Фантастика 2025-129 - Денис Старый

не ошиблись, но разработчики этих тестов посчитали иначе. В одном из последних вопросов от вас потребовали перечислить все диагностические обследования, которые потребуются для постановки диагноза. Вы выбрали ЭКГ. Решили проверить сердце. Почему?

— Очевидно, потому что так может себя проявлять нетипичный инфаркт миокарда, а точнее — его абдоминальная форма, — ответил он.

И это правда. Иногда инфаркт начинается с болей в животе. Пациента по ошибке направляют в хирургическое отделение, решив, что проблема в аппендиксе, желчном пузыре, кишечнике или других органах желудочно-кишечного тракта.

И реакция программы, которые проверяла ответы, абсолютно неадекватная.

— ЭКГ нужно выполнять любому пациенту. Плевать, что у него болит. Хоть задница! При госпитализации ЭКГ входит в стандартный перечень обследований, — произнёс я. — А в вашем случае, Дайго-сан, это не просто правильный ответ. Вы копнули в самую глубь и указали на проблему, из-за которой многие пациенты умирают без подтверждения верного диагноза. Считайте, что эти пять баллов у вас в кармане. Я подам апелляцию и добьюсь своего. Возвращайтесь к своим рабочим обязанностям, а мы с Акихибэ-сан и Оцухиро-сан продолжим.

— Так значит… Меня не увольняют? — обрадовался он.

— Не дождётесь. Вам ещё вечером в моей клинике дежурить. Так просто вы от меня не отделаетесь, — усмехнулся я.

Дайго Рэн покинул мой кабинет, а я, обратившись к девушкам, произнёс:

— Да, такое действительно бывает, коллеги. Болит живот, и никто даже не подозревает, что проблема в сердце. Никогда не забывайте проверять человека полностью. Хотя бы клинический минимум выполняйте. Иногда, заработавшись, даже самый способный врач упускает из виду такие детали. Вы же учитесь на чужих ошибках. Будьте внимательнее.

— Хорошо, Кацураги-сан! — хором ответили Акихибэ и Оцухиро.

— Так, теперь перейдём к вам, Акихибэ-сан, — произнёс я. — У вас ситуация похожая. Шестьдесят семь баллов. Не хватило всего трёх. Дайте мне несколько минут, я изучу ваш опросник.

С Акихибэ всё оказалось иначе. Её ответы на большинство задач приняли, и их было не оспорить, а вот в тестовых вопросах повышенной сложности она умудрилась потерять аж тринадцать баллов. Причём семь из них заслуженно. А вот остальные шесть баллов мы ещё могли отсудить.

— Акихибэ-сан, вас тут спросили насчёт гломерулонефрита — воспаления почек и их мельчайших структур — нефронов. Вы указали, что одним из главных симптомов этого заболевания является моча цвета мясных помоев. И даже расшифровали в отдельной стройке, отчего возникает такой цвет. Гематурия — кровь в моче. Верно?

— Да, Кацураги-сан, всё верно, — кивнула она. — Неужели это неправильный ответ?

— Здесь указано, будто гематурия — это вторичный признак. А вот отёки нужно было поставить на первое место. Но я с этим согласиться не могу. И отёки, и гематурия являются важными симптомами гломерулонефрита. Но у вас был только один вариант ответа, и вы выбрали верный. Даже пояснили, почему выбрали именно этот вариант. Тут ошиблись составители тестов. Очевидно, что отёки бывают и при других заболеваниях. При хронической сердечной недостаточности, при застое в системе кровообращения — вариантов полно. А вот «мясные помои» трудно увидеть в других ситуациях.

— И что же нам тогда делать? — поинтересовалась она.

— Аналогичная ситуация, как и с Дайго-сан, — ответил я. — Отправлю апелляцию. Отмечу, что проверяющие даже не пытались читать дополнительные комментарии экзаменуемых. Думаю, всё проверял компьютер, и ваши текстовые ответы никто даже просматривать не стал. Скорее всего, нам удастся отсудить шесть баллов. Но остальное… Тут вы ошиблись сами. Я скину вам результаты на электронную почту, изучите подробнее. Договорились, Акихибэ-сан?

— Да, Кацураги-сан, спасибо вам большое, — поклонилась девушка. — Надеюсь, как-нибудь получится выкрутиться.

Я был уверен на сто процентов, что Акихибэ Акико и Дайго Рэн смогут получить свои заслуженные баллы. Но с Оцухиро Комуги ситуация была действительно плачевной.

— Сорок три балла… — просматривая результаты Оцухиро, вздохнул я. — Не хочу вас обидеть, Оцухиро-сан, но ситуация и вправду плачевная. Если с Дайго-сан и Акихибэ-сан я мог хоть что-то сделать, тут всё совсем не радужно.

И это мягко сказано. Я влезал в голову Оцухиро во время экзамена и подсказывал ей ответы в те моменты, когда она сомневалась. Но по итогу оказалось, что везде, где она сомневалась, мы ответили правильно. А там, где она отвечала уверенно, вышла полная ерунда.

Другими словами, эти сорок три балла ей заработал я. Надо было вести её за ручку до самого конца теста, но я не думал, что она вообще способна допустить такое количество ошибок. И в данном случае дело даже не в министерстве. Вопросы в основном адекватные. Это Оцухиро допустила ошибки везде, где только можно.

И, думаю, это даже к лучшему. Если бы я посылал ей ответы на каждый вопрос, результат был бы абсолютно необъективным. Министерство действительно сильно подгадило многим моим коллегам, но и монстра из этой организации строить не стоит. Главная задача внеплановой аккредитации — отсеять врачей, которые не должны работать с пациентами.

И им это удалось.

— Оцухиро-сан, — после долгой паузы произнёс я. — Прочёл все ваши ответы. Максимум, что я могу сделать — отсудить ещё три балла. Но откуда мы возьмём ещё двадцать четыре? Сами должны понимать. Эту проблему мы уже никак не решим.

— Значит, мне всё-таки придётся… — с трудом сдерживая эмоции, выдавила она. — Кацураги-сан, я не хочу терять работу!

А нечего было заниматься ерундой всё это время! Не могу понять, как она вообще прошла вступительные испытания при трудоустройстве в «Ямамото-Фарм». Учитывая, как она решала свои проблемы до того, как я «починил» ей мозги с помощью «психоанализа», не удивлюсь, если эту должность Оцухиро Комуги получила далеко не самым честным способом.

Да и проблем от неё было слишком много. Постоянные жалобы от пациентов и коллег. Это — не тот случай, когда мне стоит бороться изо всех сил за свою сотрудницу. Будет лучше, если я спокойно приму вердикт министерства. И она подучится, и люди случайно не пострадают из-за её халатности.

— К сожалению, Оцухиро-сан, в вашем случае ничего изменить уже не получится, — прямо сказал я. — Эитиро-сан сообщит, когда поступит приказ об увольнении. Как я и сказал, это займёт неделю — не больше. Но вам ничто не мешает пройти специальный курс и сдать экзамены заново. На это уйдёт месяца два.

— Я не могу, придумайте что-нибудь, пожалуйста! — начала умолять она. — У меня… У меня