Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 - Александр Борисович Шорников

только сотни полторы бойцов, которых втащили на стены с помощью ремней. Несмотря на то, что наёмники потеряли большую часть своих людей, свою задачу они выполнили.

Горожане ликовали, но они ликовали рано, предводитель кочевников сумел быстро собрать свою армию, кроме того, к нему подошло ещё одно небольшое войско, которое до этого грабило окрестности, и осада продолжилась.

Кочевники вновь стали готовиться к штурму, как вдруг вмешался фактор, который поставил на одну доску и тех и других — эпидемия.

Как выяснилось позже, эту заразу привезли наёмники, которые заразили и горожан и кочевников. Мохначи тоже оказались подвержены этой болезни. Теперь войско кочевников стремительно, катилось обратно в родные степи, оставляя за собой хвост больных и умирающих, и бросая захваченное добро.

Мохначи, тем, кому удалось уцелеть, отделились от войска кочевников и скрывались где-то неподалёку от Тины. Где не знал никто, одни говорили, что они вскоре ушли вслед за своими хозяевами, другие уверяли, что они подались дальше к Бартхешу.

Это заставляло всех нервничать, их оставалось не так много меньше сотни, но эта сотня со своими колдунами была способна обратить в бегство, многократно превосходящее их войско, это теперь все хорошо уяснили.

Теперь перед ними стоял непростой выбор, куда идти?

Об этом уже целый день, спорили и купцы и капитаны отрядов, но так и не смогли пока придти, ни к какому мнению, судя по их хриплым голосам и многочисленным пустым бурдюкам с пивом.

Большинство наёмников за исключением тех, кто стоял на страже, лениво лежали на песке, греясь под ласковым солнышком, жёлтые воды моря были в это время года ещё холодными, так, что желающих искупаться не оказалось.

Никитин сидел, поджав ноги, на большом камне и задумчиво кидал камни в воду, прикидывая, что ему делать в такой ситуации.

— Эй, Смышленый! — окликнул его подошедший воин — Тебя там кличут! — он кивнул головой на круг где собралась вся верхушка их отряда.

Сергей поднялся и, высыпав оставшееся у него в руке камушки в море, зашагал к отцам-командирам. Отцы-командиры встретили его появление молчание, тысячник, молча, протянул ему бурдюк с пивом, от которого он так же молча, отказался. Зонтер хмыкнул, пожал плечами и опрокинул его себе в рот.

— Вот что Смышлёный, мы здесь все, — он указал рукой с зажатым в ней бурдюком, на собравшихся — никак не можем решить, что нам делать. Ты у нас парень умный, я тебя не зря взял в качестве советчика, вот скажи, что нам делать.

— А я говорю… — начал было один из капитанов, но на него тут, же заорали, и он замолк.

— Ну так что скажешь? — поторопил его Большерукий.

Никитин вздохнул и сказал:

— Я думаю надо идти в Бартхеш.

Все тут же разом зашумели, одни обрадовано, другие негодующе. Тысячник остался невозмутим.

— А почему ты принял такое решение? — спросил он.

— Я думаю так! Нам здесь делать нечего. — начал Никитин — Такие болезни затягиваются очень надолго, я слышал что они могут растянуться на целый сезон.

— А откуда ты… — попытались вновь его перебить, но Зонтер бросил на говорящего гневный взгляд, и тот замолк на полуслове.

— Я слышал о таких вещах. Мы называем их эпидемиями— последнее слово он выговорил по-русски. — Кроме того почему я хочу что бы мы ушли отсюда — он обвёл всех взглядом и поднял вверх палец что бы усилить эффект своих слов — если сюда забредёт тот кто уже заразился то вскоре заболеем и мы все. А заразится, мы можем быстро — дней пять-десять, и мы начнем умирать.

Его слова были восприняты гробовым молчанием, кое-кто принялся теребить защитные амулеты на груди.

— Ну что все согласны идти вперёд? — Зонар обвел всех взглядом.

На этот раз возражавших не нашлось, только некоторые присутствующие ограничились сочными ругательствами.

На следующий день их караван выступил к Бартхешу.

* * *

Полоска моря на горизонте постепенно становилось всё уже и уже, вот она исчезла совсем, теперь везде теперь были видны только травы, изредка попадались небольшие островки деревьев.

Отряд осторожно пробирался дальше, впереди скакали несколько легковооружённых всадников, за ними на некотором отдалении почти всё их войско. В самом хвосте шли в несколько рядов телеги и фургоны с товаром, колонну было решено не растягивать на марше. Несколько десятков человек замыкали колонну.

— Эх, скорей бы поменяться с теми, что впереди — мечтательно сказал молодой наёмник идущий рядом с ним.

Никитин с ним мысленно согласился, несмотря на то, что вечером был небольшой дождик и прибил пыль, копыта животных, поднимали пыль впереди и, это душное облако сопровождало их весь переход.

Лошадка, которую он вёл за уздечку, фыркнула, пыль ей тоже не нравилась. Никитин переменил руку, схватился за сбрую левой рукой, правая уже затекла, и потащил её дальше. Светило уже перевалило за полдень, часа через два должен быть привал, обед, после чего те счастливчики, что шли во главе колонны займут их место и начнут в свою очередь глотать пыль.

Им нужно было пройти ещё три дня, прежде чем степь закончится, и они выйдут на дорогу, ведущую к центральному городу почитателей пауков. Бартхеш переводился как город Детей Паука, культ которого издревле был доминирующим в этой местности.

Никитин уже встречался с одним достойным представителям этого культа, и жрец с его бредовыми рассуждениями и религиозной нетерпимостью, не вызывали у него особого восторга.

Много поколений назад владения Бартхеша простирались далеко отсюда. Шестиградье, большая часть земель Висс-ано, Ка-Ато и другие земли, тоже в своё время принадлежали им.

Об этом напоминали многочисленные, разбросанные на огромной территории каменные и деревянные столбы, где в рукотворных домиках обитали пауки. Паучки пребывали под особым покровительством Куту и являлись объектом поклонения.

Многие из этих столбов пришли в негодность или покосились, но никто их без нужды не разрушал, считалось, что они помогают путникам в дороге.

Они шли уже второй день, Никитин потихоньку выспрашивал у бывалых людей о нравах и обычаях в тех землях. Когда он вместе с Хранителем рассматривал альтернативные варианты его маршрута, то не один из них не пролегал через этот город.

В случае если он по каким-нибудь причинам пошёл этим маршрутом, то предполагалось что он сядет на корабль в Тине и доберётся сразу в Басур, а там было не так далеко до Ка-Ато. В крайнем случае, можно было пойти вместе с караваном по Большому Тракту, хотя это и существенно удлиняло путь. Считалось, что это более безопасно, чем двигаться по Малому Тракту, где орудовало множество разбойничьих