Знак Скарабея (СИ) - Степаненко С.

Поднявшись на ноги, Тотхем без энтузиазма помахал руками, слегка размял шею. Для полноценной зарядки не было ни настроения, ни условий. Выглянув наружу, рассмотрел всё те же ослепительно белые облака да карабкающееся к зениту солнце.

Интересно, сколько пройдет времени, прежде чем его найдут? В талантах Монтуса Тотхем ни секунды не сомневался, но всё же тот тоже не всевидящий Ра. Так что придется подождать.

Ами прищурился и какое-то время прямо смотрел на светило. Предки Первых верили, что сияющий шар в небе — проявление божественной силы. Или это относилось к миру, из которого они пришли, а здешнее солнце — просто солнце, и ничего больше? Странные мысли лезут в голову... Однако Арсэт тоже назвал светило имением древнего бога. Случайно, намеренно? Намеренно, конечно. Если подумать, то в каждой его фразе имелся скрытый смысл. Понять бы ещё, какой именно.

Тотхем не отводил взгляда, пока перед глазами не заплясали черные пятна, а потом отвернулся и, часто моргая, направился к ведущей вниз лестнице. Кто знает, сколько ещё придется здесь сидеть? Надо подкрепиться.

Заботливый тюремщик Кхан позаботился, чтобы его пленник не испытывал неудобств. На маяке обнаружился простейший санузел с унитазом и душем. Вода, правда, только холодная, но и то неплохо. Кроме этого имелся диванчик, прикрытый тонким одеялом, старомодный, но рабочий кухонный агрегат, а в шкафчиках — запас продуктов. Не деликатесы, но дня три-четыре продержаться хватит.

С вечера Тотхем был слишком взвинчен, чтобы думать о еде, зато утром желудок напомнил о себе жалобным урчанием — пришлось готовить. Занятие, о котором Ами имел весьма отдалённое представление, но есть захочешь — научишься.

Яичница подгорела, кофе сбежал... Ну, да голод, штука такая — носом особо не покрутишь. Тотхем сжевал яйца с подсохшим хлебом, запил горьким кофе. О сахаре Кхан и не подумал, как и о молоке. Видимо, считает, что для выживания отсутствие сахара не критично. Оно-то так, но сладкоежка Тотхем был с ним в корне не согласен.

После завтрака настроение, и до того не радужное, испортилось окончательно. Тотхем какое-то время появлялся на диване, надеясь уснуть, и проснуться только когда за ним явятся спасатели. Увы, сон не шел. Не удивительно: Тотхем никогда не спал дольше пяти часов, и свои законные он использовал ещё ночью, пусть на жёстком полу и в неудобной позе, но всё же.

Просто валяться без дела он не привык, а потому встал и снова принялся исследовать пространство. Найти выход он уже и не рассчитывал, но Арсэт что-то говорил о подсказках, которые должны помочь вспомнить.

Подсказки... Интересно, таковыми можно считать картинки на стенах с изображениями древних богов? Тотхем подошёл к одной, изображавшей зеленокожего Осириса. Видел он её, и не раз. Такая же, или почти такая же картина украшала стену напротив входа в центральном холле корпорации. По размерам, понятно, раза в три больше, но суть не меняется. Ну и? Какие такие воспоминания она должна вызвать? Если и должна была, то не получилось. Тотхем даже снял картинку со стены и посмотрел на обратную сторону — ничего.

Ну, да упрямства ему не занимать, так что он придирчиво осмотрел все имевшиеся в помещении изображения — ничего, ничего и снова ничего. Вполне ожидаемо.

Потом Тотхем проверил все ящики и щели, заглянул в угол под лестницей и, так ничего и не обнаружив, снова поднялся наверх. Солнце подбиралось к зениту, а значит, прошло не менее трёх часов с момента пробуждения. А он и не заметил.

Ну, хорошо. Что такого меморабельного можно найти здесь?

На первый взгляд казалось, что здесь и места нет, чтобы спрятать хоть что-то. Но исследование тумбы, на которой крепилась система линз, принесло неожиданный результат. Один из элементов конструкции оказался незакрепленным, и сняв его, Тотхем обнаружил тайник. Хотя какой там тайник, если тот, кто его оборудовал, сделал всё, чтоб найти его оказалось предельно просто?

Дурацкие игры! Почему нельзя было сказать напрямую, чего именно хочешь добиться?

Опустившись на колени, Тотхем заглянул внутрь. Тайник содержал книги. Целая стопка покрытых пылью увесистых фолиантов, доставать которые пришлось по одному. Вытащив последний, Тотхем снова заглянул в тайник, и только сейчас заметил металлический отблеск у дальней стенки. Пришлось лечь на пол и хорошо так потянуться, но ухватить загадочный предмет удалось только с третьей попытки.

Тотхем чувствовал под пальцами что-то тонкое, твердое и прохладное. Вытащив штуку на свет, он с удивлением рассмотрел увенчанный кольцом крест из отличающего синевой металла, как раз ложившийся в раскрытую ладонь.

Анх, ключ жизни. Ещё один символ древних богов. Интересно, это тоже должно что-то значить?

***

Утро было хмурым и серым, как, впрочем, и все остальные дни в этом мрачном мире.

Надин сидела в «Кочевнике», обхватив руками чашку с горячим кофе и безотрывно смотрела на пустыню, казавшейся какой-то ненастоящей под низко нависшими тучами. Кроме неё в этот ранний час в кафе была всего пара посетителей: неряшливого вида парни заняли столик в углу и молча поглощали обильный завтрак, состоявший из большого количества жареного мяса и горки пышных румяных лепёшек, от которых шёл дразнящий аромат. На девушку они внимания не обращали, да и Надин вскоре почти забыла об их присутствии.

Всё тот же бритоголовый, одетый в серую вязаную жилетку на бугрящееся мышцами тело верзила, принёс Надин завтрак: горка румяных оладьев, политых сиропом.

— Ещё кофе? — поинтересовался он.

Надин опустила глаза на свою не опустевшую и наполовину чашку, отрицательно качнула головой.

— Зовите, если что понадобится, — широко улыбнулся верзила. — Я — Соббе, владелец этого притона.

— Надин, — в ответ представилась девушка, — не наговаривайте на своё кафе, Соббе. Очень приятное место.

— Это вы у нас вечером не были, — усмехнулся Соббе и вернулся к своим обязанностям.

Вечером... Надин подумала, что надо будет обязательно снова вытащить сюда Арсэта, когда он вернётся. И, конечно же, вечером. Похоже, здесь действительно бывает весело.

Только когда же он вернётся, этот Арсэт? Надин не слишком переживала, что с ним что-то может случиться. Он всегда знает, что делает и, не смотря на кажущееся безрассуство, всегда трезво оценивает риски. Плохо только, что он снова не посвятил её в свои планы, и даже приблизительно не намекнул, когда вернётся. Впрочем, скорее всего, в этот раз он исчез не меньше, чем дней на пять. Иначе не стал бы запрещать охоту.

Ох, Арсэт... Почему он не может быть хоть немного откровеннее? Знает же, что Надин всегда на его стороне, что бы он там не задумал, во что бы не ввязался. Но — нет. Молчит, загадочно молчит. А ведь раньше, до того, как пришли в этот ненормальный мир, он был совсем другим. Беззаботным авантюристом, который любил приключения и просто наслаждался жизнью.

Здесь, в Джепте, у него появилась цель, планы и... беспокойство. Арсэт тщательно прятал его за видимой самоуверенностью и загадочностью, но Надин слишком хорошо его знала, чтобы не замечать малейшие изменения в его настроении.

А ещё, именно здесь, в этом мире, она вдруг поняла, что не имеет ни малейшего понятия, кем является её друг-работодатель-любовник, что скрывает его прошлое. И хотя на прямые вопросы он отвечает, но так запутано, что вопросов появляется ещё больше. Остаётся ждать и надеяться, что, как он и обещал, она узнает правду «когда всё закончится». Не самая радужная перспектива, но какие ещё варианты? Разве что попытаться разобраться во всём самой.

Арсэт будет недоволен. Но ему и не обязательно об этом знать.

На пороге «Кочевника» возник новый персонаж: невысокая, одетая в громоздкую кожаную куртку и потёртые штаны со множеством карманов девушка, с тёмными, обрезанными чуть выше линии плеч волосами и не вязавшкйся с нарочитой грубостью образа кошачьей пластикой.

Девушка замерла на секунду, обвела взглядом и закричала.

— Соббе! Ты куда спрятался? Тащи кофе, разговор есть!