Противостояние - Стивен Кинг

– Да.

– Другие уходят или собираются уходить. Я знаю, кто они. Я знаю все имена. Уитни… Кен… Дженни… о да, я знаю все имена.

– Тогда почему же вы…

– Почему я не положу этому конец, так? Я не знаю. Может быть, лучше, чтобы они ушли. Но ты, Ллойд… Ты мой преданный и верный слуга, правда?

– Да, – прошептал Ллойд. – Да. Наверное, это так.

– Без меня ты был бы способен только на мелкие проделки, даже если сумел бы выбраться из тюрьмы.

– Да.

– Этот парень Лаудер знал об этом. Он знал, что я могу сделать его сильнее. Выше. Вот почему он шел ко мне. Но он был слишком переполнен мыслями… слишком переполнен… – На лице его появилось недоумение, и он неожиданно стал выглядеть гораздо старше. Потом он махнул рукой, и улыбка снова расцвела у него на губах. – Возможно, дела действительно идут плохо. Возможно, это так, по причине, которую даже я не могу понять… но у старого волшебника есть еще в запасе несколько фокусов, Ллойд. Один или два. А теперь слушай меня. Мы не должны терять времени, если хотим остановить этот… этот кризис доверия. Если мы хотим убить его в зародыше. Завтра мы разберемся с Андервудом и Брентнером. А теперь слушай меня внимательно…

Ллойд лег в постель только после полуночи, а заснул уже под утро. Он говорил с Рэт-Меном. Он говорил с Полом Берлсоном. С Барри Дорганом, который согласился с тем, что распоряжение темного человека может – и должно быть – выполнено до рассвета. На парадной лужайке перед входом в «Гранд-Отель» в десять часов вечера началось строительство. Там работала бригада из десяти человек, вооруженная сварочными аппаратами, молотками и хорошим запасом стальных труб. Они сваривали трубы на двух автоплатформах напротив фонтана. Зрелище сварки вскоре привлекло целую толпу.

– Смотри, мама-Энджи! – закричал Динни. – Фейерверк!

– Да, но все хорошие мальчики в это время уже ложатся в постельку. – Энджи Хиршфилд уводила ребенка в сторону, и сердце ее было охвачено тайным страхом того, что творится что-то ужасное, возможно, даже более ужасное, чем супергрипп.

– Хочу посмотреть! Хочу посмотреть на искорки! – вопил Динни, но она быстро увела его прочь.

Джули Лори подошла к Рэт-Мену – единственному парню, который казался ей слишком жутким, чтобы спать с ним… – ну, разве что в случае крайней нужды. Его черная кожа мерцала в бело-голубом сверкании сварочных аппаратов. Он был одет как пират – широкие шелковые штаны, красный пояс и ожерелье из серебряных долларов на жилистой шее.

– Что тут творится, Рэтти? – спросила она.

– Рэт-Мен ничего не знает, дорогая, но он предполагает. Да уж, это точно. Похоже, завтра предстоит черная работа, очень черная. Не хочешь на минутку отойти с Рэтти в сторонку, дорогуша?

– Может быть, – сказала Джули, – но только если ты знаешь, что тут происходит.

– Завтра весь Вегас будет об этом знать, – сказал Рэтти. – Пошли с Рэтти, дорогуша, и он покажет тебе одну забавную штуку.

Но Джули, к великому неудовольствию Рэт-Мена, ускользнула прочь.

Когда Ллойд наконец заснул, работа была закончена, и толпа разошлась. На каждой из автоплатформ стояло по большой клетке. Справа и слева в каждой клетке были оставлены квадратные отверстия. Неподалеку стояли четыре машины с буксирными крюками. К каждому крюку была прикреплена тяжелая стальная цепь. Цепи змеились по лужайке перед «Гранд-Отелем», и каждая заканчивалась как раз у одного из четырех квадратных отверстий в клетках.

К концу каждой цепи был прикреплен стальной наручник.

Утром тридцатого сентября Ларри услышал звук открывающейся двери в дальнем конце коридора. Послышались быстро приближавшиеся шаги. Ларри лежал на тюремной койке и (думал? молился?)…

Это было одно и то же. Но что бы это ни было, застарелая рана внутри него наконец-то зажила, и он пребывал в мире с самим собой. Он ощутил, как два человека, которыми он был всю свою жизнь – реальный и идеальный, – слились в единое живое существо. Такой Ларри понравился бы своей матери. И Рите Блэкмор. Уэйну Стаки никогда бы не пришлось открывать такому Ларри глаза на ситуацию. Даже специалисту по оральной гигиене такой Ларри вполне мог бы приглянуться.

«Скоро я умру. Если есть Бог – а я начинаю думать, что Он есть, – то это Его воля. Мы умрем, и каким-то образом благодаря нашей смерти всему этому настанет конец».

Он подозревал, что Глен Бэйтмен уже умер. Вчера из соседнего крыла до него донесся звук выстрелов. Именно в том направлении и уводили Глена. Ну что ж, он был стар, и его мучил артрит, а что бы там Флегг ни заготовил для них на сегодняшнее утро, вряд ли приходится ждать чего-нибудь приятного.

Шаги остановились рядом с его камерой.

– Вставай, сукин сын, – позвал его радостный голос. – Рэт-Мен пришел за твоей бледной задницей.

Ларри оглянулся. У двери камеры стоял ухмыляющийся чернокожий пират с ожерельем из серебряных долларов на шее и обнаженной саблей в руке. Из-за его спины выглядывал очкастый бухгалтер. Берлсон, так, кажется, его звали.

– Что такое? – спросил Ларри.

– Дорогой мой, – сказал пират. – Это конец. Самый-самый конец.

– Хорошо, – сказал Ларри и встал.

Берлсон быстро заговорил, и Ларри заметил, что он испуган.

– Я хочу, чтобы вы знали, что это не моя идея.

– Насколько я понимаю, ничто здесь не является вашей идеей, – сказал Ларри. – Кто был убит вчера?

– Бэйтмен, – ответил Берлсон, опустив глаза. – При попытке к бегству.

– При попытке к бегству, – пробормотал Ларри и расхохотался. Рэт-Мен присоединился к нему.

Дверь камеры открылась. Берлсон вошел внутрь с наручниками. Ларри не оказал никакого сопротивления; только вытянул руки. Берлсон надел наручники.

– При попытке к бегству, – сказал Ларри. – Когда-нибудь и вас застрелят при попытке к бегству, – сказал Ларри. – Когда-нибудь и вас застрелят при попытке к бегству, Берлсон. – Он перевел взгляд на пирата. – И тебя тоже, Рэтти. При попытке к бегству. – Он снова засмеялся, но на этот раз Рэт-Мен не поддержал его. Он хмуро посмотрел на Ларри и стал поднимать свой меч.

– Опусти эту штуку, чертов козел, – сказал Берлсон.

Втроем они вышли из камеры: Берлсон впереди, потом Ларри. Рэт-Мен замыкал шествие. Когда они вышли за пределы крыла, к ним присоединились еще пять человек. Одним из них был Ральф, тоже в наручниках.

– Эй, Ларри, – скорбно сказал Ральф. – Ты слышал? Они сказали тебе?

– Да.

– Ублюдки. Скоро им крышка, верно?

– Да.

– Заткните пасти! – прорычал один из охранников. – Это вам крышка. Сейчас посмотрите, что вас ожидает. Очень веселое развлечение.