Крылья Мальгуса. Ступень Четвертая. Часть вторая - Инди Видум

центра, через стеклянные стенки которого все прекрасно просматривалось. Но это не уберегло ее от неприятной встречи.

— Привет. — Не замеченный ею Роман Глазьев шлепнулся на стул напротив. — А ты все хорошеешь.

Отвечать Аня не стала, лишь высокомерно приподняла брови, намекая, что ей неприятна и встреча, и тем более, компания.

— Анюта, мне очень жаль, что мы так нехорошо расстались.

Глазьев попытался взять ее за руку, но девушка руку отдернула и спросила:

— Чего тебе нужно?

— Анют, ну что ты как неродная?

— А я разве родная? — усмехнулась она. — Глазьев, мы с тобой чужие люди.

— Но ведь так было не всегда. Если бы не Елисеев, то мы с тобой были бы сейчас женаты, а возможно, даже имели бы ребенка. Неужели у тебя нет желания отомстить тому, кто сломал и твою, и мою жизнь?

— Положим, есть — усмехнулась Аня. — Но, Глазьев, я пальцем о палец не ударю ради тебя, поэтому если у тебя есть желание о чем-то меня попросить, можешь его сразу засунуть в жопу.

— Какая ты грубая, — поморщился он. — Раньше ты такой не была.

— Не я такая, жизнь такая. Ты с папой наглядно показали, что бывает со слабыми и вежливыми.

— Анюта, а если я пообещаю за помощь, что женюсь?

Аня нервно рассмеялась.

— Уже обещал, и я не забыла, чем все закончилось. Ты, Глазьев, полностью зависим от отца. И даже сейчас ты действуешь по его указанию.

Аня била наугад и промахнулась.

— Не выдумывай. Отец Елисеевых вообще решил не трогать, — пробурчал Роман. — Как он говорит, от греха подальше.

— Егор Дмитриевич мне всегда казался умным и осторожным человеком.

— Осторожность иной раз бывает избыточной.

— Знаешь, Глазьев, мне надоел этот разговор. Мне нет дела ни до тебя, ни до твоего отца. — Аня встала и, решив побольней ударить на прощанье, бросила: — Каждый раз, когда ты связывался с Ярославом, ваш клан что-то да терял. С чего ты взял, что в этот раз будет по-другому?

И тут Глазьев выдал то, что заставило Аню не только задержаться, но и опять сесть за стол.

— С того Анюта, что у меня теперь есть союзник, который может с Елисеевым справиться.

Глава 12

К Сысоевым я смог выбраться только в воскресенье. Пришлось звонить, извиняться и объяснять, что желание императора стоит выше моих личных желаний. Она отнеслась с пониманием или сделала вид, а затаила или нет обиду, мне сложно было сказать — собой она владела прекрасно. Когда мы осматривали комнату ее сына, то она не проявила ни малейшего признака недовольства, хотя это наверняка было ей очень неприятно. Вот безопасник Сысоевых, тот прямо прожигал нас с Постником ненавидящим взглядом, который только усилился, когда мы нашли пару тайников. К сожалению, в тайниках не было ничего, кроме дури. Но вот само их оформление намекало на то, что для их формирования использовался артефакт уровня чуть ниже моего. Потому что в противном случае их бы нашла Императорская гвардия. Почему артефакты? Потому что сам Сысоев заклинаниями такого уровня не владел, а значит, использовал подручные средства. Теоретически что-то такое могло храниться на складе клана, в сейфе, но нас туда не пустят. Да, я мог бы проверить, не спрашивая разрешения, но не видел смысла: Накрех не оставлял следы своей ауры нигде, вряд ли именно этот артефакт станет исключением. Что же касается тайников Сысоева, то в них я надеялся найти хоть какую-то ниточку, но увы, не повезло.

Пройдясь последний раз сканированием по комнате Сысоева и дождавшись подтверждения от Постникова что он тоже больше ничего не обнаружил, я повернулся к хозяйке дома. Делать нам здесь больше было нечего.

— Таисия Тихоновна, благодарю вас за предоставленную возможность. Больше мы не будем отнимать ваше драгоценное время.

Безопасник Сысоевых, которого нам не представили и имя которого знал разве что Постников, пренебрежительно хмыкнут. За вскрытием всех тайников он следил пристально, чуть ли нос туда не всовывая, иначе наверняка обвинил бы нас в том, что мы подкинули улики бедному оклеветанному мальчику.

— А это?.. — Сысоева повела рукой на выложенные на письменном столе наркотики.

— Нам заложить назад? — удивился я.

— Ни боже мой, — испуганно ответила она. — Я хотела спросить, не заберете ли вы это с собой.

— Ни имеем ни малейшего желания, Таисия Тихоновна, — ответил я. — Нам чужого не нужно.

— Как же, не нужно, — тихо, но так, что его было прекрасно слышно, процедил безопасник.

Тем не менее Сысоева сделал вид, что его не слышит. Странные у них отношения в клане. И странно, что безопасника не задержали вместе с главой, не мог же первый не участвовать в нападении на поместье Вишневских? Я особо не узнавал, что там с задержанными и кого арестовали, знаю только, что пока никого не выпустили и даже суда не было. Или этот мужик — временно исполняющий обязанности? Все равно непонятно, почему он столь явно показывает несогласие с решением фактически главы клана, кем являлась Сысоева.

— Но разве вы это не должны забрать?

— С чего вдруг? Мы не Императорская гвардия и не отделение по борьбе с наркотиками. Мы у вас фактически как частное лицо.

— Но я не хочу, чтобы это оставалось тут.

— У вас есть кого об этом попросить. Или все, на что способен ваш подчиненный, он уже показал в этой комнате?

— Да, Ярослав, вы правы, это внутреннее дело нашего клана, — согласилась Сысоева, бросив предостерегающий взгляд на своего безопасника, который побагровел от злости и явно собирался что-то нам высказать. — Благодарю вас за помощь и очень надеюсь, что информация о том, что вы нашли в комнате моего сына, не будет распространяться.

— Разумеется, Таисия Тихоновна. Вы могли бы об этом не напоминать.

Я понимал беспокойство за репутацию Тихона, но просочится информация о нашей находке или нет — разницы не было, потому что ничего нового к портрету Сысоева-младшего этот штрих не добавит. Да и в принципе неизвестно, удастся ли его вытащить из отправленного Накрехом проклятия. Ефремов намекал, что согласился бы на вариант, в котором я Сысоева забираю к себе в поместье, там вывожу в присутствии всех целителей из стазиса, Императорская гвардия его допрашивает, после чего Сысоев в качестве гостя остается у нас в доме. Вариант был так себе. Я сомневался, что Сысоев вообще выживет, и тогда слухи пошли бы, что я его убил. А если выживет, то тогда начнут болтать, что он мой пленник. Короче говоря, оба варианта мне не нравились вовсе. Поэтому я Ефремову отказал, хотя сейчас начинал раздумывать, не потому ли Накрех хотел уничтожить Сысоева, что тот мог помочь нам с информацией.

— Смотрю, ты не слишком расстроен, что ничего не нашел, — заметил Постников на обратном пути.

— Потому что не слишком рассчитывал там что-то найти. Если бы я был уверен, что Сысоев выведет на Накреха, я бы провел осмотр неофициально и Сысоевы об этом ничего не узнали бы.

— Тогда зачем? Разве тебе не хватает дел без этого?

— Я хотел посмотреть на клан изнутри. Понять, применяются ли где технологии Накреха. Опять же на медуз проверил. Не было. Они сами по себе придурки.

— Знаешь, не мое это дело, но с таким руководством у Сысоевых они скоро перестанут представлять хоть какую-то силу.

— Таисия Тихоновна мне показалась разумной особой, — удивился я.

— Она — да, но она вообще ничего не решает. Я удивлен, что ей удалось договориться, чтобы нам не мешали. Рулит там сейчас тот тип, который был при обыске.

— А почему не она?

— Приказ Сысоева-старшего. При невозможности его прямого управления, главой становится Тихон, а после него — их начальник безопасности. Поэтому она может только обращаться с просьбой, а уж выполнять ее или не выполнять… Сам понимаешь.

Я понимал, но для меня это было форменной дикостью. Считать Тихона подходящим лицом для управления кланом мог только не совсем адекватный тип. Или так проявляется гипертрофированная отцовская любовь? Сын для отца — идеал во всем, а то, что не вписывается, не замечается? Но там и глава безопасности неадекватный, если не понял, что с поместьем Вишневских Сысоевым если и светило что-то, то лишь дальнейшие расходы.

Через некоторое время я выбросил странности Сысоевых из головы, потому что, в сущности, мне не было до них никакого дела, а вот до собственного клана — напротив. И если мы уж решили брать предложенное императором, то нужно хотя бы примерный план набросать. Последнее я перегрузил на плечи Серого, чем он сейчас с воодушевлением занимался. А вот рассчитать портал мог только я. Установить его решили в специальной пристройке к проходной, потому что ставить портал в собственный дом — большой риск, на который не хотелось идти.