина ехала довольно медленно, словно похоронный кортеж. Женщина задержалась у окна.

Из-за руля выбралась Даша, в белом цветастом сарафане. Короткое «Карэ» раздувал ветер, но белая повязка на голове мешала волосам опрокинуться на лицо.