Из Тени (Dragon Age) - Krilena

сын скрылся в этих зарослях и своим заклинанием хотел лишь убедиться, заодно уличить маленькую подельницу во лжи. Однако Тень говорила ему совсем о другом, и у мужчины не было повода сомневаться. Он ведь верил как в свои знания и силу, так и в силу своих заклинаний. Сопляк пусть и с огромным потенциалом, но до конца необученный не мог его обойти.

Солдат магистра, всё так же стоящий в дверном проходе, получил приказ от хозяина и тут же стрелой улетел строить своих подчинённых. Сам же магистр так же не медлил и без каких-то прощальных церемоний покинул комнату. Хозяин дома увязался следом, чтобы получить наконец обещанную оплату, напоследок только приказал дочери привести себя в порядок.

Девушка едва дождалась момента, когда голоса и топот тяжёлых сапог за дверью стихнут. А когда же это наконец-то произошло, она тут же, надевая впопыхах халат, чтобы больше не позориться, снова скрылась в зарослях своего сада. Найти место, где до этого отсиживался ночной вторженец, ей труда не составило.

Не знала девчонка, хотела ли она там увидеть нарушителя покоя этого вечера. Будет лучше, если выяснится, что он действительно уже далеко, в лесу, как и показало заклинание, если всё закончится, и когда-нибудь позже она узнает, смог ли хоть этот парень достичь своей мечты? Или всё-таки лучше пусть выяснится, что её магическое образование скудно и юноша каким-то образом обхитрил магистра, и пусть он всё там же и сидит, а у неё будет возможность помочь тому, кто, в отличие от неё, не смирился с клеймом своего происхождения и осмелился побороться за свободу?

Казалось, что с уходом гостя она потеряет что-то важное, но, если он останется, она ввяжется во что-то опасное.

С замиранием сердца юная магичка подошла к любимому углу её вьюна, аккуратно, выглянула из-за листвы и теперь могла точно сказать, что парень никуда и не делся. Даже улыбнулся и помахал ей, когда увидел в проходе. Тогда-то вместе и с неуверенностью, и радостью к девушке пришло и удивление. Одно дело думать, что ты что-то не понимаешь в магии, и совсем другое — убедиться лично. Ведь заклинание магистра точно показало, что парня здесь быть не может, он уже сбежал. А нет, вот он — перед её глазами.

— Это… это ты обманул сканирующее заклинание? — всё ещё не веря, спросила девушка.

Юноша тут же горделиво приосанился и широко заулыбался, точно довольный своей шалостью мальчонка.

«Ничего себе шалость», — мысленно присвистнула девушка. Она даже не могла предположить, что именно он сделал, но знала, что на подобное вмешательство в заклинание другого мага способен маг как минимум той же силы. Это что ж получается, этот юноша, когда вырастет и обучится, будет равен архонту, а то и самим Верховным Жрецам?! Магессе эта мысль казалась просто невероятной. С другой стороны, теперь она понимала, почему был так разъярён его отец: для любой семьи лишение такого наследника — катастрофа. А это, значит, и преследовать его будут ещё долго.

И всё же это замешательство не остановило девушку от желания по-настоящему заняться порезанной рукой парня, как раз теперь, с уходом ищеек, это стало возможно. Отправившись за чистыми повязками, которые она всегда хранила в комнате на случай, если какой-нибудь зелёный недотрога её поранит, девушка приказала позднему вторженцу оголить руку до локтя. Заодно очень вовремя в комнату зашла служанка с тазом чистой воды, который приказал принести отец, но который сама девушка решила использовать по-своему.

Юноша не стал мешать проявлять инициативу, а, как и следовало внезапному гостю, вёл себя послушно. Так что когда девушка опять вернулась к нему со всем необходимым, он уже сидел, скинув верхнюю походную куртку и, как его и просили, закатав рукав рубашки по локоть. Это не только позволило девушке начать задуманную процедуру лечения, но и увидеть то, что обычно было скрыто от окружающих.

— Это он тебя так? — ахнула юная магесса, разглядев на руках парня множественные синяки и ссадины от хлёстких ударов. А из-за того, что его свободная рубашка была открыта в области груди, то и там виднелись травмы того же происхождения.

Ответ его был самым скупым — обычный кивок. Парень даже растерял свою слишком уж радостную улыбку, вернул привычную выдрессированную строгость как защиту от не лучших эмоций и стыда. Очевидно, собственные постыдные побои это точно не то, чем бы любой юноша захотел впечатлить понравившуюся ему девушку.

Заметив, как изменилось его настроение, магесса благоразумно не стала продолжать докучать ему своим любопытством, а только начала приводить в порядок его руку.

Так они и просидели в тишине, пока рука не оказалась очищена от крови и грязи, а растительная плёнка, остановившая кровь, не убрана каким-то там опять известным одной только девчонке способом. Когда же она приступила к магическому лечению ранения, юнец не стал вмешиваться и говорить, что с этим он, сильный маг, мог справиться и сам. Он, лишь вспомнив, что отныне не обязан постоянно держать маску хладнокровного спокойствия, вновь позволил себе улыбку. Невинная забота, чем бы она ни была вызвана, новой знакомой ему нравилась.

— Это всё ты вырастила? — отвлекли парня от одних хороших мыслей другие, которые возникли от осмотра оранжереи.

— Да, — ответила девушка, но заметно погрустнела, потому что привыкла, что такой вопрос обычно не несёт ничего хорошего и что сейчас её опять будут учить, чем приемлемо заниматься леди, а чем — нет.

— Впервые вижу столько эльфийских растений, — вопреки её ожиданию парень говорил совсем о другом и из любопытства протянул руку к стеблю вьюна, который долго думать не стал, а тут же поспешил отползти от чужого магического источника. — Только не понимаю, почему ты их держишь в комнате. Они же приучены к свободному пространству.

— Отец разрешил мне разводить сад только вдали от посторонних глаз.

— Почему?

— Мало, кто видит в таком саде что-то красивое. Это же всё даже не наша традиция, — вздохнула девушка.

Юноша согласился с её словами, вспомнив беседку в доме, которой архитектор, её проектирующий, будто хотел стыдливо прикрыть остальной сад.

— А мне здесь нравится. Красивое место, — с искренней улыбкой произнёс юноша, желая поднять настроение девушке, заметно погрустневшей от мыслей, что её увлечение не принимают.

— Спасибо.

Получилось. Она улыбнулась, тем временем её щёки вновь начали краснеть в тон огненных волос. Может, её так смутил комплимент, а может, радость от понимания, что наконец-то хоть кто-то понял её…

В ту ночь два юных мага потратили ещё ни один час на непринуждённый разговоры обо всём