Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков

отчитаюсь. Ах, вы требуете?.. Только через мой труп. И через трупы сотни-полторы тех, кого я прихвачу. Кто первый?..»

Желающих почему-то не находилось.

…Долгожданный Джимми вошёл в апартаменты Номи, в которых мы всей толпой (исключая несчастного Гана, что томился в ангаре, по-прежнему пребывая в полной боевой готовности) окопались, и буднично сказал, на спаме, конечно же:

– Хэллоу, Джонни-бэби.

И мы с удивленьем замечаем, что в ледяных глазах супердядюшки стоят слёзы. К собственным сыновьям таких горячих чувств он открыто не проявлял. Ни фига себе, – переглядываемся мы, – что ж это с несгибаемым реставратором деется-то?!

– Хэллоу, дадди, – отвечает законный Наследник, встаёт, пошатнувшись, и делает шаг навстречу… кому?!! На спаме «дадди» – ПАПОЧКА. Не дедушка и не дядюшка. Вот это но-омер…

«Ясный пень, – говорят мне шевелящиеся уши Ррри. – Зырь на ихние фэйсы. Копия! То, что мы принимали за общее родовое сходство Стюартов – самое что ни на есть семейное! Мама Королева не с булгахтером шуры-муры водила, оказывается. Ну Джимми, ну кобель! Настоящий мужчина! Слюнтяй Майки-то – не младшой, а средний сын… Младшенький, любименький – вот он, герой эпопеи!».

– …Предупреждая ваши закономерные вопросы, леди и джентльмены, информирую, что мой брат, король Джон Восемнадцатый, светлейшая ему память и ныне и присно и во веки веков, не мог иметь детей, к несчастью. – Говорит милорд Джеймс нам.

Августейшие отец и сын, пообнимавшись и полобызавшись как нормальные человеки, встретившиеся после долгой разлуки (ничто человеческое не чуждо и супермэну Джимми, выясняется!), наконец-то поворачиваются к нам, «простым» смертным.

– Суровые каноны экскалибурского престолонаследия, – продолжает милорд, – не позволяли прибегать ни к помощи магии, которая могла бы решить проблему вмиг, ни к помощи науки, которая тоже решила бы её, хотя и не так быстро. По тем же канонам, мой старший сын, лишь наполовину человек, не мог наследовать, а Майкла в качестве короля не мыслили себе ни Джон, ни я. Майкл придаёт слишком большое значение… э-э, внешней стороне королевского положения. О том, что Джонни-младший зачат от меня, знали всего лишь трое – король, королева и я. Потом узнал сам Джонни, незадолго перед его трагическим исчезновением…

– У меня всегда было как бы два папы, одинаково меня любящих, и я это чувствовал. – Сказал Наследник. – Хотя и не ведал тайны своего зачатия.

– Ох уж эти дворцовые тайны, – улыбнулась Танья-Джули Т. – Страсти-то какие.

– А сколько их зна-аю я-а-а… – ностальгически протянул джиддский принц Абдурахман Мохаммад, сто тридцатый с чем-то сынок султана Хассана XXVI.

– Моё счастье, что я вырос на рыбной ферме, – удовлетворённо сказал Бранко Йонссон.

– Да уж, – коротко произнесла Леди Высшей Ложи (титул-то вполне на Герцогиню тянет!) Риал Ибду Гррат, выросшая в кирутианских буреломах.

– У нас свои проблемы, не менее тяжёлые, – сказало существо биологического вида молачча-гридражжа, размножающегося делением. – Можете поверить.

– И у нас, – лаконично высказался Ли Фан Ху. То ли он имел в виду внутрисемейные взаимоотношения одной из богатейших фамилий Обитаемых Пределов, то ли… ясный пень, в какой цвет окрашенные взаимоотношения.

– Пока был оргом, одно плешь ело, стал киборгом, другое дОлбит, – глубоко-философски заметил Ганнибал и ретранслировал сие замечание нам. – Нету в жизни счастья.

– Я лучше промолчу, – промолчал Ург, существо племени, само продление существования которого – сплошная тяжкая ежесекундная проблема.

И Номи промолчала. Улыбнулась только. Но не грустной была улыбка эта, вовсе нет. Скорее ностальгической. Какая бы ни была родина, всё-таки она у человека – одна-единственная.

А что по поводу родимых лесов сказанул бы Перебор, будь он с нами рядом, оставалось лишь гадать. Зато я, кочевник, сын целинных степей, говорю:

– С кем повезло мне, так это с родителями. Если бы не их ЛЮБОВЬ, издевательски смеялся бы я при одном упоминании этого слова. Учитывая количество дерьма, выхлебанного в жизни мною.

Номи, сидящая рядом, не выпуская моей руки, легонько её пожимает. Дескать, что да то да.

* * *

…Винсент Ронгайя Стюарт, старший сын главы реставраторов, появляется ещё пару часов спустя.

Вернулся на Ти Рэкс он вместе с отцом, но полностью обессиленный, истощённый, и его сразу же прибрали к рукам медики.

Мы уже знаем, где он пропадал. Там же, где и Джеймс Стюарт. Там же, где остался роальд, доверенный помощник милорда Джеймса.

Ни много ни мало – в клановых пещерах Акыра.

Ох уж эти крыло-рукие коллекционеры!.. Угораздило же отца и старшего сына угодить в арканы хватунов именно сейчас, в горячую как никогда пору! Но, с другой стороны – не было счастья, так несчастье помогло.

Останься они в подземной базе реставраторов, превращённой в кровавое пекло внезапно атаковавшими красномечниками, повсюду остервенело искавшими главу РСКЭ, единоличного Носителя Света, и его старшего сына, главу фракции умеренных РМС, одного из сильнейших магов Экскалибура… ясный пень, где б они оба сейчас были. Выжившие победители до сих пор кровищу со стенок отдраивают, задействовав всех роботов, не вышедших из строя в аду, царившем на базе так недавно.

Мы с капитаном кое-что уже знаем о том, ЧТО тут творилось во время нападения боевиков Ревмагсовета, и от одной лишь мысли, что наши товарищи и товарки прошли через ЭТО, становится дурно. Особенно мне. Как представлю лапы тех уродов, что хватали Девочку, подминали, били… нет, лучше не представлять, а то от злости – мне ни единого краснопузого не оставили – выть начну! Солдаты отборной гвардии Стюартов, победившие ревмагов, ДЕЛОМ подтвердили свой высочайший профессионализм…

С Акыра Джимми и Винс Рон выбрались достаточно быстро именно потому, что они – Носитель Света и один из сильнейших магов. По-настоящему сильный маг, мы уже это знаем, может управлять Светом, а не ждать, пока тот соизволит отбросить мутотень… И ещё потому, что их прикрыл милорд Ланселот. За соратником-роальдом после окончательной победы Реставрации немедленно отправится спасательная экспедиция.

Стоило им это немеряной пропасти энергии, конечно, однако – Лидеры Реставрации сумели вернуться. Их сторонники, ясный пень, воспрянули духом, павшим было, и теперь уже всем понятно, кому суждено победить в гражданской войне. Энджи наш, правда, что-то там мУтит на Кингсленде никому из нас не понятное… но явно в нашу пользу мутит.

Появившись, старший брат довольно холодно ручкается с принцем Джоном. И тут же начинает обговаривать с папашей всяческие неотложные дела, практически игнорируя присутствие целой толпы вольных торговцев. Известие о предательстве братца Майкла, от ошеломительного воздействия которого Джеймс ещё долго будет приходить в себя, – Винса абсолютно не изумляет. Он пожимает плечами и комментирует спокойным тоном:

– Нечто подобное я от Майкла и ожидал. Я всегда был невысокого мнения о