Река времен - Лана Чи

ее глазах уже поблескивали слезы, маленький ротик был удивленно приоткрыт. Эта девочка умом явно не блистала, но подкупала своей прямотой и открытостью.

– Мы шутим, – я поспешила утешить доверчивую малышку и бросила свирепый взгляд на вторую сестру.

Тейен еще раз дернула себя за косичку и кивнула, подтверждая мои слова.

– Так и быть, я принесу, – быстро добавила она, исчезая в кустах. – Анури, останься тут!

Меж тем к каменному борту пруда уже подходили старшие царевны. Айетимм хотела было присоединиться к нашим водным процедурам, но стушевалась под удивленным взглядом Шахриру.

– Неужели ты все время купалась, дорогая сестра? – ядовито-нежным, почти как у матери, голоском протянула та.– Слишком частое и долгое купание портит кожу. Она становится противной, как у лягушки, – припечатала царевна, элегантно обмахиваясь плетеным из тростника веером. У Айетимм опахала не было, и она просто встала позади сестры, подставляя свое лицо потокам воздуха.

– За мою кожу не беспокойся, – парировала я. – А вот твоя скоро запечется на солнце, и ты превратишься в сушеную сливу. Смотри, не понравишься жениху. Спросит, зачем вы мне простую девку подсунули?

Это было грубо, но слова достигли цели, и сестренки чинно удалились под сень шелковицы. Разговаривать оттуда было неудобно. Наверное, Шахриру теперь на улицу и носа не высунет, будет беречь свои красоты.

Вскоре из кустов вынырнула Тейен с моим платьем. Надо ли говорить, что оно было безнадежно измято, слегка запачкано и, увы, немного порвано. Оценив перспективы, я не стала упрекать маленькую посланницу. Возможно, она была намеренно неаккуратна с моей вещью, но доказательств этому нет. Чтобы не провоцировать пересуды я воспользовалась помощью чужих служанок, и переоделась за ширмой из их платков, которыми и женщины, и мужчины здесь драпируют нижние одежды.

У туники был разорван подол почти до колена. Скорее всего, в процессе перелезания через стену край зацепился за ветки. Верхняя накидка у меня была довольно короткой и не могла закрыть дыру. «Ладно, если сделать уверенный вид, то до покоев можно дойти и в платье с разрезом. К тому же мои жреческие наряды для танцев во многом более откровенны» – решила я и уверенным шагом удалилась в сторону дома, повелев мокрую одежду привести в порядок и доставить сухой и чистой. Хоть здесь выкрутилась!

***

Отец прислал весть тем же вечером. В полдень мне надлежало явиться и быть в его свите при приеме посольской делегации. Одежду и украшения на этот раз он выбрал мне сам и слуги их уже раскладывали. Туника была светло зеленой из тонкого драгоценного льна, к ней прилагалось богато расшитое красно-желтое шерстяное полотнище, отделанное понизу тонкой бахромой и довольно плотное покрывало для головы в тех же тонах. Похоже, владыка на сей раз желает спрятать свой цветок среди советников. Богатые, но не вычурные сердоликовые украшения только подтвердили мои догадки.

Я приложила ткани к себе и попробовала повертеться перед зеркалом. Ну до чего ж все это неудобно! В вечерних сумерках в этом полированном куске металла уже невозможно ничего рассмотреть, только смутные очертания.

После заката в покои прибежали сестренки. Шанхаат, впустившая их, исподтишка кинула на меня долгий печальный взгляд. Уж кто-кто, а она, отвечавшая за царевнин гардероб, явно что-то подозревала. Но не проговорилась остальным, что радовало.

Я попросила ее принести несколько ларей с моими украшениями. Служанка, явно не одобряя моих затей, поспешила выполнить указания. Наблюдая за тем, как вертятся младшие сестренки, прикладывая к себе нити разноцветных бусин, мне снова вспоминалось детство. Как же я любила, когда мама позволяла мне порыться в своих сокровищах: примерить сверкающие бусы, приложить к еще не проколотым ушам серьги!

– Сиятельная, а что ж будет, если испортят? – тихо прошептала служанка почти на ухо, наполняя мой кубок медовой водой.

– Я им обещала, Шанхаат, а слово надо держать, – так же полушепотом откликнулась я. – Они помогли мне сегодня – за это положена награда.

– Ох, госпожа, зачем вам все это! Учение всякое, снова в большой дворец зовут, а девушке в этом возрасте не об этом думать положено! Вот и послы прибыли – увезут теперь нашу красавицу!– служанка всплеснула руками. Так вот, что ее печалит, а вовсе не испачканные мной одежды!

– Шанхаат, – хотела было утешить женщину я, но вовремя одумалась.

Дочь владыки не должна позволять прислуге высказывать свое мнение. Прости, уважаемая, но обстоятельства вынуждают меня быть жесткой.

– Если ты будешь позволять себе обсуждать решения нашего отца, то я отошлю тебя на работы при храме. Будешь чесать шерсть, а не молоть языком! – угроза подействовала. Служанка кротко кивнула и залепетала слова глубочайшего раскаяния. Так-то лучше, распустила я их своей мягкостью.

Полог занавесок дернулся, и на пороге возникла девушка из свиты младшей царицы – матери находившихся сейчас у меня девочек. Она согнулась в поклоне и застыла, ожидая, пока царевна разрешит ей говорить. В худеньких загорелых руках девушка держала небольшой кувшин и сверток.

Я мысленно досчитала до двадцати, оглядывая гостью, и жестом руки передала право переговоров Шанхаат. Этот прием мне удалось подсмотреть во время визитов к своим родственницам. Если хозяин посыльного был ниже по статусу, то говорить с ним считалось лишним, с этим мог справиться доверенный слуга. «Так я превращаюсь в высокомерную стерву, которой в прошлой жизни руки бы не подала,» – горестно подумалось мне.

Увидев, кто пришел, младшие сестрички моментально отложили драгоценности и притихли. Моя служанка внимательно выслушала посланницу, кивнула и вернулась ко мне.

– Сиятельная Оймин-даша прислала тебе в подарок масла для ламп и отрез тонкой шерсти, чтобы возместить испорченные дочерью.

Надо же, уже и она в курсе моих злоключений. Похоже, Тейен попалась кому-то из приближенных своей матери на глаза. Но, куда более вероятно, что служанки младших цариц, а может и они сами, поддерживают тесный контакт. Надо бы это проверить. Одной в этом змеюшнике мне будет туго – нужно искать союзников.

Отпустив посыльную, я приказала принести сушеных фруктов, лепешек с медом и сладкого травяного настоя для себя и девочек. Пусть Тейен, прислушивающаяся к наговорам Шахриру, оценит мою щедрость. Может быть, в следующий раз ее острый язычок будет на нужной стороне.

С угощением я угадала. Видимо, стол у младших дочерей немного скромнее моего. Как сладкий сон вспомнилась трапеза у владыки. Может быть, мне и завтра удастся поесть мяса?

***

Во дворец я снова отправилась на носилках.