'Фантастика 2025-63'. Компиляция. Книги 1-27 - Александр Майерс

— А вот шалашовки у вас зачетные! — произнес, наконец, Ржавый. — Особенно вот эта цыпа из забегаловки… Вот закончим здесь дела, надо будет к ней яйца подкатить! Че так вылупился, болезный? — заметив косой взгляд лесоруба, оскалился уголовник. — Тоже, небось, вдул бы ей со всем прилежанием, да по самые помидоры?

— Да ей здесь полдеревни бы вдуло, — едва сдерживаясь, чтобы не засадить кулаком по наглой морде, отвел взгляд в сторону Борис. — Только у неё мужик лютый. Не только за такие слова, но и за один косой взгляд яйца открутит!

— Ладно, посмотрим мы попозже на этого лютого. — Ржавый презрительно сплюнул на землю сквозь щель в зубах. — И не таких подвигали…

Он хотел еще что-то сказать, но появившийся маленький кривоногий грузин, нагруженный пакетами еды, оторвал его от «приятной беседы».

— Куда покласть, уважаемый? — Качнул он шуршащим на ветру полиэтиленом. — Все для вас упаковал! Кушайтэ на здоровье!

— В багажник «Крузака» кидай, — с важным видом распорядился уголовник, идя следом за поваром. — Пацаны, по коням! — распорядился он, когда пакеты с едой заняли свое место. — Э! Болезный! — Ржавый окликнул лесоруба. — Падай на переднюю сидушку, — указал уголовник. — Дорогу будешь показывать.

— Эт мы можем! Эт мы завсегда! — Втянув голову в плечи, засуетился Борис, семеня к указанному джипу. Запрыгнув в салон, лесоруб обернулся к Паше, с комфортом развалившемуся на заднем кожаном сиденье. — Нам туда! — И он ткнул пальцем в сторону исчезающей в небольшом и редком лесочке грунтовой дороги.

— Трогай, Шумахер! — произнес Ржавый, обращаясь к водителю. От небольшой дозы выпитой в рыгаловке алкашки, его отчего-то слишком сильно развезло, и теперь неслабо кумарило. Если бы он был немного потрезвее, то уже давно догадался бы, что местным пойлом что-то явно не так. Но мозги, одурманенные «добавкой» Вазгена, отказывались нормально соображать.

Две дорогие машины мчали на всех парах по разбитой грунтовке, подпрыгивая на многочисленных колдобинах, временами даже слегка цепляя днищем землю, когда разбитая тяжелыми лесовозами колея становилась слишком глубокой.

— Мля, в натуре жопа мира! — выругался в очередной раз Ржавый, основательно приложившись лбом в металлическую стойку кузова. — Куда ты нас завел, Сусанин? — грозно прикрикнул он на Бориса, ухватив его за воротник клетчатой рубашки.

— Так уже все, почти приехали, — сжался в комок лесоруб, изображая испуг. — Еще пара километров, и выскочим…

Неожиданно «Крузак» резко тормознул, вылетев из-за крутого поворота.

— Твою мать, Шумахер! — завопил Паха, не ожидавший такого развития ситуации и со всего маху воткнувшийся носом в переднее сиденье. — Совсем зенки залил?

Водитель ехавшего сзади «Мерина» тоже не успел остановиться и воткнулся капотом в бампер затормозившего перед ним японского джипа. Что-то громко хрустнуло, а следом донесся недовольный вопль из открытых окон пострадавшего «Мерседеса».

— Похоже, точно приехали, бугор, — произнес водитель, отзывающийся на погоняло Шумахер. — Только я тут ни при делах! Вон, какой-то дятел на всю дорогу раскорячился! — Указал он рукой сквозь лобовое стекло. Действительно, дальнейший проезд по одноколейной грунтовке напрочь перекрывал огромный тентованный КРАЗ. И объехать его никаких вариантов не было. — Это я еще вовремя среагировал…

Рыжий, кипя «праведным гневом», рванул ручку дверки, вываливаясь на дорогу. Подскочив к грузовику, заблокировавшему проезд, он вскочил на ступеньку и заглянул в кабину, в которой не обнаружилось ни одной живой души.

— Падла! — истошно заорал Ржавый, а звук его голоса подхватило эхо, разнеся по всему лесу. — Где шляется этот утырок? Я этому чушкану ноги самолично повыдергиваю и руки переломаю! — Продолжал бесноваться уголовник. — Всю жизнь, сука, на лекарство работать будет! Где? Где он?

— Не кричи, уважаемый! — подошел к нему Борис. — Может, по нужде отскочил, а может, по грибы собрался… Ща решим вопрос…

— Решит он… — продолжал рычать Паха, не обратив внимания, что лесоруб скрылся за грузовиком. — Решала выискался!

Пока он бесновался, остальные члены бандитской группировки вывалили на улицу всем калганом и сгрудились у места столкновения машин, оценивая повреждения.

— Че там, пацаны? — крикнул он, хотя и без того было заметно, что капот у «Мерседеса» встал домиком.

— Пи.дец капоту! — озвучил увиденное Шумахер. — А у «Крузака» бампер напрочь лопнул!

— Пи.дец этому терпиле, что свой тарантас на дороге оставил! — зарычал Ржавый. — До конца своей гребаной жизни не расплатится!

Ржавый не заметил, как за его спиной появился Борис, легко покручивающий крепкими руками тяжелый топор на длинной рукоятке. Увлеченные разглядываем повреждений дорогих тачек, никто из банды не заметил, как откинулся сторону кузовной тент, и над кабиной КрАЗа появилось двое суровых небритых мужиков, вооруженных охотничьими ружьями.

— Погнали, мужики! — крикнул Борис, вбивая обух раскрученного топора в плечо Ржавого. Что-то громко хрустнуло, видимо, раздробленная в кашу ключица уголовника.

— Понеслась душа в рай! — выдохнул один из мужиков, всаживая крупной картечью дуплетом из обоих стволов в сгрудившуюся группу залетных бандюганов. Чудовищным ударом разворотило грудь одного из бойцов Ржавого, забрызгав кровью всех, кто стоял поблизости. Но они даже испугаться не успели — буквально через секунду после первого выстрела, из придорожных кустов громыхнуло еще, и еще, и еще…

— Амба, мужики! Завязывай! — крикнул вылезший из леса Серый. — Здесь всех в сопли разнесло!

— Пока еще не всех, — хищно усмехнулся Борис, поставивший ногу на горло перепуганного до усрачки Ржавого.

Уголовник тихо поскуливал, держась рукой за изувеченное плечо. Лесоруб убрал ногу с горла и, демонстративно поигрывая своим чудовищным топором, обошел Ржавого, остановившись у его ног.

— Помнишь, — оскалившись, произнес он, — я говорил про лютого Катькиного мужика? А ты на него посмотреть хотел. Так вот, насладись напоследок — это я! — Топор легко взлетел над головой лесоруба и упал вниз, набирая скорость…

[1]Бельмондо — отмороженный дурак (уголовный жаргон).

[2]Бажбан — дурак (уголовный жаргон).

[3]Штымп — он же фраер, обычный человек (уголовный жаргон).

[4]Елдачить — болтать (уголовный жаргон).

Глава 9

Через несколько минут, когда серое лицо Махмуда слегка порозовело, Валек спросил отчима:

— Ну, чего, бать, полегчало?

— Полегчало, Валька, — отозвался старикан, оживая на глазах. — Давно так моторчик не прихватывало.

— А я тебе о чем? Завязывай с левой инициативой! Загнешься