Речные заводи. Том 2 - Ши Найань

– Ну, башку этого лысого осла я раздроблю одним камнем, – проговорил Чжан Цин.

Между тем Лу Чжи-шэнь притворился, что не видит своего противника, и продолжал большими шагами идти вперед. Он совсем позабыл о том, что нужно принять меры предосторожности. И вот, когда он шел, Чжан Цин, сидя на своем коне, крикнул: «Попади!» – и метнул камень прямо в голову Лу Чжи-шэня. Из раны хлынула кровь, и Лу Чжи-шэнь упал навзничь. В тот же момент все бойцы Чжан Цина с боевым кличем бросились вперед. Тогда У Сун, взмахнув своими кинжалами, рискуя жизнью, ринулся на выручку Лу Чжи-шэня. Захватив подводы и убедившись, что они действительно нагружены зерном, Чжан Цин остался очень доволен, не стал преследовать Лу Чжи-шэня и, охраняя захваченный обоз, вернулся с ним в город.

Такая удача очень обрадовала также и начальника округа. Он лично принял доставленное зерно. Чжан Цин решил сейчас же выступить снова, чтобы захватить лодки. Начальник округа напутствовал его словами:

– Смотрите, уважаемый командир, будьте осторожны!

Чжан Цин вскочил на коня и помчался к южным воротам.

В это время на реке можно было видеть бесчисленное множество лодок с продовольствием. Чжан Цин крикнул, чтобы открыли ворота, и весь его отряд с боевым кличем ринулся на берег. В этот момент все небо заволокло тучами, вокруг повис густой туман. Бойцы оглядывались, но в наступившей темноте не могли разглядеть даже своего соседа. Это действовала магия Гун-Сунь Шэна. Чжан Цин перепугался так, что у него даже в глазах потемнело. Он хотел отступать, но не мог найти дороги. То тут, то там раздавались воинственные кличи, но где находились войска противника, понять было нельзя.

В это время Линь Чун во главе закованных в броню всадников погнал отряд Чжан Цина прямо к воде. А в реке в одну линию расположились восемь главарей – Ли Цзюнь, Чжан Хэн, Чжан Шунь, три брата Юань и два брата Тун. Все попытки Чжан Цина спастись оказались тщетными. Он был пойман братьями Юань, которые связали его и направили в свой лагерь. А командиры флотилии помчались доложить об этом Сун Цзяну.

Между тем У Юн торопил всех главарей штурмовать город. Начальник округа, растеряв всех своих командиров, не мог, конечно, один устоять против наступающих. Вокруг города рвались ракеты, ворота были сорваны.

Начальник округа от страха не знал куда деваться.

Отряды Сун Цзяна с боем ворвались в город и прежде всего освободили Лю Тана. Затем они раскрыли склады, часть продовольствия отправили в Ляншаньбо, а другую часть раздали населению. Начальника округа, поскольку он был человеком честным и не взяточником, не тронули.

И вот Сун Цзян и его молодцы собрались в управлении округом. Вскоре главари флотилии привели Чжан Цина. Не одного из их товарищей ранил Чжан Цин, и все они от гнева скрежетали зубами, готовые броситься на Чжан Цина и убить его. Однако Сун Цзян пошел ему навстречу и почтительно проговорил:

– Мои люди случайно оскорбили ваше достоинство, но я очень прошу вас не сердиться на них. – И он пригласил Чжан Цина пройти в зал.

Однако не успел он договорить, как Лу Чжи-шэнь, у которого голова была обвязана платком, с посохом в руках ринулся вперед, горя желанием избить Чжан Цина. Но Сун Цзян остановил Лу Чжи-шэня, выбранил его и заставил отойти. Чжан Цин же, увидев, как справедлив Сун Цзян, почтительно склонился перед ним до земли и заявил о своей готовности служить ему. Тогда Сун Цзян взял чашку, выплеснул из нее вино и, разломав пополам стрелу, поклялся:

– Дорогие друзья! Тому из вас, кто вздумает мстить этому человеку, само небо не будет помогать, и он погибнет от меча.

После этого уже никто из присутствующих не осмеливался что-нибудь сказать. Настроение поднялось, все стали шутить, смеяться и готовиться в путь. Тут Чжан Цин подошел к Сун Цзяну и посоветовал ему взять с собой проживавшего в Дунчанфу врача, лечившего лошадей. У врача была двойная фамилия Хуан-Фу, а имя Дуань. Он хорошо понимал в лошадях, знал, как их лечить в холод и в жаркую погоду, и когда прописывал какое-либо средство или же делал прививку, то не было случая, чтобы лошадь не поправилась. Тут с ним мог сравниться только древний Бо Лэ. Врач этот родом из Ючжоу. Он очень похож на чужеземца. У него голубые глаза и рыжая борода, и его прозвали «Рыжебородым». В Ляншаньбо такой человек может принести большую пользу. Поэтому следует его пригласить и взять в лагерь также его семью.

– Если Хуан-Фу Дуань согласится поехать вместе с нами, я буду счастлив, – сказал обрадованный Сун Цзян.

Тогда Чжан Цин тотчас же сходил за врачом и представил его Сун Цзяну и остальным главарям. У врача была необычная наружность: голубые глаза с темными зрачками и вьющаяся борода ниже пояса. Сун Цзяну очень понравилась его благородная внешность. В свою очередь Хуан-Фу Дуань был покорен учтивостью и справедливостью Сун Цзяна и выразил свою готовность отправиться вместе с ними в Ляншаньбо, что доставило огромную радость Сун Цзяну. После того как Сун Цзян произвел смотр своим отрядам, главарям был дан приказ подготовить к выступлению своих бойцов, а также обозы с продовольствием и ценностями. Итак, весь провиант, захваченный в этих двух городах, направлялся в лагерь. Войска двинулись в путь.

В пути ничего особенного не произошло. Вскоре все прибыли в лагерь и собрались в Зале верности и справедливости. Сун Цзян приказал освободить Гун Вана и Дин Дэ-суня и, когда их привели, постарался утешить добрыми словами и хорошим отношением. Оба командира почтительно склонились перед Сун Цзяном до земли и выразили готовность служить ему. Прибывшему в лагерь Хуан-Фу Дуаню было поручено лечение лошадей.

Дун Пин и Чжан Цин тоже стали главарями в горном лагере.

Сун Цзян был очень рад и немедленно распорядился устроить в их честь пиршество. Все собрались в Зале верности и справедливости и уселись по порядку. Предводителей было много, как раз сто восемь человек. И вот Сун Цзян начал говорить:

– С тех пор как мы собрались в горах, у нас, куда бы мы ни ходили, нигде не было неудач. И все это благодаря покровительству неба, а не заслугам людей. Я стал вашим руководителем, и этим я обязан исключительно вашей храбрости, уважаемые братья. А сейчас я хочу кое-что сказать вам и прошу вас выслушать меня.

– Мы готовы выслушать ваши указания, уважаемый брат, – сказал У Юн.

И тогда Сун Цзян, обращаясь к предводителям, стал