Эгоист - Кристина Новицкая

— Что Влад ждет ребенка со своей женой?! — вопросительно уточнил перебивая.

— Я знаю…ма-ма…

Разъяренная женщина топнув своим каблуком, облокотилась руками о мой стол рыча в лицо.

— Где твоя сердобольная дура? Вы собираетесь заключать брак?

Затушив недокурок между женских пальцев, я привстал со своего места и пододвинув еще один стул, надавил на материнские плечи.

— Что ты делаешь?

— Я говорю, а ты слушаешь… Ты ведь так выражалась? Так вот… Сейчас я говорю, а ты слушаешь и не делай так, чтобы я применял к тебе силу. Поговорим, мама…

Глава 22

Лев.

Женскому возмущению не было предела, да уж что там… Наверняка моя мать думала, что я так и буду ходить под мраком собственного эгоизма и непреклонной жестокости, что просто смогу сохранить холодный рассудок и остаться настоящим чудовищем в глазах Оксаны, и носить маску, которую собственными руками подложила мне именно она.

— Дорогая и горячо любимая мама… У меня к тебе будет лишь один вопрос. Скажи мне, ты правда думала, что я никогда ничего не узнаю? Неужели в твоей умной голове, не отложилось то, что у меня вокруг есть уши и глаза?!

— Лев, прекрати… Все что я делала это было лишь направлено для твоего счастья, я бы никогда…

Перебил ее жестом руки.

— Что ты бы никогда? Никогда бы не забрала мою дочь? Или не испортила жизнь Оксане? Что из этого ты бы не сделала?

Женщина опустила глаза, а я ловким движением взял ее за подбородок.

— На меня смотри. Не ты ли учила меня читать по взглядам, жестам? Не ты ли била меня по рукам, когда я опускал свои глаза в страхе или не в желании сейчас о чем либо говорить?!

Как ты всегда говорила… Королёвы, никогда не падают лицом в грязь, они ее переступают и проходят мимо?

— Остановись! Женские глаза вбирали в себя все самые негативные эмоции, а слезы… нет в них не было той материнской искренности, наоборот это была жалость к себе, в честь очередного поражения. Когда, то к чему так долго и упорно идешь в один момент рушиться так и не достигнув финала.

— Что ты творишь со своей жизнью?! Ты хоть понимаешь, какие последствия последуют твоим бездумным поступкам?! — рыдала женщина, входя в волну истерики.

— Я? Или все обрушиться на тебя?!

Я закурил вторую сигарету и отвернувшись к окну, любовался прекрасным цветочным садом в котором провел все свое детство исписывая свою тетрадь стихами.

— Помнишь тот день… Мне было 8… и те строчки, за которые ты шипами красной розы испытывала мое терпение, те строчки после которых я больше не сочинил ни одной рифмы… Ты помнишь их, мама?!

Резко отшвырнув недокурок, вернулся в кресло и придвинувшись ближе к матери, сжал крепко ее ладонь проговаривая каждое слово…

— И что-то болит внутри довольно часто.

Но что — для меня остается тайной.

Наверное, люди это называют счастьем.

И мне его катастрофически не хватает.

— Прекрати!!! Прекрати!!! Истерически закричала женщина, вырывая свои волосы. От ее идеальной укладки ни осталось и следа, а тушь, что безупречно еще 10 минут украшала ее ресницы, стекала черными реками по щекам.

— Я уезжаю. И если узнаю, что ты вмешиваешь хоть каким-нибудь образом в жизнь Оксаны, моей дочери или тех людей которые ей дороги… Ты сама знаешь, что может произойти, ведь именно ТЫ и никто другой меня таким сделала!

Оставляя позади себя громкий женский плачь, я покинул стены родительского дома…

Оксана.

Уже был вечер… А от Льва ни единого звонка или простого сообщения. Он даже звонки мои отклоняет, а на работе секретарь отправляет в очередь и не дает точной информации.

— Оксан… Ты сама не своя.

Я стояла у окна сложив руки на груди, в ожидании, что вот-вот и на горизонте появиться машина Королева, которая по-хозяйски заедет во двор.

— Лев не выходит на связь.

— У вас ведь все хорошо?

Встревоженно спросила мама, приобнимая меня за плечи.

— Знаешь, мне кажется, что именно этой ночью, когда мы молчали, а потом я, как обиженный ребенок, рассказывала ему обо всем, что накипело внутри… Мне кажется после этого нам обоим стало легче… Только вот…

— Может он у матери своей? Или на работе задерживается? Выдвинула свои предположения мама. — А тебя просто беспокоить не хочет, дай ему время.

— Да, но… внутри как-то тревожно… Я схватила теплый свитер со шкафа и впопыхах стала его натягивать.

— Ты куда?

— Мамуль, посиди с Софией… Я лишь съезжу к Елизавете и проверю Льва там, и вернусь назад.

— Я то посижу… Но куда ты на ночь глядя…

Поцеловав женщину напоследок, я схватила сумку и обуваясь уже на пороге вызвала себе такси.

— На связи. — обронила напоследок и закрыла за собой дверь.

__________________________

Свет в родительском доме Льва, как обычно, горел во всех окнах, но удивительно было то, что в такое позднее время женщина обычно спала соблюдая режим. Только видимо сегодня что-то пошло не по плану…

С каждой ступенькой уровень моей тревоги рос, а когда я поднялась на второй этаж, где по памяти должна быть ее спальня, услышала разговоры прислуги, эхом проносящиеся коридорами.

— Дааа наконец-то… Может хоть сейчас коньки отбросит…

— Думаешь, никто не узнает, что мы подсунули ей эти таблетки…

— Нет, ты видела, сколько она выпила? Я все продумала. А ведь я говорила, что расплата с этой старухой не за горой.

Больше не теряя ни секунды, я растолкала мелких пронырливых крыс и вошла в комнату, в которой на полу лежала без сознания бледная Елизавета.

— Вы!! Разъяренно глянула в сторону девушек, которые смотрели на меня напуганными глазами.

— Молите Бога, чтобы она осталась жива!

Дрожащими руками я достала из сумки свой телефон и спустя два томительных гудка, на той стороне послышался женский голос.

— Скорая, срочно! Женщина без сознания, слабый пульс….

Глава 23

Лев.

Стены дома окутывала кромешная темнота, и только лишь с одной комнаты слегка отблескивало теплым светом настольной лампы.

Как вор, в собственном доме я неторопливо, стараясь не создать дополнительного шума аккуратно приоткрыл дверь в детскую, где мирно в кроватке сопела моя дочь, рядом с которой уютно устроилась Ольга в кресле качалке.

Я посмотрел вдоль коридора в сторону спальни, где наверняка должна отдыхать Оксана и просто прошел мимо.

Не решился её проверить, не решился хоть на секунду позволить себе её увидеть. Не знаю как смотреть в её глаза, что говорить и