Путешествия вокруг света - Отто Коцебу

Монахи и сильно зависящая от них местная военщина продолжали спокойно хозяйничать в Калифорнии, в то время как другие испанские колонии объявили себя независимыми.

Танцы жителей Калифорнии в миссии Сан-Франциско

Рисунок художника Л. Хориса

Они остались верны королю даже тогда, когда восстание охватило Мексику и новые правительства предложили им на выгодных условиях присоединиться к общему делу; остались верны, несмотря на то что испанцы уже много лет не заботились о Калифорнии и не присылали ни духовным лицам, ни военным причитающегося им жалованья. По-прежнему строго соблюдался приказ короля держать гавани закрытыми для всех иностранных судов. Но из Испании корабли больше не прибывали, а суда новых республик также были причислены к чужеземным. В результате как в миссиях, так и в президио начал ощущаться острый недостаток в тех многочисленных товарах, которые не производились на месте. Все военные, вплоть до главнокомандующего, расхаживали в лохмотьях и к тому же, не получая жалованья, вынуждены были выпрашивать пропитание у монахов. Последние также испытывали значительные затруднения в связи с недостатком земледельческих и иных орудий, ибо со свойственной испанцам беспечностью не принимали раньше никаких мер для изготовления их в самой Калифорнии.

Таким образом, источник доходов миссий угрожал иссякнуть. Однако монахи продолжали соблюдать верность королю, что сделало бы им честь, если бы подобная политика не диктовалась их собственными интересами. В самом деле, любая другая форма правления могла привести лишь к ограничению их власти. Между тем среди военных уже зрело недовольство, которое ставило под угрозу владычество монахов. Событие, происшедшее за два года до нашего прибытия, внезапно превратило эту искру недовольства в настоящее пламя.

В качестве своего единственного утешения индейцы время от времени получали от монахов различные безделушки, подобные тем, которые моряки привозят обитателям островов Южных морей. Поступление этих безделушек, разумеется, тоже прекратилось, и тогда индейцы-христиане почувствовали себя по-настоящему несчастными. Их отчаяние переросло в возмущение. Они в ярости вырвались из своих тюрем и атаковали жилища монахов, но вскоре вынуждены были отступить перед силой огнестрельного оружия. Гарнизон нанес восставшим решительное поражение, понеся лишь незначительные потери, и несчастным пришлось вернуться в прежнюю неволю. Но тут драгуны сообразили, что монахам пришлось бы плохо без их смелого вмешательства. Опьяненные победой, они стали отныне смотреть на святых отцов как на своих подопечных, нуждающихся в защите. Несмотря на протесты монахов, военные объявили себя первым сословием в стране и отделились от Испании, которая, казалось, сама уже много лет назад от них отказалась. Такие же события произошли в Старой Калифорнии. Обе эти страны, которые и раньше считались двумя различными провинциями, в настоящее время представляют собой отдельные республики [268].

Испания вполне могла удержать за собой эти плодородные земли. Если бы она оказала им хоть малейшую поддержку, они, по всей вероятности, не отделились бы от метрополии. А ведь как удобно было бы отсюда вести борьбу за возвращение в состав империи восставших колоний, особенно прилегающей к Калифорнии Мексики, которая в прошлом была важным центром добычи золота! Богатые Филиппинские острова, оставшиеся верными Испании, могли бы доставить средства для выполнения этой задачи. Однако само провидение, должно быть, позаботилось о том, чтобы Испания забыла о принадлежащей ей Калифорнии и здесь могли возникнуть и процветать новые государства.

Когда Калифорния стала независимой, ее гавани открылись для судов всех наций, и начала развиваться торговля. Раньше всех воспользовались этой переменой корабли Северо-Американских Штатов. В настоящее время из Калифорнии вывозятся хлеб, бычьи шкуры, сало и драгоценные меха морских бобров. Была сделана даже попытка начать на собственный страх и риск торговлю с Китаем, однако она потерпела неудачу. Дело в том, что корабль с богатым грузом был доверен одному североамериканскому капитану. Последний продал груз в Китае, но счел более выгодным присвоить как судно, так и все вырученные деньги, а потому не вернулся.

Во время нашего пребывания в Новой Калифорнии ее правителем был дон Луис Аргуэльо, тот самый молодой человек, с которым я познакомился во время моего плавания на «Рюрике». Он занимал тогда должность коменданта президио Сан-Франциско. Теперь же его резиденция находилась в Монтеррее. Здесь Аргуэльо обдумывал новые законы, которые могли бы способствовать установлению порядка в этом государстве, состоящем из таких разнородных элементов, как драгуны, монахи и индейцы. Хотелось бы верить, что участь последних будет облегчена. Во время нашего визита страна еще не имела конституции, причем сам Аргуэльо, должно быть, не обладал ни силой, ни способностями, необходимыми для того, чтобы добиться утверждения разработанного им проекта. В обеих частях Калифорнии, по-видимому, произойдет еще немало перемен, прежде чем они превратятся в процветающие и счастливые государства, для чего природа предоставила им все возможности.

На следующее утро после нашего прибытия я посетил старого Санчеса в президио. Он принял меня с искренней радостью и подробно рассказал о тех событиях, которые произошли здесь за восемь лет, прошедших со времени моего посещения этой гавани на «Рюрике». Между прочим, Санчес сообщил мне, что дон Луис стал теперь очень важным человеком, а сам он получил повышение и носит звание лейтенанта, которое ценится здесь очень высоко. Тем не менее он осуждал нынешние порядки и предсказывал, что они не доведут до добра. По его словам, он скорее предпочел бы быть скромным подданным испанского короля, чем республиканским офицером.

Президио находилось в том же состоянии, что и восемь лет назад. Ничто не указывало здесь на важные изменения, происшедшие в управлении страной, если не считать появления республиканского флага. Мне показалось, что жизнь в президио текла по-прежнему беззаботно и лениво.

Санчес обещал ежедневно снабжать наше судно свежим мясом. Кроме того, он дал нам совет послать шлюпку за овощами в миссию Санта-Клара, где они имеются в изобилии. В самом же президио вследствие лишь здесь понятной беспечности выращивают меньше овощей, чем требуется для прокормления гарнизона.

Во время моего первого посещения Калифорнии я не имел возможности побывать в миссии Санта-Клара и потому решил отправиться туда следующим утром на нашей большой шлюпке. Санчес был настолько любезен, что снабдил нас хорошим лоцманом, а также немедленно послал в миссию верхового, чтобы предупредить о моем посещении.