К чему снится Император? Часть 2 (СИ) - Шведов Вадим

— Не совсем так, уважаемый султан. На мою жизнь покушались не христиане, а революционеры-атеисты. Они отрицают наличие бога, и, возможно, от этого совершают столь ужасные вещи. Насчёт территорий, — я услышал вашу позицию. Мне требуется обдумать это предложение. Ещё раз благодарю вас за согласие встретиться. Могу вас заверить, что Российская империя будет всегда стремиться жить в дружбе со своими соседями.

Встречи с английским премьер-министром Гладстоном Александр решил не искать. Именно Британская империя являлась инициатором создания антирусской коалиции. Речь шла об экономическом лидерстве в мире, и путей соприкосновения русский император просто не видел. Англии необходима была кровопролитная, разрушительная война для общего ослабления России. Пытаться найти точки соприкосновения в этих обстоятельствах было бы не только показателем откровенной слабости, но и могло спровоцировать на форсирование начала военных действий.

Оставался ещё один крупный антироссийский участник — Пруссия. К этому времени данное государство уже завершило военную реформу, армия её была перевооружена и прошла необходимую подготовку. Столкновение России с прусскими войсками было крайне нежелательно. Надо было любым путём добиться вывода этого участника из состава антирусской коалиции.

— Мой дорогой брат Вильгельм, безмерно рад вас видеть.

— Взаимно Александр. Нечасто нам доводится встречаться. Вы прямо помешаны на внутренних делах Российской империи.

— Что есть, то есть. Не поспоришь. Я человек миролюбивый, — сами понимаете. Россия — огромная страна, недавно ещё приобрели Канаду. Надо развивать собственные земли. У нас ведь даже колоний нет.

— Но всё же стоит интересоваться внешними делами, иначе бывает так, что можно остаться в изоляции, — усмехнувшись сказал Вильгельм.

— Есть такая проблема, каюсь. Многие мне на это пеняют. Говорят, что я первый русский правитель, который сосредоточен на внутренних делах, а не на внешних. Но как тут быть? В стране накопилось слишком много проблем, — на внешние проблемы в полной мере не хватает сил. Тем не менее в своё оправдание скажу, что я всегда внимательно слежу за всеми европейскими делами. Хочу поздравить Пруссию в победе над австрийцами. Разгром противника при Садовой — на данный момент может считаться вершиной военного искусства.

— Благодарю Александр. Наша армия действительно поднялась на новый уровень, но поверьте силы на это были затрачены колоссальные.

— Скажите, дорогой Вильгельм, каковы ваши планы на развитие Пруссии?

— Тут никакой тайны нет. Сами все понимаете. Нас интересует объединение всех германских земель под эгидой Пруссии, но на данный момент мы пока не форсируем наше устремление.

— Весьма напрасно. Российская империя могла бы поддержать Пруссию в её желаниях. Как я понимаю, вы встречаете в своих планах некое противодействие со стороны Франции…

— Оставьте эти интриги Александр, я понимаю, куда вы клоните. Я человек прямой и честный. Никаких подковёрных игр вам не удастся мне навязать. На данный момент у меня с Наполеоном III есть чёткие договорённости по широкому комплексу вопросов, которые я не намерен нарушать.

— Мой дорогой брат, я не предлагаю ничего нарушать. Наоборот, всецело уважаю такую порядочность. В наше время в политических кругах подобное встречается нечасто. Я просто пытаюсь донести Пруссии позицию русского правительства. Вы, несомненно, можете положиться на Россию в случае того, если решите взять курс на создание единого Германского государства.

— Благодарю, Александр. Обещаю, что Пруссия запомнит ваши слова.

Интерлюдия

В небольшом скромно обставленном кабинете сидели два человека, — русский император и загадочный начальник Главного разведывательного управления Российской империи Пётр Дмитриевич Парсенов. То, кем являлся Пётр Дмитриевич в правительстве и секретариате, не знал никто. Его официальной должностью значилось «первый секретарь комиссии по составлению Уложения». В чём состояла работа этой комиссии, какое это было Уложение, никому было до конца непонятно. Законов император издавал множество, для их разработки привлекалось большое количество секретарей и ещё один из сотни с лишним не вызывал никакого интереса. Тем временем на самой встрече от внимания Парсёнова не укрылось, что государь находился в крайнем напряжении…

— Значит так, Пётр Дмитриевич. Ситуация для России складывается поганая. Против нас сложилась коалиция враждебных государств. На данный момент выступить против Российской империи желают следующие государства: Великобритания, Османская империя, Франция и Пруссия. Последние два участника любым путём должны выбыть из числа наших врагов.

— Ваше Величество, вы ставите непростую задачу. Наша служба до этого занималась лишь сбором секретных сведений…

— Я знаю и считаю это вашей недоработкой.

— В каком плане?

— В том, что где чёрт возьми ваша инициатива, где манипуляции и интриги? Я не спорю, сейчас разведка работает прекрасно. Сведения, которые вы добываете, невероятны. Наши шпионы стали работать прямо в ближайшем окружении вероятных противников, — это превосходно. Никто в мире не может сравнится с нами по сбору секретных данных. Но этого недостаточно! Почему Англия, которая на голову отстаёт от нас в прямом сборе данных, плетет заговоры, смещает неугодных ей монархов, а мы нет? Ответьте мне! Не можете, а я скажу, — потому что даже не пытались. Работаете слишком однобоко и пассивно.

— Критика справедлива, Ваше Величество. Мы знали о подобных методах Великобритании, но всегда осознанно выбирали другую стратегию и на то были свои причины: во-первых, это большая вероятность раскрытия агентов, во-вторых, подобные шаги не соответствовали традициям русской разведки, — мы всегда исходили из принципов чести и справедливости.

— Какая к чёрту честь в нашей работе? Мы занимаемся шпионажем, — давайте не будем обманываться. Сейчас именно разведка спасает жизни наших людей, так что не надо лишнего морализма. Я вам так скажу, если мы не сможем сейчас поссорить Францию с Пруссией, то Россию ждёт неминуемое военное поражение и возможный откат нашей страны на десятилетия. И тут мы виноваты с вами оба. Ошибся я, что клюнул на приманку Англии и совершенно не вовремя купил Канаду, а также что в должной мере своевременно не отреагировал на донесения Министерства иностранных дел о неминуемой изоляции Российской империи. Но виноваты и вы, Парсёнов, что не проявляете инициативы и не предлагаете масштабных операций. У нас с вами на данный момент есть всё: огромный бюджет и подготовленные агенты во всех европейских правительствах и Генеральных штабах армий. Я приказываю вам в течение полугода разработать и провести операцию по выведению из будущей войны Франции и Пруссии! От успеха этой миссии зависит судьба нашей страны!

— Есть, Ваше Величество. Задача предельно ясна. Стратегия работы разведки будет пересмотрена в её больший практический уклон. Гарантирую, что все ресурсы службы будут задействованы для выполнения задачи.

— Времени мало, Парсёнов. Работайте. Сейчас вы последняя надежда…

Глава 36

Что характеризует стоика как личность? Это человек, который идёт к цели, невзирая на любые сложности и препятствия. Мир будет рушиться, будет гореть собственный дом, но стоик будет делать то, что соответствует его устремлениям. Стоик обретает смысл жизни и само счастье, следуя долгу. Чем сильнее вызовы, тем большую мотивацию получает подобная личность. Такова и была суть характера Александра, — безжалостного воина, идущего к высшей цели.

Государь в данной напряжённой международной ситуации принимал туристов из США. Дело в том, что сами путешествия были тогда уделом избранных, но даже тогда пришедшая на имя императора телеграмма поставила русских чиновников в тупик. В этом сообщении был сформулирован вопрос: «Не примет ли их император?» Узнав о содержании телеграммы, Александр неожиданно согласился. Государь понимал интерес американцев к Российской империи, ставшей их внезапным соседом, и попытался сыграть на общественном мнении Штатов.