Упивающийся (СИ) - TialGrimm

— Ты постоянно отводишь от меня взгляд, да и в целом держишься на расстоянии. Обычно мы идём ближе друг к другу и на одном уровне, а сейчас ты идёшь впереди меня, не желая приближаться. Так что, Момо, просто скажи мне честно, чем я тебя обидел и за что должен себя ненавидеть?

— Ни за что. — Момо резко остановилась. — Ты не должен ни за что себя винить. Как ни крути, а ничего плохого ты на самом деле не сделал. — «Во всяком случае намеренно».

— Тогда в чём проблема? Ты бы не стала так себя вести без причины.

-… Можно кое о чём тебя попросить?

— Я тебе когда-то в чём-нибудь отказывал?

— Нет, не отказывал. В таком случае, я хочу спросить тебя кое о чём, и прошу от тебя честного и искреннего ответа, без лжи и утаиваний. Если тебе этого не…

— Задавай. Если смогу ответить, то сделаю это максимально честно, без вранья и недоговорок.

-… Смотри, я тебя за язык не тянула. Скажи, те слухи об освобождении Куроки Тоджо от статуса преступника. Это ведь твоя инициатива, правда?

— Да, это было моим пожеланием Люциферу за победу над Фенексом.

— И эта самая некомата сейчас действительно живёт с тобой, как и её младшая сестра?

— Да, обе некоматы сейчас живут у меня дома.

— Понятно. — лицо Момо стало ещё более грустным, так что она старалась не показывать его Арате. — Курока. Это ведь она была той самой кошкой, да? Куро, кажется так ты её звал, до момента моего переезда.

— Да, этой кошкой действительно была Курока, правда сам я об этом узнал гораздо позже, буквально несколько лет назад.

— Ясно. И… какие между вами сейчас отношения?

— Отношения… она дорога мне, очень.

— То есть ты любишь её?

-… Да, я действительно её люблю. Больше собственной жизни.

-… Понятно. — «Вот значит как. А я ещё сомневалась в этом. Выходит у меня изначально не было и шанса». — сейчас Момо улыбнулась, но в этой улыбке не было ни намёка на радость и веселье, только грусть. Глаза же демоницы начали слегка слезиться, но она смогла подавить это, хоть эмоции никуда не делись.

— Ты попросила меня быть честным, поэтому я не буду ничего утаивать. Обе некоматы за время моего знакомства с ними успели стать мне отнюдь не безразличными, как и ты.

— Как и я? А это вообще значит? Ты только что сам сказал, что любишь эту некомату, и если я всё правильно поняла, то именно ради неё ты тогда устроил весь этот фарс с Фениксом и ареной. Ты ради них двоих пошёл на такое, и при этом сравниваешь их же со мной? Что за глупости. — Момо всеми силами пыталась сдержать свои эмоции и не влить их в свой голос, особенно осуждение и горечь, но часть из этого так или иначе всё равно прорвались наружу, не смотря на все усилия демоницы.

— А с чего вдруг ты в этом сомневаешься? Я вроде бы не давал тебе ранее поводов думать иначе. Или ты думаешь что из-за наличия двух сестёр в моей жизни я стану хуже относиться к тебе? Будь это так, и я бы совершил своё первое убийство с совершенно иным мотивом. — Арата слишком поздно понял, что в конце ляпнул лишнего, из-за чего рефлекторно, дёрнулся, но идущая чуть впереди Момо всё очень отчётливо услышала, из-за чего её грусть сменилась непониманием.

— Что? Ты сейчас о чём?

— Да так, неважно, глупость сказал.

— Арата, что ты только что сказал? — Момо уже едва ли не в плотную приблизилась к нему.

— Неважно.

— Арата, ты обещал давать мне честный ответ на мои вопросы, так что не увиливай. О чём ты сейчас говорил?

— Момо, ты сейчас и так задала достаточно вопросов, а отвечать на это мне… стыдно.

— Просто ответь на вопрос, хватит ломаться.

— Хммм. Помнишь мою тираду в клубе Гремори, когда вскрылась моя странность? — на это Ханакай утвердительно кивнула. — Там я вроде упоминал о том, что убил своего первого отступника в детстве. Собственно, он и был моей первой жертвой. — «В реальном мире, но сейчас это не важно».

— И при чём тут твоё отношение ко мне?

— Оно имеет к этому прямое отношение. Это был тот самый отступник, убийства которого на тот момент взбудоражили весь Куо, и… отчасти я пошёл убивать его из-за возможной опасности для себя и родителей, но кроме этого мною двигала… обида.

— Обида? Но за что?

— За тебя. Точнее за твоё исчезновение из моей жизни.

— М?

— Я… чёрт, как же стыдно это говорить, особенно тебе. — теперь уже Арата отводил взгляд от заинтересованной Момо. — Когда мы с тобой впервые встретились в академии, а я говорил о том, что скучал по тебе, я не врал и не преувеличивал. Мне действительно долгое время было одиноко без тебя, и я помнил о причастности того демона к твоему переезду хоть и косвенной. Мне… я просто не мог не отомстить ему за причастность к нашему расставанию.

— Ты… подожди. Ты пошёл на бой с отступником, будучи ребёнком, и всё из-за обиды на… это? — сказать что Момо была в шоке от такого заявления, значит не сказать вообще ничего.

— Может я для многих и являюсь безэмоциональным бревном, но на самом деле эмоции у меня очень сильные, и осознание твоего отсутствия далось мне отнюдь не просто. Звучит дико, но я просто не мог поступить иначе. После такого я кажусь тебе ещё более сумасшедшим, правда?

Самому Арате было откровенно стыдно признаваться Ханакай в по сути своих детских капризах, а никак иначе он тот срыв своего разочарования на отступнике назвать не мог, но раз уж решился говорить всё честно, то так тому и быть. Хотя насколько стыдно Арате было это говорить, настолько же сильно было шоком для Момо это слушать. Девушка стояла в натуральном ступоре от услышанного, ведь ей сейчас фактически заявили о том, что она является причиной первого совершённого Аратой убийства. Так мало того, этим самым он фактически признался в уровне своей привязанности к ней. Вот уж к чему, а к такому признанию в своих искренних чувствах её жизнь не готовила. И что самое паршивое, эти слова возымели эффект.

— Что… Что ты… Да как ты додумался до такого… Дурак… — Момо вообще не понимала как ей ответить на подобное, у неё просто не было подходящих для этого слов.

— Знаю, впрочем и не отрицаю. Ну что, мне ещё нужно тебе что…

— Не двигайся.

— Хм?

— Просто замри на секунду.

— «Что, опять пощёчина от разволновавшейся подруги? Это ведь не превратится в тенденцию?».

Арата ожидал повторения сцены на арене, ведь ему казалось, что всё происходит в некотором смысле схоже с той ситуацией, правда а этот раз судьба решила выбить из колеи уже самого парня, причём самым неожиданным для него образом. Уже морально приготовившись к соприкосновению своего лица с ладонью Момо, Арата действительно почувствовал это касание, только вот это была не пощёчина, и даже не касание ладонью. Вместо удара, парень почувствовал как чьи-то губы легонько касаются его щеки, и это осознание вызвало у парня ступор. Уже через пару секунд ощущение прикосновения исчезло, Арата немигающим взглядом уставился на Момо, а сама девушка, опустив глаза, светила перед ним красными щеками.

— Считай это моим извинением. За произошедшее в академии. — слова давались демонице с явным трудом. — Извини, мне уже пора бежать. Х-хорошего тебе вечера.

Не давая парню ничего сказать, Момо почти мгновенно скрылась за поворотом, ведь тут их пути расходились, а начальное воплощение страха и отчаяния продолжило стоять в ступоре касаясь рукой своей щеки, которая буквально минуту назад получила лёгкий поцелуй от беловолосой демоницы.

— Что… Что сейчас… Я…

Хозяин. Кажется сейчас вы потерпели сокрушительное поражение.

— Ч-что?

Ваша подруга буквально сломила вас одним единственным касанием. Это ли не означает полное поражение?

-… Да… Частично… — «Чего это на неё нашло? С каких пор она… И почему я в таком шоке от этого?».

Пока Арата собирался с мыслями и пытался осознать произошедшее, Момо на настоящем ускорении уже подбегала к своему дому, полностью осознавая произошедшее и краснея от своих действий. Дойдя же до дома, Ханакай заранее перейдя на спокойный шаг закрыла за собой дверь, а после спиной прислонилась к ней, смотря себе под ноги.