Вынужденная связь - Джей Бри

и открываю рот, чтобы оправдаться. Затем я снова захлопываю его, когда вспоминаю, что в данный момент у нас радиомолчание… или как там вы называете все это «не говорить вслух», что мы делаем. Наверное, мне стоит спросить у Грифона, как это называется официально.

Прежде чем я успеваю сообразить, что, черт возьми, ему сказать, его слова проникают в мою голову. «Мы поговорим о том, почему ты устала, когда вернемся домой, Привязанная. Это не твоя вина, что ты чувствуешь себя усталой».

Что, черт возьми, это значит?

Я хмурюсь, но он отворачивается от меня, чтобы достать еще одну бутылку воды из своего пакета и выпить половину одним махом. От него исходит та же странная энергия, как будто что-то не так, чего я не заметила, и что произошло за ночь. Теперь в моей голове срабатывают предупреждающие звоночки от того, что он сказал.

Лунатизм? Разговоры во сне? Черт возьми, что еще я могла делать, находясь без сознания?

«Успокойся. Ты ничего такого не сделала. У нас есть работа на сегодня, возвращайся к ней».

Я снова опускаю лицо, чтобы посмотреть на свои ботинки, и киваю, мысленно встряхиваясь, чтобы избавиться от всех плохих предчувствий. Он прав. Если я сегодня буду не в духе, то мои узы, скорее всего, вырвутся наружу при малейшей провокации. Грифон передал многое из того, что Нокс рассказывал ему о здешних людях, так что это не будет катастрофой. Но вероятность того, что Сопротивление отомстит и придет за более невинными Одаренными только потому, что я не смогла себя контролировать, высока.

Я не могу позволить этому случиться. Не сейчас. Никогда.

* * *

Нокс молчалив и задумчив, пока мы пробираемся сквозь деревья к линии идеальных домов на озере. Это совсем другая тишина, чем вчера, и я все чаще замечаю, что Грифон смотрит на него с расчетливой напряженностью. Я прекрасно понимаю, что мой самый злобный и закрытый Связной, вероятно, готовится начать бунт из-за пристального внимания и того, что, черт возьми, вызвало его. Я чертовски надеюсь, что это не имеет ко мне никакого отношения.

Неприятное чувство у меня внутри — явное предупреждение о том, что так оно и есть.

Брут идет рядом со мной, беззвучно щелкая зубами и рыча, если кто-нибудь из других теневых щенков приближается к нам. Я не думаю, что кто-то из них желает нам зла, скорее, им любопытно узнать обо мне и они хотят посмотреть, из-за чего весь сыр-бор, но Брут очень территориален.

Это так чертовски мило.

Вся практика и наблюдения, которые я получила вчера, означают, что мои ноги ступают по земле гораздо тише, чем в начале миссии. Не поймите меня неправильно, я все еще звучу как стадо слонов по сравнению с любым из моих Связных, но это значительное улучшение.

«Нокс собирается сначала отправить теневых существ в их самых маленьких формах, и как только у нас будет подтверждение, что они снова там, тогда мы двинемся туда».

Обычно я больше не вздрагиваю при звуке голоса Грифона в моей голове, но я так глубоко погрузилась в свои мысли, что это заставило меня немного споткнуться о свои ноги. Не настолько, чтобы Нокс услышал это и обернулся, чтобы увидеть мою некомпетентность, слава Богу, но достаточно, чтобы Грифон подхватил меня под локоть и потянул к остановке, когда мы достигли места, где деревья начинают редеть.

Грифон убирает руку от меня, делая полшага к Ноксу, внимательно наблюдая за ним, как тот немного расширяет свою стойку и откидывает плечи назад, готовясь к предстоящей работе.

Наблюдать за тем, как глаза Нокса полностью пустеют, гораздо более тревожно, чем это было с Нортом, в основном потому, что я не знаю, ненавидят ли его узы меня так же сильно, как и сам Нокс… или если в нем даже живет другое целостное существо. Я только предполагаю, что да, потому что его глаза чернеют так же, как и наши, а раньше я разделяла этот опыт только с Нортом.

Теневые существа немедленно начинают мобилизоваться, пока вокруг нас снова не образуется защитный круг. Затем два его более крупных и свирепых создания, оба в форме рычащих доберманов, начинают уменьшаться, пока не превращаются в едва заметные струйки темного дыма, которые при движении становятся не более чем воздухом, и я наблюдаю, как они исчезают в деревьях перед нами.

Грифон переминается с ноги на ногу, скрещивает руки на груди, его глаза сужаются. Белое кольцо света окружает его радужку, когда он призывает свой Дар, чтобы слушать, что происходит вокруг нас. Невероятно обидно не иметь возможности сделать то же самое. Все, что я могу сказать наверняка, это то, что мои узы не чувствуют никакой опасности, направленной в мою сторону, которая бы их волновала настолько, чтобы они захотели бы взять ее на себя. Они бодрствуют и занимают место в моей груди в данный момент, но в основном довольны тем, что мы здесь делаем что-то с двумя моими Связными.

В моей груди также постоянно присутствует тоска по Ноксу, но она, как ни странно, тише, чем вчера.

Я снова ловлю себя на том, что искоса поглядываю на Грифона, но он полностью сосредоточен на миссии.

«Они вернулись», — говорит он прямо в мой разум, и Нокс поворачивается к нам лицом, его губы слегка кривятся в мою сторону.

Что ж, это ответ на мой вопрос. На его лице в данный момент слишком много человечности, поэтому я знаю, что его узы сейчас не контролируют ситуацию, если вообще могут контролировать. Я не знаю, должна ли я расстраиваться из-за этого или испытывать облегчение.

Есть над чем подумать позже, когда мы не будем похищать двух взрослых, полностью заряженных энергией Одаренных.

«Нам нужно двигаться; они собираются уехать. Мы следуем примеру Нокса. Ты пойдешь за ним, а я прикрою тыл. Просто следуй за Ноксом и постарайся не издавать лишних звуков».

Я отрывисто киваю Грифону и двигаюсь навстречу другому моему Связному, стараясь ступать тихо и сохранять разумное расстояние между нами двумя.

Я хочу показать, что выполняю приказы Грифона, но при этом уважаю тот факт, что Нокс скорее проползет на брюхе по стеклу, чем когда-либо окажется рядом со мной. Это тонкий баланс, черт возьми.

Мы движемся как один.

Идти в ногу с Ноксом труднее, чем мне хотелось бы признать. Его ноги в два раза длиннее моих, и он не слишком заботится о том, чтобы я поспевала за ним. Брут все время держится рядом