Сыскное бюро «Квартет» - Екатерина Вильмонт

— Определенно! — поддержала меня мама.

Дед явно расстроился.

— Ладно, пойду заниматься, а то от вас одни только гадости и слышишь!

После завтрака мама умчалась на репетицию, к деду пришли какие-то люди, а я снова завалилась в постель с дюдиком, который нашла у мамы.

Глава XIX

САПЕРНАЯ ЛОПАТКА

Около часу дня явилась Матильда — навещать раненую подругу.

— Э, да ты просто симулянтка. У тебя почти уже ничего не заметно, так, легкая синева. Даже красиво!

— Иди ты!

— Ей-Богу! Если волосы распустить и прикрыть щеку и глаз, вообще ничего нельзя будет заметить.

— Да мне и в башку не залетало, в школу не ходить. Это мама вчера сказала, что вид у меня неприличный и надо два дня посидеть дома. А мне что, кисло?

— Тебе-то не кисло, а вот Балабушка, бедный, совсем без тебя киснет.

— Ну и пусть киснет, мне не жалко!

— Ты смотри, Аська, не влюбись в Костю.

— С какой это радости мне в него влюбляться?

— Ну, он же тебя спас, а женщины всегда влюбляются в своих спасителей.

— Не беспокойся, я даже не собираюсь в него влюбляться. Он хороший парень, но не моего романа, как говорили раньше.

— Слушай, Аська, — вдруг зашептала Мотька, — ты понимаешь, что мы уже вышли на финишную прямую?

— В каком смысле? — не поняла я.

— Да в нашем расследовании! Еще чуть-чуть — и мы их накроем!

— И что ты предлагаешь? Мне, честно сказать, почему-то не хочется попадаться к ним в руки. С меня хватит.

— Боишься?

— Боюсь.

— Аська, я сегодня полночи не спала, все думала…

— И много надумала?

— Кое-что. Понимаешь, они крутятся все на одном пятачке. И Гриня, и Узкоплечий, и твой друг в шапке, подвал у них там же, значит, и краденое они где-нибудь поблизости прячут.

— Не обязательно!

— Видишь ли, мне эта мысль просто покоя не дает, и я сегодня по утряночке, еще до школы, туда смоталась.

— Куда?

— А в тот дом, где ты сидела.

— Ты что, спятила? А если бы тебя застукали? Что бы с тобой было?

— А я с собой трубочку брала, мне Костя вчера отдал. В случае чего посигналила бы тебе, и все дела!

— Ну и что ты там обнаружила?

— Что дверь починена и врезан новый замок.

— Когда же они успели?

— Да, наверное, еще вчера, когда он приехал с тобой расправиться и обнаружил сломанную дверь. Чует мое сердце, неспроста это! С какой — радости им так заботиться о каком-то подвале в нежилом доме, а? Ты вспомни, что там было?

— Да ничего там не было, барахло одно да вот Тофик!

— Тофик? Он что у вас, азербайджанец?

— Нет, Мефистофель!

— Ни фига себе Мефистофель! Аська, я не могу, мы должны, мы просто обязаны довести это дело до конца! Слушай, давай возьмем с собой Лорда, тогда нам никакой бандит не страшен. Сама подумай, ну что они нам сделают средь бела дня, когда нас двое, собака, и к тому же мы уже будем начеку!

Мотькин азарт постепенно передавался и мне.

— А мальчишки?

— Нет, это уже тяжелая артиллерия! И потом начнется — Костя будет командовать, Митя рассуждать, и в результате мы все просто провороним!

— А как же я уйду?

— Да что тут особенного — скажешь тете Липе, что хочешь погулять с собакой, погода хорошая, снежок выпал, не холодно.

— А рожа?

— А что рожа? Рожа как рожа. Причешись по-другому, и все дела. Давай одевайся!

Я быстренько оделась и пошла к тете Липе. Оказалось, что ее нет дома. Тем лучше. У деда в комнате пела какая-то женщина, он то и дело ее прерывал, что-то говорил, она пыталась с ним спорить, оттуда доносились еще чьи-то голоса, словом, деду явно не до меня. Однако для очистки совести я постучалась, просунула голову в дверь и сообщила:

— Дед, я пошла гулять с Лордом, — и, не дав ему опомниться, закрыла дверь.

Теперь все претензии будут не ко мне, а к нему. Так ему и надо! — мстительно подумала я, представив себе, как на него накинется тетя Липа, не обнаружив меня на месте.

Мы с Мотькой взяли Лорда и выбежали вон из квартиры, пока дед не спохватился.

— Ась, ну как Игорь Васильевич? Все такой же? — спросила Матильда по дороге к трамваю.

— Да, если не хуже. И знаешь, кажется, ты была права, похоже, он вправду влюбился.

— Да? А в кого? Ты знаешь ее? — встрепенулась Мотька.

— Нет, откуда? Она в Париже живет.

— Настоящая парижанка?

— Да кто ее знает!

— А почему ты решила, что она из Парижа?

Я рассказала Мотьке о телефонном звонке из Парижа, так преобразившем на днях моего старого дедушку.

— А что я говорила! — торжествовала Мотька. — Черт, где же этот окаянный трамвай? Смотри, сколько уже народу на остановке! С Лордом в первый трамвай лучше не соваться, заклюют! Может, пешочком пробежимся? ( — Давай!

По дороге Мотька все пытала меня насчет дедушкиной любви. — Отстань, Мотька, ничего я не знаю, ни кто она, ни какая, ни сколько ей лет. И, я думаю, сейчас мы вряд ли что узнаем, он ведь уже через неделю уезжает.

— В Париж?

— Нет, в Лондон, а потом в Неаполь.

— Ну, от Парижа до Лондона недалеко.

— Это верно!

— Интересно, он на ней женится?

— Женится? — ужаснулась я. Мне почему-то это в голову не приходило.

— А что тут такого?

— Интересно, кем же она мне будет тогда приходиться? Маме она будет мачехой, а мне…

— Кем она тебе будет, я не знаю, а вот ты ей будешь внучатой падчерицей!

— Фу, гадость какая!

Так за разговорами мы дошли до Четвертого Самотечного. Признаюсь, мне было не по себе.

— Не бойся! — подбодрила меня Матильда. — Кстати, если они тебя увидят тут с собакой, подумают, что вчера обознались. Потому что какая же дура опять сюда сунется, если она тут где-то не живет. Надо же гулять с собакой, правда?

— Правда, — без всякой уверенности ответила я.

Вдруг Мотька толкнула меня в бок и прошептала:

— Смотри, Гриша!

Действительно, впереди нас по переулку шел Гриша.

— Видишь, что у него в руках! — взволнованно шепнула Мотька.

— Лопатка какая-то!

— Не какая-то, а саперная! Такой лопаткой убивают запросто! Аська, уйди с Лордом, чтобы он тебя не приметил, вот сюда иди и гуляй, пока я не вернусь!

— Мотька! Не ходи за ним!

— Отвяжись!

Мотька как ни в чем не бывало, помахивая сумкой, двинулась за Гришей, который свернул налево. Я, конечно, пошла следом, не оставлять же Мотьку один на один с бандитом, вооруженным саперной лопаткой. Едва я подошла к углу, как нос к носу столкнулась с хохочущей Матильдой.

— Ты чего ржешь? — спросила я.

— А ты чего за мной прешься? Совсем не надо, чтобы он тебя видел. Скорей! Бежим!

И она понеслась к арке, ведущей во Второй Самотечный. Мы с Лордом за ней.

— Знаешь, зачем ему саперная лопатка? — давясь от смеха, спросила Мотька.

— Ну?

— Там куча песка, так он в мешочек этот песок набирал, для котяры своего. А саперной лопаткой хорошо отбивать песок от мерзлой кучи!

— А ты почем знаешь, что для кота?

— Тетка какая-то мимо шла, знакомая его. Она и спросила: «Для Тарзаши песочек-то?» Он сказал: «Да!»

— Ну вот, а ты говорила — такими лопатками убивают!

— Ну, может, он ею уже десять человек убил, почем мы знаем!

— Ты еще скажи, что он международный террорист! А Тарзаша — американский шпион!

— Ну, Тарзаша по ночам в чужие квартиры не ломится! А вот хозяин его…

— А как же презумпция невиновности? — спросила я, подражая Мите. Мы расхохотались.

Глава XX

В ПУСТОМ ДОМЕ

— Что-то больно много мы сегодня ржем, — озабоченно проговорила Мотька. — Не к добру.

— Тогда пошли отсюда скорее!

— Нет, надо сперва еще разок глянуть на дверь в подвал.

— Да ты ведь уже глядела.

— Ну, я одна была, мне тоже страшновато было, — призналась Мотька. — А сейчас нас двое и еще Лорд. Пойдем, ты с Лордом постоишь на стреме, а я там все осмотрю.

— Ладно, пошли, только скорей, а то мне страшно.

Мы направились к зловещему дому. У меня сердце сразу ушло в пятки, да так там и осталось. Даже дышать было трудно. Но я старалась не подавать виду. Мы подошли к подъезду.

— Нет, тебе нельзя тут торчать на виду с собакой, — сказала Мотька. — Пойдем лучше в подъезд, поднимись на один пролет и стой.

Едва она это произнесла, как у подъезда затормозила машина. Мы с Мотькой мигом взлетели на второй этаж и замерли. Только бы Лорд не залаял. Но я взяла его за ошейник и стала гладить. Он знает, что в такие минуты лаять нельзя. Он у меня умный.

Тем временем в подъезд вошли какие-то люди. По меньшей мере, двое.

Мотька на цыпочках спустилась на несколько ступенек и, перегнувшись через перила, глянула вниз.

Потом отпрянула и замерла.

Теперь сердце билось уже где-то в горле. Ведь мы, по сути, оказались в ловушке! Одно неверное движение — и никакой Лорд нам не поможет. И бежать некуда. Но, кажется, они ничего не заподозрили. Послышался скрежет ключа в замке, скрип двери, и они вошли в подвал. Мотька мгновенно вернулась ко мне.

— Кто там? — почти беззвучно спросила я.