Первый контакт - Мюррей Лейнстер

Аборигены, которые их притащили, торопливо положили скафандры на землю. А потом, немного повозившись, надели их. И тут же из черных блестящих существ, похожих на огромных муравьев, превратились в фигуры, удивительно напоминающие людей. Они направились к шатру.

Когда носилки остановились, эти странные существа выстроились у входа, как обычные слуги. Один из них, в полосатых брюках и жилете, ужасно походил на дворецкого из старой книги. Был среди них камердинер, два лакея, а также две одинаковые горничные.

Они производили сильное впечатление. Их плоть выглядела настоящей. На лицах застыло сдержанное уважительное выражение, как у превосходных слуг. У них даже глаза двигались, и у каждого было по две руки с пятью настоящими пальцами.

Вся эта маскировка — тела и одежда слуг — была сделаны из невероятно гибкого пластика, внутри которого расположились насекомоподобные пэсики. И хотя там находились совершенно чуждые человеку существа, со стороны они вполне могли сойти за людей.

— Господин, — начал дворецкий, — у нас есть радость! Добро пожаловать, господин! Вы отдыхать и есть, господин?

Стэннард незаметно ущипнул себя и выбрался из носилок. Еда не только выглядела привлекательно, но и вкусно пахла. Дворецкий отодвинул стул. Однако Стэннард прищурился и остался стоять на месте.

— Хм-м, — с сомнением проговорил он, — кажется, я видел ружье?

Раздался невнятный звук. Затем блестящее черное существо выскочило из шатра. Оно вложило ружье в человеческие руки одного из лакеев. Тот с почтительным поклоном вручил его Стэннарду. Он внимательно осмотрел ружье. Оно находилось в превосходном состоянии. Стэннард поднял ружье, прицелился в одну из веток и спустил курок. Энергетический луч ударил в дерево, последовала фиолетовая вспышка, ветка развалилась на куски, во все стороны повалил дым.

Стэннард опустил ружье. Это было оружие, и оно работало! Если пэсики собирались его убить после каких-то непонятных фокусов, то не стали бы давать ему в руки ружье, с помощью которого он мог прикончить десятки аборигенов.

— Ладно, — хмуро сказал он, — похоже, оно настоящее. Я позавтракаю. Что потом?

— Господина ждет дом, — похоронным тоном сообщил дворецкий. — Если господин пожелает, он отправится туда. Или пэсики построят ему новый дом здесь. Или в другом месте. В любом месте, где господин пожелает, пэсики построят его с радостью!

Стэннард решил усесться на стул. И стул, как и положено, слегка переместился вперед. Ему отменно прислуживали. Рядом постоянно находились два лакея, две горничных и дворецкий. Они вели себя с восторженным смирением. Вероятно, такими были слуги султана.

Не успевал он протянуть руку, как ему тут же подавали желаемое. Стоило на что-то посмотреть — и он это получал. Бокалы были наполнены. На столе стояли вина и земное виски, а также искристое вино с удивительно приятным ароматом. Стэннард осторожно пробовал разные напитки.

Нет, здесь что-то не так. Ему было необходимо подумать. У Стэннарда появилось ничем не обоснованное предчувствие, что все происходящее имеет какое-то отношение к работе, которую он должен был выполнить, когда произошло кораблекрушение.

— Хотите музыку, господин? — почтительно спросил дворецкий.

— Что? О да, конечно, — рассеянно ответил Стэннард. Со своего места он не слишком хорошо видел уходящую в лес тропу, по которой продолжали бегать черные поблескивающие существа, нагруженные все новыми и новыми предметами. Перед ним появился оркестр. Он выглядел как настоящий. Все музыканты были одеты в одинаковые костюмы. Он вдруг их узнал — оркестр под управлением знаменитого дирижера, видеозаписи которого десять лет назад покорили половину Галактики.

Такие же костюмы, как у слуг, — форма, которую пэсики надевали на себя, — воспроизводили фигуры и лица реальных музыкантов. В руках они держали инструменты. Оркестр заиграл. Превосходное исполнение известной записи, но вскоре Стэннард заметил, что движения оркестрантов не полностью совпадают с музыкой.

Более того, звук издавали не инструменты, он шел из диафрагм каждого пэсика, при помощи которых они говорили и производили любые другие звуки. Стэннарда это слегка шокировало.

Затем появились танцоры, и Стэннард едва не вскочил на ноги. Они были стройными и грациозными — Стэннард не сомневался, что пэсики внимательно изучили видеозаписи и научились танцевать, как люди. Но они оставались пэсиками, одетыми в пластиковые скафандры-маски. И все же они удивительно напоминали гибких земных девушек в открытых бальных платьях, танцующих под знойную страстную музыку.

Все это происходило под ярким солнцем, и Стэннард наблюдал за представлением из шатра, расположенного на небольшой прогалине, окруженной странными деревьями с двояковыпуклыми листьями. А вокруг него толпились черные блестящие пэсики, наблюдавшие за Стэннардом. Что-то здесь было неправильно.

И каждая из изящных танцующих фигур была лишь черным блестящим существом в эффектном костюме, старательно развлекающим человека, который являлся — как они утверждали — их господином.

Почему-то Стэннарду было немного не по себе.

Сутки на Пэсике длились двадцать два часа. Девушку Стэннард увидел только на третий день. За это время несколько раз возникали моменты, когда ему казалось, будто он сходит с ума, а предчувствие, твердившее, что происходящее как-то связано с полетом «Снарка», казалось ему абсурдным.

Впрочем, несколько раз он испытывал искушение забыть обо всем и принять ситуацию такой, какая она есть. А иногда ему ужасно хотелось что-нибудь сломать.

Пэсики раздражали. В их показном смирении было нечто вызывающее отвращение — к тому же Стэннард не мог забыть самозабвенную радость, с которой они танцевали, когда обнаружили, что разбился земной корабль со всем экипажем.

Пэсики встречали пробуждение Стэннарда счастливыми криками и песнями, ловили каждое его слово, словно оно было полно невероятной мудрости, демонстрировали удивительную изобретательность, чтобы показать свое обожание. Так или иначе, Стэннарда периодически охватывал страх.

На третье утро, когда он проснулся, возле его постели появился камердинер. Кровать, как и все вокруг, в том числе и дворец, куда его отнесли, была дешевой и фальшиво изящной с виду. Здание выстроили сами пэсики по приказу человека, который явно изучал жизнь аристократов по видео.

— Господин, — угодливо заговорил камердинер, — вас придет навестить человек-господин. Через два часа.

Стэннард скатился с постели. Пэсик в костюме камердинера помог ему одеться. Стэннард ходил в комбинезоне, который был на нем в момент катастрофы. Как только он застегнул пояс, камердинер протянул ему еще один, с двумя закрепленными на нем бластерами.