Эртан-2 (версия с СИ) - Светлана Середа

Принц резко развернулся и вышел из комнаты, на ходу застегивая пуговицы мундира.

Дан прислонился к стойке рядом со мной и покачал головой:

— Если бы я знал, что вы такая… эксцентричная, я бы остерегся давать советы.

— Так остерегитесь! — Я спрыгнула со стола, не глядя надела упавшую туфлю и приблизилась к Дану почти вплотную. — Остерегитесь, если не хотите прочувствовать полную меру моей эксцентричности.

Он выдержал мой взгляд, не дрогнув. Но когда я устремилась к двери, крепко ухватил за запястье.

— Не торопитесь, Юлия. Принц должен вернуться один.

— Да что вы себе позволяете! Какого черта вы вообще в это влезли? Я еще стерпела ваше вчерашнее хамство — в конце концов, мужчина обязан вступаться за женщину, с которой спит. Но сегодня ваша наглость просто переходит все границы!

Дан с любопытством прищурился, слегка наклонив голову на бок.

— Вы правда не понимаете или меня дразните?

— Представьте себе, не понимаю.

— Герцог белль Фарро — один из самых влиятельных членов Совета Лордов.

— И что?

— Крон-принц помолвлен с его дочерью, свадьба должна состояться через два месяца, когда Изабелла белль Фарро достигнет совершеннолетия. Герцог — человек очень строгих нравов, он требует, чтобы все было в высшей степени благопристойно. И если Фернанду ничего не угрожает, кроме серьезного разговора с отцом, то с девушкой, которая имела неосторожность привлечь внимание принца, может в любой момент произойти несчастный случай. Вы, должно быть, в курсе, Юлия, что Совет вас и так не жалует, и ваша мимолетная интрижка с Фернандом рискует стать последней каплей.

— Бред какой! — фыркнула я.

— Вы бы так не говорили, если бы знали герцога белль Фарро достаточно хорошо.

— А вы, конечно, с ним на короткой ноге, — съязвила я. — Неужто прекрасная Нимроэль чудесным образом излечила вашу амнезию?

— Напротив. Я почти ничего не помню ни о мире, ни о государстве, ни о городе, в котором нахожусь, и поэтому вынужден задавать много вопросов.

Да уж, "много вопросов" — это в точку. Я заметила, что танцевал Дан мало, в основном беседовал с Женькой, Ним и еще парой личностей, с которыми свел знакомство на балу. Я думала, что он стесняется демонстрировать свое неумение, а он, оказывается, собирал информацию. На месте главы Королевской Канцелярии я бы получше присмотрелась к этому любознательному товарищу… А впрочем, не мое дело.

— Пойду к себе. Все равно вы мне весь кайф обломали… И не вздумайте идти за мной, — я свирепо сверкнула глазами, заметив его попытку двинуться следом, — если не хотите скандала в коридоре. У меня настроение как раз подходящее.

Вообще-то, я не особо надеялась, что он прислушается к просьбе. Но пусть хотя бы тащится где-нибудь в отдалении. А то ведь правда зла никакого не хватает!

Лестница на третий этаж находилась примерно на полпути от Изумрудной столовой до бальной залы. Я летела по коридору, кипя от негодования, и не сразу услышала, как кто-то окликнул меня по имени.

— Юлия, мне надо с вами поговорить, — настойчиво повторил голос.

В проеме одной из дверей стоял давешний брюнет, приятель принца.

Ррр. Ну что опять? Еще один блюститель нравственности на мою голову? Отказать в беседе дворянину из Ближнего Круга было бы как-то совсем уж невежливо, поэтому я, повинуясь его приглашающему жесту, ступила в слабо освещенную комнату.

Это оказалась небольшая, лаконично обставленная гостиная. Из мебели — несколько низких диванов и пара журнальных столиков. Стену над широким камином, закрытым вычурной медной решеткой, украшала композиция из двух перекрещенных мечей.

Брюнет держался все так же скованно (если не сказать сурово), как во время танца, и первые его слова стали для меня полной неожиданностью:

— Юлия, я потерял голову в тот момент, когда увидел вас, — голос мужчины был хрипловатым, но тон — спокойным, почти холодным. У меня возникло подозрение, что это какой-то дурацкий розыгрыш. — Я сходил с ума, представляя, как Фернанд целует вас… Юлия, он познал десятки женщин, вы для него — очередная игрушка. Вы не должны принадлежать ему!

— Я не собираюсь никому принадлежать, — озадаченно сказала я, размышляя, под каким бы предлогом отсюда поскорее убраться — разговор принимал странный оборот.

И вдруг брюнет порывисто притянул меня к себе и прижался ртом к моим губам, настойчиво раздвигая зубы языком. Ничего себе заявочки! Я с отвращением отпихнула его и попыталась залепить пощечину — без всякого участия разума, на одних рефлексах. Брюнет перехватил мою руку, и на его лице — в первый раз за вечер — отразилось какое-то чувство.

— Шлюха! — с ненавистью выплюнул он. — Значит, ты только под принца подстилаешься, да? Второй род королевства для тебя недостаточно знатен?

— Милорд, вы пьяны!

Все еще не выпуская моей руки, он ударил меня по лицу, не очень сильно, но мне хватило: ободок тяжелого перстня попал по самому чувствительному месту на подбородке. От резкой боли я на несколько мгновений потеряла способность соображать. Сознание включилось, когда я уже лежала на диванчике, распластанная под тяжелым мужским телом. Одна рука брюнета прижимала мои запястья к спинке дивана, другая лихорадочно путалась в складках платья. Кажется, я что-то говорила насчет слишком короткой прелюдии в исполнении принца? Беру свои слова назад.

Времени на испуг не оставалось. Мозг был занят обдумыванием двух чрезвычайно важных мыслей. Во-первых, просчитывало левое полушарие, когда брюнет отвлечется, чтобы снять штаны, надо будет исхитриться заехать ему коленом в пах. Во-вторых, негодовало правое, если этот ублюдок порвет платье, которое обошлось мне в целое состояние и черт знает сколько нервных клеток, я располосую его на ленточки.

За плечом брюнета мелькнуло сосредоточенное лицо с темно-серыми глазами. Незадачливый герой-любовник взлетел в воздух, и кулак Дана красиво впечатался ему в челюсть. Превосходный хук слева, мысленно зааплодировала я.

Лицо брюнета перекосилось от ярости и пошло алыми пятнами.

— Ты хоть имеешь представление, на кого поднял руку?

— Я готов принести вам извинения, лорд белль Фарро, если вы попросите прощения у Юлии, — произнес Дан почти спокойно. Только потемневшие радужки и все еще сжатые кулаки выдавали внутреннее напряжение.

— Извинения? Ты смеешься надо мной, мразь? Даже твоя безымянная могила не станет достаточным извинением за оскорбление наследника герцога белль Фарро!

Он выхватил меч и сделал выпад в сторону Дана — тот едва успел отскочить в сторону.