Надуй щеки! - Сергей Викторович Вишневский

А потом слабо улыбнувшись, кивнула каким-то своим мыслям и начала делать записи в своем журнале. Спустя пару минут, она попрощалась с нами и вышла из класса.

Зашибись!

Отлично!

Скучно ведь живу!

Динь-дилинь!

Мой телефон завибрировал и я опустил взгляд на экран. На нем красовалось сообщение от какого-то «agp»:

' Недавно узнал, что хомяк может выпить 18 мл. чистого спирта без того, чтобы стать пьяным. В пересчёте на массу тела взрослого мужика 1,5 л. спирта!

К чему я это? А фиг его знает!'

И?

Что мне с этим делать?

Зачем ты написал мне это?

Кто ты⁈

Мне теперь что, щеки надуть⁈

* * *

Юми с коварной улыбкой обернулась и показала большой палец Нари.

Та стояла у окна, недалеко от двери подсобки и всем своим видом делала вид, что разглядывает на улице что-то сверхинтересное. При этом она держала в руках телефон, готовая в любой момент включить камеру. При виде сообщницы она кивнула и подмигнула ей.

Юми же в очередной раз заглянула в класс, и заметив, как Хегай сложил свои вещи в рюкзак, сделала пару шагов назад. Услышав его шаги, она подошла вплотную к двери и завела прямые руки за спину так, чтобы грудь выпятилась вперед. Пару верхних пуговиц она расстегнула заранее.

— Гису? — мило улыбнулась девушка, когда тот вышел.

Парень повернул голову и уставился на грудь девушки. Вид был что надо. Молодая, подтянутая, сочная, но не пошлая. Видно было только край кружевного белоснежного лифчика.

— Привет, — не отводя взгляда произнес парень, приподняв одну бровь.

— Слушай, меня попросили кое-что принести из кладовки. Не поможешь мне? — произнесла Юми, слегка нагнулась вперед, чтобы перехватить взгляд собеседника, и подмигнула. — Я такая хрупкая, а там что-то тяжелое.

Гису улыбнулся и кивнул.

— Да, конечно, — ответил он.

Девушка взяла его за руку и потащила по коридору, попутно подмигивая Нари, что кинула на них быстрый взгляд и отвернулась.

Парень же внимательно посмотрел на подругу девушки. Взгляд его зацепился за телефон в руках, на котором виднелась включенная камера. Прошлый Хегай вряд ли бы это заметил, но бывший креативщик заметил даже при том, что пытался отрешиться от нахлынувших на него чувств Юми.

И нет, это была не похоть.

Совсем не похоть.

Это было предвкушение.

Твердое, шершавое предвкушение и жажда.

Нет, не воды, а желание чего-то непонятного и предвкушение.

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что никакого интима в подсобке не будет, а все это скорее всего очередная подстава.

Юми затащила его за руку в кладовку, включила свет в помещении без окон и закрыла дверь. Оглядев парня с головы до ног, она прильнула к нему, положив руки на грудь и прошептала:

— Раздевайся!

Гису сделал шаг назад и с прищуром осмотрел девушку, стоявшую перед ним. Боковым зрением он заметил в щели под дверью тень от сообщника, что уже стоял за дверью.

— Хорошо… — произнес он и опустил руки, словно собирается расстегнуть штаны, но тут неожиданно схватился за резинку юбки Юми и дернув вниз, резко присел.

Раздался треск, пуговица, что придерживала юбку улетела в сторону и юбка оказалась на полу. Парень резко встал, а девушка с огромными перепуганными глазами наоборот присела, хватаясь за свою юбку.

— Хегай, ты совсем больной⁈ Ты что творишь⁈ — возмутилась она, натягивая юбку обратно.

Однако тут Гису положил руку ей на голову, не давая подняться.

— Хегай, ублюдок! Отпусти меня! — прошипела Юми и схватилась за его штанину с удивлением заметив, что ее лицо находится прямо напротив расстегнутой ширинки.

В этот момент дверь открылась и на пороге оказалась Нари, что с громким щелчком сделала несколько фотографий.

Юми стояла на коленях, со спущенной юбкой, демонстрируя свое нежно-голубое нижнее белье. Ее голова находилась напротив расстегнутой ширинки Хегай, а лицо выражало крайнюю степень гнева. Гису же одной рукой придерживал ее за голову, а второй показывал фотографу большой оттопыренный палец.

— Сиськи! — произнес он, улыбаясь до ушей после щелчков, который издал телефон Нари.

Глава 7

Под жарким, палящим солнцем, было невыносимо.

Влажность и сумасшедшая жара выжимала из людей все соки, оставляя на рубашках и блузках мокрые пятна.

Каждый спасался как мог. Кто-то шел с зонтом, в надежде, что тень от него, если не спасет, то облегчит страдания.

За всеми этими муками наблюдала Юми.

На просторной веранде, огороженной герметичным стеклом, было прохладно. На кондиционерах тут не экономили, хотя при такой цене даже за чашечку кофе это не удивительно.

— Слышала, про Бен Ко Хи? — спросила нами, убрав телефон, на который только что сфотографировала небольшое пирожное в виде корзиночки с несколькими яркими красными цветами.

Юми сидела с недовольной мордашкой и хмуро поглядывала на пару пузырьков, что плавали на поверхности ее заказа.

— Недавно солист из группы Кей-Гу-Ши пришел в его клуб, — продолжила подруга совершенно не обращая внимания на мрачное настроение подруги.

Та, протянула руку, слегка пригубила кофе и недовольно сморщилась, от горечи. Затем она достала телефон, глянула на пустой экран, где не высвечивалось ни одного сообщения, и тут же его убрала.

— Представляешь, Бен Ки Хо настолько поверил в себя и то, что подобное сойдет ему с рук, что вышвырнул солиста из клуба, — возмутилась Нари. — Нет, я все понимаю. Родители доверили ему управлять им, да и он неплохо справляется, но это же звезда! Да, всего лишь Кореи, но бли-и-и-и-ин…

— Тц! — фыркнула Юми и хмуро подняла взгляд на собеседницу.

— Нет, он конечно, в своем праве и поговаривают тот сам зазвездился. Начал предъявлять за сервис и надрался в стельку, но… Так нельзя. Серьезные люди подобное делают тихо и незаметно. В конце-концов, мог бы его и через черную дверь увести.

— Бесит, — сквозь зубы процедила Юми, взяв ложечку с блюдца и сжав ее в кулаке так, что та немного погнулась. — Как же он меня бесит!

— Бен Ки Хо, конечно, не подарок, но… Треть торговых центров, почти половина всех караоке и с десяток клубов под руководством его родителей. Согласна, истории у этой семьи даст бог лет на пятьдесят наберется, но гонору уже не занимать. Да и досуг… дело скользкое. Все хотят отдыхать так, как им нравится и чтобы об этом не болтали, — закивала подружка. — А вот этот публичный